Хармс Даниил
Шрифт:
Вы спросите: А как же бутылка со спиртуозом? Особенно, куда вот делся спиртуоз, если его выпил несуществующий Николай Иванович? Бутылка, скажем, осталась. А где же спиртуоз? Только что был, а вдруг его и нет. Ведь Николай-то Иванович не существует, говорите вы. Вот как же это так?
Тут мы и сами теряемся в догадках.
А впрочем, что же это мы говорим? Ведь мы сказали, что как в нутри, так и снаружи Николая Ивановича ничего не существует. А раз ни внутри, ни снаружи ничего не существует, то значит и бутылки не существует. Так ведь?
Но, с другой стороны, обратите внимание на следующее: если мы
Нет, тут явно тупик. И мы сами не знаем, что сказать.
Досвидание.
История Сдыгр Аппр
Андрей Семенович — Здраствуй, Петя.
Петр Павлович — Здраствуй, здраствуй. Guten Morgen. Куда несет?
Андрей Семенович протянул руку Петру Павловичу, а Петр Павлович схватил руку Андрея Семеновича и так ее дернули, что Андрей Семенович остался без руки и с испуга кинулся бежать. Петр Павлович бежали за Андреем Семенычем и кричали: «Я тебе, мерзавцу, руку оторвал, а вот обожди, догоню, так и голову оторву!»
Андрей Семенович неожиданно сделал прыжок и перескочил канаву, а Петр Павлович не сумели перепрыгнуть канавы и остались по сию сторону.
Андрей Семенович — Что? Не догнал?
Петр Павлович — А это вот видел? (И показал руку Андрея Семёновича).
Андрей Семенович — Это моя рука!
Петр Павлович — Да-с, рука ваша! Чем махать будите?
Андрей Семенович — Платочком.
Петр Павлович — Хорош, нечего сказать! Одну руку в карман сунул, и головы почесать нечем.
Андрей Семенович — Петя! Давай так: я тебе что-ни будь дам, а ты мне мою руку отдай.
Петр Павлович — Нет, я руки тебе не отдам. Лучше и не проси. А вот хочешь, пойдем к профессору Тартарелину, он тебя вылечит.
Андрей Семенович прыгнул от радости и пошел к профессору Тартарелину.
Андрей Семенович — Многоуважаемый профессор, вылечите мою правую руку. Ее оторвал мой приятель Петр Павлович и обратно не отдает.
Петр Павлович стояли в прихожей профессора и демонически хохотали. Под мышкой у них была рука Андрея Семеновича, которую они держали презрительно, на подобие портфеля.
Осмотрев плечо Андрея Семеновича, профессор закурил трубку-папиросу и вымолвил:
— Это крупная шшадина.
Андрей Семенович — Простите, как вы сказали?
Профессор — Сшадина.
Андрей Семенович — Ссадина?
Профессор — Да, да, да. Шатина. Ша-тй— на!
Андрей Семенович — Хороша ссадина, когда и руки-то нет!
Из прихожей послышался смех.
Профессор — Ой! Кто там шмиётся?
Андрей
Профессор — Хо! Ш удовольствием. Хотите, что-нибудь почитаем?
Андрей Семенович — А вы меня полечите.
Профессор — Да, да, да. Почитаем, а потом я вас полечу. Садитесь.
Профессор — Хотите, я вам прочту свою науку?
Андрей Семенович — Пожалуйста! Очень интересно.
Профессор — Только я изложил ее в стихах.
Андрей Семенович — Это страшно интересно!
Профессор — Вот, хе-хе, я вам прочту от сюда до сюда. Тут вот о внутренних органах, а тут уже о суставах.
Петр Павлович (входя в комнату):
Здыгр апрр устр устр Я несу чужую руку Здыгр апрр устр устр Гда профессор Тартарелин? Здыгр апрр устр устр Где приемные часы? Если эти побрекушки С двумя гирями до полу Эти часики старушки пролетели параболу Здыгр апрр устр устр Ход часов нарушен мною им в замену карабистр на подставке здыгр апрр с бесконечною рукою приспособленной как стрелы от минуты за другою в путь несется погарелый А под белым циферблатом блин мотает устр устр и закутанный халатом восседает карабистр он приёмные секунды смотрит в двигатель размерен чтобы время не гуляло где профессор Тартарелин Где Андрей Семеныч здыгр Однорукий здыгр апрр лечит здыгр апрр устр приспосабливает руку приколачивает пальцы Здыгр апрр прибивает здыгр апрр устр бьёт.Профессор Тартарелин — Это вы искалечили гражданина, П. П.?
Петр Павлович — Руку вырвал из манжеты.
Андрей Семенович — Бегал следом.
Профессор — Отвечайте.
Петр Павлович смеётся.
Карабистр — Гвиндалея!
Петр Павлыч — Карабистр!
Карабистер — Гвиндалан.
Профессор — Расскажите, как было дело.
Андрей Семенович —