Хайвей неисповедимости
Шрифт:
Но кота за яйца тянули, и не поатили. Хорошо, что у мамы есть средства, а другому бы пришлось брать кредит, сращивать кости, чтобы потом не бегать в «обсчленсоц» 34 .
Лицо китайца осталось невозмутимым, он даже бровью не повел во время рассказа Стаса, хотя полоса Халка— чрезвычайная редкость в домашнем пользовании. Поэтому я отказался от плана узнать что-то по его невербальным действиям и решил спросить прямо:
– Энтони, ты можешь объяснить, как такое могло произойти, что твой кар остановился во время включенного авторуления?
34
Обсчленсоц –
– Иван, я не знаю, говорил же, что смотрел фильм!
– Ну да с Кларой Целкощеловой, я помню, но ты можешь хоть как-то логически это объяснить?
– Не осень, – Энтони снова заговорил с акцентом, – думаю, что кто-то, кто есть наверху, осень обиселся на этого «заслянца», и тот больше не сможет так хамски ездить на дорогах, —неявный намек? Он опасается Стаса?
– Я считаю, что этот сукин сын получил по заслугам, из-за такого мудилы у нас с Катькой погиб отец, а законы по засранцам, так и не работают! – Стас имел право на возмущение, но я все равно вынужден был вмешаться:
– Стас,– мягко сказал я, – этот вудило-лихач огреб по заслугам, разбив себе машину. Энтони получил полную компенсации. Законы, как раз, работают. Лихачи попадают на крупную сумму, и не только в авариях, но и по камерам фиксируются превышения скорости. То, что камеры со сканерами биополя стоят не везде – это да, вот это вытекает из-за наших чересчур либеральных законов.
– Ну да, фиксация нарушения закона с привязкой к биополю – основное требование в судах. Это гарантия того, что невиновные не пострадают от судебных ошибок, – Стас понял все правильно, хоть и цитировал главный лозунг юристов с издевкой, – Социум боится ошибиться больше, чем преступников, – продолжил Стас, ожидаемо не удержавшись от комментариев, – поэтому просто надо ставить таких козлов на место самим! Без всяких законов!
– И Энтони – молодец, раз устроил такую аварию, наказал наглеца! – я пошел ва-банк.
Мы оба смотрели на Энтони.
– Энтони, – продолжил Стас, – я хочу тоже их наказывать!
– И я, – затаив дыхание мы ждали ответа.
Энтони улыбнулся, кивнул головой и сказал:
– Очень хорошо, – его дурацкий акцент снова куда-то пропал.
– Что мы должны делать? – спросил Стас.
– Давайте обменяемся контактами, – китаец достал сканер и выбрал обмен визиток, – я позвоню Вам, – Энтони определил, кто здесь главный, и мы направились к выходу.
– Я с вами, – Стас аж подпрыгнул от нетерпения.
При выходе из дома Тони я с удивлением обнаружил две полицейские машины, стоящие около места происшествия, в одну из которых двое сержантов заталкивали засранца в наручниках (!), как в кино. Рядом с Родиным стоял нарядно одетый офицер, который долго-долго пожимал инспектору руку, отдал ему честь. Потом, взяв под козырек, развернувшись кру-гом, отпечатал на карбалите строевые шаги до патрульной машины.
Похоже, что страховщик действительно непрост, за то относительно малое время, которое мы отсутствовали, он не только успел произвести оплату компенсации Энтони, и не только определил, что виновник аварии представляет опасность для окружающих, но и собрал доказательства нарушения им закона. И настолько надежные, что прибывший наряд, не мешкая, заковывает воинственного типа в наручники, а лейтенант полиции отдает инспектору честь и демонстрирует
«Это не хрена себе!» – всплыла в мозгу цитата деда, и это единственно возникшее логическое заключение по ситуации, которое смогло появиться в голове не самого плохого эксперта-программиста.
«Родин чертовски хорош!», – мозг зафункционировал. Если он разобрался с проблемой вооруженного молодчика меньше, чем за час, то не исключено, что он также установит и роль Энтони в этой «случайной» аварии.
«А от Энтони и до Анастасии недалеко!» – сердце забилось громче. Я разволновался.
Похоже, что китаец правильно оценил ситуацию, снова превратился в недалекого друга из ближнего зарубежья, недавно приехавшего в страну большого брата. Он кланялся и лебезил перед инспектором, пел хвалу его умениям, мудрости и проницательности, не забывая про китайский акцент.
Родин, как я и ожидал, стал расспрашивать Энтони о столкновении, а я стоял и лихорадочно соображал, как помочь Энтони отвязаться от настырного Родина побыстрее.
«Думай Ваня, думай! – подгонял я. – Инспектор очень расторопен, наверняка, проверил и меня по базам данных, – вдруг сообразил я, – по реалу нарушений никаких, иначе мой соц рейтинг не был бы так высок, и он, точно обратил на это внимание и проверил мои платежи по налогам, и понял, что я хочу стать ответственным, как и он. Впрочем, Родин , судя по суперкару, на котором инспектор ездит, в клане давно. А почему я думаю, что давно?»
«Ваня, ты мозг! – общая тема для разговора найдена. – Только не надо умничать», – закрепил я внутреннюю установку.
Вскоре инспектор немного ослабил нажим на Энтони, и я задал подготовленный вопрос:
– Скажите, инспектор, вы давно стали «Ответственным налогоплательщиком»?
Родин явно не хотел уходить от темы разговора и ответил односложно:
– Давно.
– А когда вы решились сделать первый шаг? – продолжил я уводить разговор с Родиным подальше от темы аварии.
Страховщик продолжал отвечать неопределенно, сославшись на время, когда он начинал работать инспектором, но этим он дал мне следующую зацепку для разговора.
– … А не было ли сомнений? Профессия страхового агента – точно правильный выбор для Клана?
Родин аж взвился от такого подозрения, его буквально понесло, он сейчас мог убедить любых судей и присяжных, очень горячо говорил и, вдруг, совершенно неожиданно, перешел на тему генного ткачества и тупика развития общества. Мое уважение к инспектору подскочило еще на два пункта. Вопрос полезности геновещей мы неоднократно обсуждали с моим дружбаном детства – Пашкой Алехиным, гением генного ткачества, пока еще непризнанным и работающим инженером геноконструктором, но очень перспективным.
Именно Пашка снабжал меня экземплярами генного инженеринга, которые шли на переработку как бракованные, не доходя до контроля СЭС и гениально стилленных 35 Алехиным с фабрики.
Начальство не только закрывало глаза на эту сторону его гениальности, но и поощряло, выдав на дом модуль ткацкого генного станка, за что Пашка стал работать почти круглосуточно, первую половину дня на фабрике, а вторую дома, радуя меня и свое начальство неожиданными ракурсами использования генных штучек. Так и появился тот самый ужобраслет, который меня так выручил перед дверью Крошки-Кошки.
35
Стилленная (stealling) вещь – «украденная, ворованная» (староанглийский).