Харшини
Шрифт:
Ответ на этот вопрос она получила, обследовав пустые комнаты, расположенные вдоль узкого коридорчика, идущего из главного зала. Первая комната выглядела достаточно безобидно — просто комната с большой двуспальной кроватью, убранной синим, в тон двери. Но по мере того как она заглядывала в другие комнаты, их назначение становилось понятным. Была комната с огромной ванной, другая с кроватью, на которой можно было легко разместиться вшестером, еще одна со свисающими с потолка на цепях металлическими наручниками, обшитыми бархатом, тут же такой набор пыточных инструментов, что при взгляде на него комната дознания, принадлежащая защитникам, казалась
В конце зала была еще одна небольшая дверь, открывшаяся при первом прикосновении и ведущая в темноту. Войдя в нее, Р'шейл сотворила небольшой огонек, чтобы осветить себе дорогу, и довольно улыбнулась. Когда Брэк пытался научить ее вызывать пламя — дело было по пути сюда из Ванахайма, — она чуть не сожгла их обоих вызванным ей огненным шаром. Короткая лесенка спускалась в подвал с земляным полом. Она сделала пламя чуть поярче и уставилась на алтарь в дальнем конце подвала, испуганно вскрикнув при виде звезды и молнии Хафисты, сверкающих в свете ее пламени.
Неожиданно дверь в подвал гулко захлопнулась у нее за спиной. Она подскочила к двери и заколотила в нее руками, но ее уже успели запереть с противоположной стороны. Р'шейл в ярости призвала силу и уничтожила дверь, но тут оказалось, что путь назад ей преграждает стена пламени. Она наконец поняла, чем же тут пахло. Нефтью. Тот, кто сделал эту ловушку, пропитал нефтью весь дом, думая сжечь ее здесь заживо.
Р'шейл на шаг отступила от ревущего пламени. Если огонь перекинется на соседние кварталы, то погибнет весь город. И даже если сгорят только склады, то погибнут все припасы, на которые они рассчитывали, думая о грядущей осаде. Не раздумывая, она призвала всю силу харшини, до которой смогла дотянуться, и обрушила ее на пламя. Порыв ветра покачнул окружающие дома и ударил по зданию, в котором она находилась. Оно затрещало, но огонь погас, словно свеча на сквозняке.
Тяжело дыша, она перебралась через обломки и вылезла из подземелья. Дом был разбит, с него снесло крышу, а стены попадали, где стояли. Соседние склады были не в лучшем состоянии, а дальше виднелись разбитые окна и потрескавшиеся стены зданий, которым не повезло оказаться поблизости. Вдалеке раздавались панические вопли и встревоженные голоса защитников, спешащих выяснить, что вызвало взрыв Она осмотрела разрушения, вызванные ею. Она хотела просто сдержать пламя. У нее и в мыслях не было сровнять с землей все вокруг.
Первым ее нашел Брэк. Она все еще стояла, ошеломленная происшедшим, когда он перемахнул через руины и подскочил к ней.
Убедившись, что она жива, Брэк помог ей сесть, и разгневанный, и озадаченный случившимся.
— Во имя богов, что ты тут натворила?
— Это была ловушка, — тупо отозвалась она.
— Хватит шутить.
— Я и не думала… — ответила она, глядя на то, что осталось от складского квартала.
— Ты никогда не думаешь, Р'шейл. Это-то и делает тебя такой опасной.
— Ты сердишься? Да.
Р'шейл вытянула руку, чтобы убедиться, что она уже не трясется, и виновато улыбнулась Брэку.
— Извини.
— Нам с тобой нужно немного потолковать о пользе самоконтроля, — хмуро ответил он. — Нельзя использовать столько силы каждый раз, как соберешься что-нибудь сделать. Существует такое понятие, как передозировка.
— Но мне нужно было сбить пламя.
— Я очень измучена, но сознание ясное. Странное ощущение.
— Нельзя ли точнее?
— Я и сама еще не поняла. Словно я начала чувствовать все вокруг более отчетливо. Я могу даже ощущать Убежище, словно оно где-то неподалеку.
— Это ощущение должно быть с тобой всегда, Р'шейл.
— Да. И я чувствовала его постоянно с тех пор, как побывала там, но тут что-то другое. Это стало сильнее… даже не знаю, как сказать… отчетливее, что ли… Брэк?
Она побледнела, заметив, как вдруг он изменился в лице. Перестав слушать ее, он медленно поднялся на ноги и невидящим взглядом уставился на запад, прислушиваясь к своим чувствам.
Р'шейл тоже встала рядом с ним и посмотрела туда же, куда и он. Кроме разбитых домов и приближающихся защитников, ничего не было видно.
— Что такое? Что-то не так?
— Я тоже его чувствую.
— Убежище?
Он кивнул.
— Но почему так сильно? Ведь обычно это просто ощущение на самом краю сознания, на которое обычно не обращаешь внимания.
— Потому что обычно Убежище скрыто вне времени.
— Значит, оно вернулось? А зачем Коранделлен это сделал?
— Он ничего не делал. Ему просто не хватило сил.
Брэк угрюмо посмотрел на нее, и вдруг она поняла, что он имеет в виду. Коранделлен вернул Убежище в этот мир, потому что у него не хватало больше сил удерживать его вне потока времени. Р'шейл в ужасе посмотрела вокруг себя. Она слишком беспечно тратила магию харшини, не задумываясь над тем, сколько берет.
И это была ее вина, что харшини больше не были укрыты от мира.
— О Основательницы, Брэк, — простонала она в отчаянии. — Что же я натворила?
Поздним утром последние кариенцы, а также те штатские, которые не захотели оставаться в Цитадели, вышли через ворота, которые тут же заперли, чтобы защитить город от стоящей под его стенами армии. Защитники бдительно просматривали толпу уходящих, высматривая Локлона, но не обратили особого внимания ни на огромного простоватого человека, вывезшего через ворота тележку со старыми одеялами, ни на тощую остроглазую старуху, вышагивающую перед ним. Тележку проверять тоже не стали. Тряпье дурно пахло, а на шее женщины красовалась цепочка со знаком Хафисты. «Одним фанатиком меньше, и скатертью дорожка», — решили они. Защитники выискивали в толпе человека со шрамом на лице — ведь по нему легко можно было опознать Локлона.
А огромный мужчина с тележкой, красивый маленький мальчик и старуха беспрепятственно покинули Цитадель.
Глава 46
— Что там стряслось в складских кварталах? — первым делом спросил Тарджа, едва Р'шейл появилась в дверях кабинета Верховной сестры. В комнате были только он, Гарет Уорнер и молодая женщина, которую Р'шейл сначала даже не признала. У нее были длинные светлые волосы, одета она была в домотканые шаровары и матерчатую куртку, а на плечах почему-то висел плащ защитника. В очаге жарко горело пламя, и в комнате было натоплено через меру. Р'шейл с отвращением вспомнила ту пору, когда в этом кабинете, жарком и непроветренном, правила Джойхиния. Она отогнала от себя это воспоминание. Джойхиния была мертва.