Харшини
Шрифт:
— Я не могу вот так бросить мальчика! — протестующе воскликнула Адрина.
— А разве ты не собиралась это сделать, когда в первый раз пересекла границу?
Она свирепо глянула на него, взбешенная его правотой, а еще больше тем, что он так верно угадал ее намерения.
— Это вовсе не одно и то же.
— Конечно, — холодно признал он.
— Как ты смеешь говорить со мной таким тоном!
— А ты не держи меня за дурака, — отозвался он. — Ты все еще ходишь голодная? Завтрак пропущен, но, я думаю, мы можем поторопить поваров с ленчем.
— Не надо со мной обращаться как с маленьким ребенком!
— Не лезь
Адрина была уже готова взорваться, и тут ее живот жалобно заурчал. Дамиан услышал этот ответ на свои слова и рассмеялся.
— Будем считать, что ты сказала да. Пошли, ругаться лучше на полный желудок.
— Это невыносимо! Я не собираюсь всю оставшуюся жизнь терпеть твои насмешки!
Дамиан перестал усмехаться и внимательно посмотрел на нее.
— Тогда кончай устраивать сцены, как капризная принцесса. Это тебе не идет.
— Вовсе я и не устраиваю!
— Еще как устраиваешь!
— Ты не знаешь обо мне самого главного.
— Ты так думаешь?
— Уверена!
— Сказать тебе, что я о тебе думаю, Адрина? — спросил он, сделавшись более серьезен, чем она когда-нибудь видела. — Тебя хватало на то, чтобы не пускать кариенского наследного принца к себе в постель, так что наследника ему ты не зачала. Ты приказала своим войскам сдаться, только чтобы не видеть, как их режут. Верхом ты ездишь не хуже, чем мои воины, и не жалуешься на тяготы, потому что знаешь — от этого зависит твоя жизнь. Ты не та, за кого себя выдаешь, Адрина, и то, что ты хочешь казаться дурой, — просто вызов здравому смыслу. Ты умная женщина, но ты прячешь это за вспышками раздражения и за детскими дурацкими капризами. Я не знаю, почему это так. Может быть, потому что ты выросла во дворце, где сильная женщина считается опасной. Честно говоря, причина меня особенно и не интересует. Но если ты хочешь стать Высочайшей Принцессой Хитрии, тебе лучше научиться использовать мозги не только для баловства.
Его слова ошеломили Адрину. Ей нечего было сказать, она даже не знала, что и подумать. Ей просто в голову не приходило, что причиной подозрительности и недоверчивости Дамиана был ее предполагаемый ум.
Он подождал немного, ожидая очередной колкости в ответ на свои слова. Если ее молчание и позабавило его, вида он на этот раз не подал.
— Пойдем, — проговорил он, наконец. — Я сегодня тоже не завтракал.
Глава 5
Майклу приходилось бежать, чтобы поспевать за широким шагом Р'шейл. Схватив за руку, она тащила его по развороченному лагерю. Свободной рукой он вытирал сопли с носа, застуженного на свежем ветру. Он был все еще слишком зачарован зрелищем выросшего из демонов дракона, чтобы обращать внимание на то, куда его ведет Р'шейл.
Приказ сворачивать лагерь был отдан всего несколько часов назад, но большинство шатров было уже упаковано, только большой лазаретный и обеденные шатры еще стояли, да те, что принадлежали господам офицерам. Защитникам не терпелось покинуть это место и избежать столкновения с приближающимися кариенцами. Майкл повидал уже достаточно, чтобы понимать, что причиной поспешности медалонцев был не страх перед противником, а простое нежелание отягощать себя новыми пленными.
За последние несколько недель ясная и четкая картина мира, к которой привык Майкл,
А теперь его взяла себе в услужение легендарное дитя демона. Эта высокая беспокойная молодая женщина, за которой демоны бегают, как щенки, и к которой все вокруг обращаются с нескрываемым трепетом.
— Госпожа?
— Да?
— Что я должен делать?
Р'шейл внезапно остановилась и с улыбкой поглядела на него.
— Я хочу, чтобы ты мне помог в одном деле, Майкл. Деле, связанном с магией.
— А я попаду в беду из-за этого?
Дитя демона тихонько рассмеялась.
— Мне нужно убедить кариенцев, что они хотят вернуться домой, а это значит, что даже их жрецов придется на время заставить забыть о Всевышнем. Ты боишься?
Майкл нахмурился.
— Не очень. Я отказался от моего бога. Я позволил тебе убить моего принца. Я почитаю теперь бога воров. Думаю, я теперь не слишком многого стою.
Р'шейл успокаивающе положила руку ему на плечо.
— Майкл, я думаю, тебе еще предстоит сильно вырасти в твоих собственных глазах.
Майклу хотелось верить ей. В конце концов, она была дитя демона. Вероятно, она знала что-то неизвестное ему. Но поверить в ее слова он не мог.
— Как скажете, госпожа.
Р'шейл снова улыбнулась, но оставила его слова без ответа. Когда же, наконец, она заговорила, ее вопрос застал его врасплох.
— Майкл, кого почитали кариенцы до того, как пришел Хафиста?
— Жрецы говорят, что они поклонялись ложным богам, — ответил ребенок, — так же, как до сих пор им поклоняются в Хитрии и Фардоннии. Не знаю, сколько их было, сам я слышал только одно имя: Лейланан, — добавил Майкл, немного подумав.
— А он бог чего?
— Это не он, а она. Лейланан была богиней реки.
— Я думала, ею была Майра, — сказала Р'шейл.
— Лейланан была богиней Железной реки. Может быть, Майра — богиня Стеклянной реки.
Р'шейл немного подумала и покачала головой.
— Нет, она не подойдет. Мне нужен кто-нибудь другой.
Майкл не был уверен, что понял ее, неясно было и то, обращается ли она к нему. Казалось, она просто думает вслух.
— Вы действительно считаете, что сможете отвести жрецов от Всевышнего, госпожа?
— Я должна это сделать.
Майкл чувствовал, что Р'шейл никогда не останавливается, пока не осуществит задуманное. Но что именно она задумала, он не понимал, как не понимал и того, при чем здесь он.
— Лорд Лезо любил говорить, что легче заставить кариенца плясать языческие танцы голым при луне, чем отвратить его от бога, — безнадежно подсказал он.
— Может быть, я могла бы вызвать бога музыки, — пробормотала Р'шейл, видимо недовольная тем, что все идет не совсем так, как ей бы хотелось.
— А разве у харшини есть бог музыки? — недоверчиво спросил он.
— Бога музыки зовут Гимлори, и он так же легок и эфемерен, как сама музыка. Когда я была в Убежище, харшини иногда его вызывали. Его песни — самое прекрасное, что я слышала в своей жизни. Они трогают тебя за душу…