Хаски
Шрифт:
– Удачной охоты, Джонатан.
Глава 1. Кейт
Герой – это тот, кто творит жизнь вопреки смерти, кто побеждает смерть.
– Максим Горький, русский писатель
– Кейт Джексон, прочитайте нам, что здесь написано.
Непонимающе оборачиваюсь на учителя по истории. Что он только что сказал? Прочитать? Мне?! Греческие письмена взирали с позолоченной таблички и ожидали своего часа. Сглотнув ком в горле, помотала головой. Может,
Отказываюсь не потому, что вредничаю, а потому, что не знаю греческого языка. Капелька пота покатилась неровной дорожкой по шее, щекоча и отвлекая. Быстро вытираю её, чтобы никто не заметил. Я недавно перевелась в новую школу, попыталась подружиться с кем-нибудь из класса, но отношения, скажем так, не задались с самого начала. Одноклассники видели во мне объект, который можно использовать в учебных целях. «Ты сделала домашку?», «Дай списать!», «Поможешь мне с проектом?». Просьбы сыпались со всех сторон, и это изрядно потрепали нервы. Нет, в этот раз всё будет по-другому. Я старалась вести себя естественно и ничем не выделяться, но… все старания коту под хвост.
И вот это несчастное происшествие заставило жизнь повернуться на все триста шестьдесят градусов. А началось всё с того, как…
Наш девятый класс поехал на трёхдневную экскурсию в Санкт-Петербург – двадцать шесть своенравных подростков и двое учителей ехали в большом синем автобусе, который вёз нас к Эрмитажу посмотреть на древнегреческие и древнеримские штуковины. Всё это смахивало на пытку, а урок истории, извините, «внеплановый» урок истории – тем более.
Я сидела у окна и с тоской глядела на затянутое тучами небо и на всё, что проносилось мимо. В Санкт-Петербурге было прохладно, шёл мелкий снег, смешиваясь с дождём. Прохожие укрывались зонтами, укутывались в дождевики и натягивали на голову капюшоны, лишь бы сохранить тепло и спастись от сырости. Раз сейчас начало ноября, то можно ожидать чего угодно, но только не солнышка и тёплого ветерка.
Я не слушала учителей, которые так усердно рассказывали нам о городе, культуре и достопримечательностях. Их мерный голос не вызывал во мне жажду познания, и подобных нудных «уроков» вполне хватало в школе.
Не надеялась, что предстоящий день пройдёт хорошо. Даже если напротив сидит новенький весьма привлекательный молодой преподаватель. Вот на кого, а на него все девчонки из класса таращились влюблёнными глазками. Не заметив того, что делаю, учитель взглянул на меня и кивнул. Оказывается, всё это время я смотрела ему прямо в глаза и улыбалась.
Прокашлявшись, отвернулась к окну, попутно доставая наушники. Сейчас необходимо расслабиться и отпустить ситуацию из головы, ведь впереди целая незапланированная экскурсия! Когда в классе объявили, что мы скоро поедем в другой город, я не слишком-то обрадовалась. Недавно облюбовала новую кондитерскую, что расположилась недалеко от дома. Запах по утрам стоял… потрясающий! В планах было сходить за аппетитной мягкой булочкой с маком, взять горячий кофе и отправиться на долгую прогулку. Но нет! Пришлось отложить вкусную затею до следующего раза.
Закрываю глаза. Вслушиваюсь в текст песни и постукиваю пальцем по коленке, отбивая ритм. Слегка покачивая головой, представляла, как пою на сцене, и меня одаривают бурными овациями. В наушниках на полной громкости играет «Bring Me The Horizon – Can You Feel My Heart». Может показаться
Вскоре показалось мятно-зелёное здание в стиле барокко с белоснежными колоннами, растянувшееся на двадцать три километра. Мы въехали на парковку, забитую разным транспортом. Выйдя из автобуса, ступила на растаявший снег. Оторвав взгляд от замаравшихся ботинок, увидела Триумфальную арку и Александровскую колонну. На мгновение у меня перехватило дух, и я отстала от группы. В мыслях проносились воспоминания, и мне тяжело было представить, что сооружениям более трёхсот лет.
Переступив дверную арку Эрмитажа, нас встретила молодая женщина с утончёнными чертами лица, вполне похожая на богиню, и повела на выставку «Боги, люди, герои». На бейдже аккуратно выведено имя – Вероника. Нам доходчиво объяснили, что экскурсия продлится несколько часов. Тридцать одно помещение было отведено под античную культуру. Конечно же, всё посмотреть и оценить не сможем, но на шесть-семь была рассчитана программа. Мы всё шли и шли, а нужного зала так и не было видно. Под музыку разглядывала внутреннее убранство и тайно восхищалась красотой. Несмотря на безобразную погоду, посетителей было много.
– Пришли, – женщина обернулась и широко улыбнулась.
Пройдя очередной дверной проём, мы оказались в красно-белом зале. Глаза разбежались в разные стороны, хотелось ухватиться за каждую деталь. Экскурсовод начал рассказывать о Богах и мифах, покручивая в руках лазерную указку. Вероника показывала фрески, статуи, бронзовые диски, фрагменты цветного мрамора, бутыли и вазы. Её светлые глаза останавливались на каждом из нас, выясняя, заинтересовала она или нет.
Я стояла в первых рядах и поглядывала на бело-золотую скульптуру Зевса. Бог величественно смотрел вдаль, держа в левой руке посох-скипетр, а в правой – державу с богиней Викторией-Никой. У выставленной вперёд ноги расположился орёл. Плечи повелителя молний спокойно расправлены, ниспадающая мантия открывает мощный мускулистый торс. Интересно, боги действительно были такими высокими, или это задумка скульптора?
На позолоченной табличке написано что-то по-гречески. От раздумий отвлёк одноклассник, пихнув меня локтём. Я вздрогнула и сняла один наушник, вопросительно глядя на него. Парень лихо отвёл глаза в сторону, кивнув на преподавателей.
– Итак, Кейт, прочитайте нам, что здесь написано.
Я, остолбенев-на-долю-секунды и что-он-там-сказал, подошла поближе и всмотрелась в табличку. Непонятные иероглифы и загогулины глядели в ответ на меня, так и спрашивая: «Ну что, слабо?» Ничего не поняв, но похмыкав для виду, вновь посмотрела на учителя.
– Я не знаю греческий.
– Не волнуйся, мы никуда не спешим, – напирал преподаватель с ангельской улыбкой. – Всего-лишь напомни нам небольшой фрагмент.
– Но я… – новенький историк встретился со мной взглядом. Неприятные мурашки пробежали по телу.
Да кто он вообще такой, чтобы мне указывать? Только устроился и уже решил показать, кто тут главный? И почему Евгений Викторович молчит? Смотрю на табличку и неуверенно перебираю пальцами, придумывая, как же выкрутится из ситуации. Музыка из наушников раздавалась под самым ухом, мешая сосредоточиться. Прищурившись, заметила, как буквы сами по себе стали меняться местами, позволяя наконец-то прочесть злосчастную надпись.