Харшини

Фаллон Дженнифер

Дамиан тяжело посмотрел на Брэка.

— Ты пытаешься угрожать мне?

— Да, — тихо отозвался тот. — Именно это я и делаю.

Сказав так, Брэк сразу же усомнился в мудрости избранной политики. Казалось, он ухитрился сказать единственные слова, способные гарантированно вывести Дамиана из себя. Мучительно долгое мгновение Дамиан вызывающе глядел на Брэка, потом опустил меч и отшвырнул Майкла.

— У тебя есть один час, Брэк. Спрашивай его, о чем хочешь, делай, что хочешь. Но через час он умрет. Р'шейл, я надеюсь, ты извинишь меня за этот прискорбный

инцидент. — Он засунул меч в ножны и посмотрел на Брэка, подхватившего мальчика, который не мог удержаться на ногах от пережитого потрясения. — Да, кстати, не надумайте удрать из лагеря вместе с ним, — холодно добавил он. — Если вы это сделаете, я просто развернусь и поеду домой. Я отзову назад всех своих военлордов, и медалонцы могут сами решать, как следует поступать с кариенцами, прах их побери.

Не говоря больше не слова, Дамиан вышел из шатра. Брэк усадил Майкла на подушки и обратился к Адрине:

— Ты можешь отговорить его?

Она беспомощно пожала плечами.

— Не знаю. Я еще ни разу не видела его таким сердитым.

— У тебя остается еще час, Адрина, — холодно обронила Р'шейл. Принцесса кивнула.

— Я сделаю, что смогу, но он может не послушаться меня. Ведь это именно я привела Майкла с собой.

— Значит, именно тебе и стоит позаботиться о том, чтобы он остался в живых, верно? — жестко ответила дитя демона.

Глава 55

Бог воров явился на зов Р'шейл, но особой радости по поводу встречи не выказал. Р'шейл уже сказала Брэку, что Кальяна считает, что Дэйс дуется на что-то, и он предположил, что причина этого может быть связана с Майклом.

Ребенок был в полном отчаянии. Он сидел, съежившись, на подушках, подогнув колени к подбородку, и по его лицу ручьем лились слезы. От него не удавалось добиться ни слова. В теплом свете свечей он весь был как сгусток горя и беды.

— Что ты хочешь, дитя демона? — замкнуто осведомился Дэйсендаран, материализовавшись перед Р'шейл.

— Что с тобой творится? — воскликнула она, увидев его лицо. Конечно, Р'шейл знала, что Дэйсендаран — бог, но она долгое время считала его простым воришкой из Гримфилда и до сих пор не могла отделаться от старого представления о нем. Брэку хотелось бы, чтобы она держала себя осторожнее. Каким бы обворожительным и милым он ни был, каким бы бесхитростно простодушным ни казался, Дэйсендаран был богом, и к тому же очень могущественным.

— Я занят, — пробурчал Дэйс, ковыряя ковер ботинком, непарным к тому, что сидел на другой ноге.

— Я хочу знать, что случилось с Майклом.

— Как что: ты его у меня украла, — обвиняюще фыркнул Дэйс.

— Я украла его у тебя? Но это просто смешно. Я же не бог! Как я могла украсть его у тебя?

— Ты передала его Гимлори.

— Ах, — вымолвила Р'шейл, внезапно почувствовав себя виноватой. — Это.

Брэк посмотрел на Р'шейл, потом перевел взгляд на Майкла.

— А зачем ты передала его богу музыки?

— Мне нужно было быть уверенной, что кариенцы отстанут от нас,

и я попросила Гимлори о помощи.

— Что именно ты сделала, Р'шейл? — настойчиво допытывался Брэк.

— Я попросила его научить Майкла песне, которая пробудила бы у кариенцев неодолимую тягу к дому. Я знала, что это может быть слегка… опасно, поэтому я попросила Гимлори сделать его брата Джеймса опекуном Майкла. На тот случай, если он потеряется в песне, Джеймс должен был подстраховать его.

Брэк тихо выругался.

— Р'шейл, ты хоть понимаешь, что ты наделала? Опекун должен быть постоянно рядом со своим подопечным. Как только Джеймс разлучился с Майклом, тот сделался уязвимым для любых воздействий.

— Интересно, выходит, я во всем и виновата? Это он пытался убить меня!

Ни Брэк, ни Дэйс ничего не ответили.

— Мне нужно было повернуть их домой, — оправдывалась она. — Тогда это показалось мне действительно хорошей идеей.

— Песни Гимлори опасны, Р'шейл. Они могут вывернуть человеку душу. Тебе не следовало учить им мальчика.

— Да я и не учила его. Учил Гимлори. Он ничего не сказал, когда я попросила его об этом.

— Еще бы он что-нибудь сказал. Каждый, кто слышал эти песни, будет жаждать общения с ним снова и снова. А вот тебе стоило подумать о том, что сделается с Майклом.

— Ты хочешь сказать, что Гимлори сделал Майкла убийцей?

— Нет, — промолвил Дэйсендаран. — Гимлори этого не делал. Это ты сделала Майкла подвластным влиянию Хафисты.

— Людям нужно верить в богов, Р'шейл, — лекторским тоном добавил Брэк. — Но ты лишила Майкла свободы верить или не верить. Ты отняла у него свободу воли и сделала его слугой бога. Другого бога.

Р'шейл нетерпеливо повернулась к мальчику.

— Это так, Майкл? Ты вернулся к поклонению Всевышнему?

Майкл молча покачал головой, не в силах раскрыть рот.

— Но кто тогда? Кто подучил тебя сделать это?

— Старик, — ответил мальчик так тихо, что даже Дэйсендарану пришлось напрячься, чтобы расслышать его.

— Какой старик? — спросил Брэк.

— Один старик из Хитрии. Из дворца. Он попросил меня передать дитю демона подарок. Сказал, что это поможет ей увидеть правду.

— О каком старике он говорит? — обратилась Р'шейл к Брэку.

— Наверное, это был сам Хафиста, — пожал плечами Дэйс.

— А он мог это сделать?

Бог воров бросил на дитя демона испепеляющий взгляд.

— Да, конечно же, если ты можешь это сделать, то и он может. — Она сочувственно посмотрела на несчастного ребенка, скорчившегося на подушках, и подняла глаза на Брэка. — Но почему он выбрал Майкла?

— Потому что он молод, впечатлителен, а в первую очередь, потому что он чувствует себя виноватым за то, что оставил своего бога, и, — добавил Брэк хмуро, — потому что ты сделала его доступным любым манипуляциям, когда позволила Гимлори научить его своим песням.

— Но откуда мне было знать, что они так на него подействуют? В Убежище харшини постоянно распевают. И им ничего от этого не делается.