Хайвей неисповедимости
Шрифт:
Я так и не вспомнил, чему учили в институте по «Авариям», поэтому, обратился за помощью.
– Выдать инструкции по оформлению страховых случаев, – отдал я распоряжение программе-блондину.
– Стандартная процедура фиксации водителя по биополю, – секретарь чуть откинул волосы назад и продолжил монотонные перечисления: – Фиксация положения машин в протоколе, относительно друг друга и по меткам движения дорожной части. Определение ущерба транспортным средствам. Определение виновника, согласно приоритетам проезда в дорожном движении. Опознание трупов родственниками. Передача
– Стоп! – По вискам и спине у меня побежали струйки холодного пота. Какая полиция, каких материалов, какие трупы?! В панике сердце бешено забилось. Какие к планшету еще и правила дорожного движения, кто их помнит, все уже давно ездят только на авторулении!
Я не представляю, что делать! Снимут квалификацию, я не смогу получить долгожданное повышение в старшие инспектора!
Слезы полились из глаз. Прозябать всю жизнь обычным инспектором? Или уволиться и идти в виртуальные садовники?! Я был ошарашен и раздавлен случившимся, но показывать это на камеру никак нельзя! Могут снять баллы экспертизы или поставят под сомнению стрессоустойчивость, и все, тогда уже точно, прощай повышение до старшего инспектора!
Я закрыл глаза и поднес к лицу ладони, потер пальцами виски, маскируя слезы от камер, одновременно, наклонив голову, поднялся с дивана и прошел под душ.
Нет, обычно, выезжая по вызову, душ я принимал в машине, закрепляя его бодрящий эффект последующей чашечкой ароматного кофе. Но сейчас надо выиграть время, чтобы собраться!
Стоя под ароматной, обтекающей по телу теплой водой, я окончательно разрыдался:
– Нет, что еще за трупы?! Это что, там могут лежать мертвые люди?! Что тогда надо будет делать!? – Слезы солеными, частыми каплями, вплетались в толстые струи из лейки душа. Я высморкался и попытался вспомнить, что еще говорил ассистент страхового агента. Память услужливо подсказала: «опознание родственниками».
– Так, – закрыв глаза ладонями и сделав два вдоха и долгий выдох, я начал успокаивать себя – Всегда можно вызвать подмогу. Но ведь этого никто не ожидает, и ко мне приедут не сразу!
Последняя мысль, перебежав несколько раз из правого полушария в левый, вдруг, открыла путь переложить проблему с трупами на кого-то другого…
– Вот начальство пускай думает, что делать, – я еще раз глубоко вздохнул, выключил воду и подал воздух в сушилку на обдув.
Я представил, как наш директор департамента, чуть полный, усатый мужик Пантелей Пантелеймонович Пилатов, откровенно говоря, тучного телосложения («Мужлан!») подходит к изувеченному, размазанному по поликарболиту телу, поднимает сканер биополя, качает головой и вызывает сервер полиции.
– Стоп! А может вызвать полицейских инспекторов, сославшись на подозрение в криминале? – вдруг сообразил я и мгновенно успокоился.
Настало время вернуться в комнату к помощнику.
– Координаты происшествия готовы? – ровно без лишних интонаций спросил я у секретаря, натягивая трусы на увеличившийся из-за воспоминаний о молодом лаборанте член.
– Игорь Игоревич, цель поездки определена и занесена в маршрут.
– Кто прислал сигнал по происшествию? – перешел я
– С места события поступило три сообщения об инциденте. Два автоматических и одно, третье, было ручного вызова.
Я оделся и посмотрел в сторону голограммы.
– Лифт вызван и ожидает, в машину загружены все необходимые инструменты, – подсказало изображение блондина.
Приятно-таки, иметь дело с программными продуктами, а не генетической ветошью. Я открыл дверь квартиры и зашел в поджидающий лифт.
Включив авторуление, кофе я делать не стал, а вместо него достал пирожное с заварным кремом и шоколадной глазурью. Взяв в десертную ложечку небольшой кусочек, я почувствовал тонкий аромат вишневого ликера и, смакуя вкус, медленно разжевал лакомство.
– О, божественно! Что есть по сигналу? Игореша, выведи на экран: ID каров, данные по владельцам, водительские права, страховые остатки, – дал я поручение помошнику, оценив поварские навыки секретаря, – И добавь данные статистики «безопасной езды» на все три машины.
Последний пункт был неофициальным, но показался очень полезным для получения предварительных представлений о том, что произошло.
Экран-стекло суперкара разделился на три части, в которых высветилась информация по каждой из машин и водителям.
Доев пирожное, я откинулся на спинку кресла и начал с изучения самого худшего водителя с точки зрения манеры езды.
– Да. Парень выдающийся засранец, – не удержался от комментария вслух. Все комбинации нарушений этики на дорогах, которые я мог себе представить, буквально кричали из статистики худа.
Я приблизил фото.
– Мужлан, – изображение прямо-таки пыхнуло мужским потом, видимо, тестостерона у оригинала было с избытком.
«Можно и не выезжать на место, чтобы определить виновника», – подумал я, но, вспомнив про трупы, посмотрел на другие изображения. Одно было китайца, людей этой нации я так и не научился различать по лицам.
С последнего фото на меня смотрел молодой паренек, примерно моего возраста. Никакой миловидности, немного крупные черты ничем не примечательного лица, но ясный прямой взгляд почему-то смутил меня, и готовое слететь с языка слово «мужлан», я придержал.
– Так, этот, похоже, свидетель, – снова вслух произнес я, почему бы и не поговорить с умным человеком? – Иван Матвеевич Петров. Фирма «Социальные Программы». – Название мне ничего не говорило.
– Данные на этого, Петрова, – запросил я голосом, – Все, что есть по происшествиям и соцсети.
На третьем экране побежали строчки, но мне не хотелось читать.
– Голосом, Балда.
– Иван Петров, двадцать четыре года, эксперт-администратор социальных сетей, – секретарь тут же исправился, – Множественные ролики по программированию, лекции по поведению в айсети, лидер трех кланов айсети, уровня TOП. Активный ролевик в следующих играх…
– Данные по реалу, Баран – разозлился я на вывод бессмысленной информации.
– Стаж вождения девять лет, права выданы по индивидуальной сдаче экзамена на вождение сельскохозяйственной техники.