Харитон
Шрифт:
Войдя в ванную, Юля чуть не вскрикнула. Хейкен лежал уже не в воде — его тело окутывала странная, похожая на пену белая масса, которая шевелилась словно была живой. — Харитон! — Юля опустилась на колени перед ванной. Хейкен уже весь покрылся этой пеной. Только глаза пришельца оставались свободными. Заметив Юлю, космический странник улыбнулся ей одними глазами.
~ Не пугайся, моя звезда. Так и должно быть. Совсем скоро все будет в порядке. Я очень сильно хочу спать. Ты иди, отдохни. ~
Спустя час полковник сидел на диване в гостиной Лебедевых, а Юля всё металась
— У меня уже голова кружится. — мужчина легонько потряс головой. — Может ты сядешь?
—Что? — рассеянно спросила Юля, всё же останавливаясь. Спустя секунду она обрушила гневную тираду на отца. — Ты мне ничего не сказал о его возвращении! А тот спектакль, который вы передо мной разыграли?
— Мда, — полковник закатил глаза и встал с дивана. — Уж лучше бы ты ходила. Пойду-ка посмотрю как там наш пришелец.
— Нет уж, — возразила шатенка. — Я сама! Юля вошла в ванную и поняла что-то не так. Неизвестная субстанция затвердела и превратилась в коричневый кокон, похожий на скорлупу от грецкого ореха. А самое главное, кокон дёргался и из него доносились какие-то удары. —Хейк! Хейк! — Юля бросилась разрывать оболочку, но та не поддавалась.
— Отойди! — появившийся отец оттолкнул дочку в сторону и ударил по кокону молотком. Кокон, словно грецкий орех, раскололся пополам. Раздалось резкое шипение, взметнулось облако пара и пред ними предстал Хейкен таким, каким они видели его раньше — молодым, крепким и здоровым. Но не сейчас… Сейчас он был так слаб, что проиграл бы в поединке с новорождённым ребёнком. Он не мог даже подняться на ноги — остатки сил ушли на попытки разбить кокон. Лебедев подхватил молодого человека на руки и не без труда отнёс его в комнату, где уложил пришельца на диван и укрыл его одеялом. Хейкен свернулся в позу эмбриона и тут же уснул.
Пришелец проспал несколько часов и проснулся от звуков чьего-то пения.
— Путь далёк у нас с тобою,
Веселей, солдат, гляди!
Вьётся, вьётся знамя полковое,
Командиры — впереди.
Солдаты, в путь, в путь, в путь,
А для тебя, родная,
Есть почта полевая.
Прощай! Труба зовёт.
Солдаты, в поход!
Каждый воин, парень бравый,
Смотрит соколом в строю.
Породни… роднились мы со славой,
Славу добыли в бою.
Голос певца был ему очень знаком, хоть тот и сильно фальшивил. Хейкен поморщился, после перерождения все чувства были особенно обострены, а эти звуки вызывали у него мигрень. Инопланетянин приподнялся на руках, пытаясь оценить обстановку вокруг и обнаружил рядом с собой такое любимое и родное лицо. Юля сидела на стуле рядом с диваном и спала. Хейк встал со своего ложа и опустился перед девушкой на колени, заглядывая в ее умиротворённое лицо. Он осторожно убрал прядку выбившихся волос за ухо девушки. Юля поморщилась от этого действия и открыла глаза. Увидев перед собой любимого человека ( ну не совсем человека). Лебедева опустилась на колени рядом с ним и заключила его в объятия. Пальцы девушки зарылись в его мягкие чёрные волосы.
~ Юлечка,
~ И я люблю тебя, мой звёздный принц! ~ подумала шатенка, сильнее обнимая любимого, словно опасаясь, что тот исчезнет. Их идиллию разрушил голос, доносившийся из кухни.
— Солдаты, в путь, в путь, в путь,
А для тебя, родная,
— Что это? — удивился Хейкен.
— Это папа поёт. — в глазах Юли мелькали искорки веселья. — Мама говорила, что его голосом можно летучих мышей распугивать. Но мы не проверяли. — хмыкнув закончила Лебедева.
— А как это можно прекратить? — жалобно поинтересовался пришелец.
— Каждый воин, парень бравый, смотрит соколом в строю.
— Никак! — Улыбнулась девушка. — Одевайся, а то он нас в армию призовёт.
Хейкен попробовал подняться, но затёкшие ноги не позволили ему это сделать. Вскрикнув, он повалился на пол, увлекая за собой Юлю. Девушка оказалась на Хейкене, прижимаясь к его обнажённому подтянутому телу и упираясь бедром ему в пах.
Стоило Лебедевой это осознать, и воздух в груди закончился. Она медленно подняла взгляд на парня. Об огонь, полыхающий в его глазах, можно было обжечься. Он сглотнул и сдавленно произнес:
— Юль… Слезь с меня…
Казалось бы, эта просьба должна была отрезвить девушку, но от его хриплого голоса она только крепче сжала его плечи, не в силах пошевелиться. Парень выдохнул, и уже в следующую секунду Лебедева почувствовала бедром… Боже!
Их поцелуй вышел долгим, чувственным и ярким, как сама жизнь.
— Нужно идти на кухню, иначе папа правда нас убьёт. — прошептала Юля, когда они оторвались друг от друга. Харитон неуверенно улыбнулся и прикоснулся к её лицу.
— Знаешь, Юль, мне так плохо было без тебя всё это время.
— Я тоже по тебе скучала, мой пришелец! — девушка наконец встала на ноги и бросила парню покрывало, в которое тот тут же укутался. — Возьми комплект одежды на тумбочке, а то отец отправит тебя в армию за то, что ты… В неподобающем виде.
— Я почему-то в армию не хочу — улыбнулся Харитон и стал одеваться. Нужно отметить, как раз вовремя. В спальню зашёл полковник. Он подозрительно посмотрел на покрасневших влюблённых, словно знал то, что между ними происходило.
— А. проснулись, — протянул мужчина. — Ну, завтрак готов! Ты как себя чувствуешь? — спросил он у Харитона, который зашнуровывал кроссовки.
— Хорошо! Я готов! — Хейкен вскочил с пола и посмотрел на Валентина.
— Иди завтракать, герой!
Хейкен, уплетая за обе щеки все, что ему подкладывали Лебедевы: яичницу, блинчики, чай и кучу всего. Он, наконец, откинулся на спинку стула и блаженно улыбнулся.
— Наелся? — поинтересовался полковник. Парень кивнул. — А теперь рассказывай.
— Что рассказывать?
— Что вчера в ванной было? — скрестил руки на груди мужчина.
— Мы так перерождаемся. — пожал плечами пришелец. — Я только не успел сказать, что нужно будет разрушить кокон. Я мог бы и сам, но Патрицы забрали у меня всю.энергию и силу. Благо, вы вовремя пришли на помощь. Спасибо!