Характерник
Шрифт:
— Ну, можно позвонить в дверь его квартиры, повод найдется. Если на месте, будем работать.
— Давай, Игорь.
Плохо почищенный солдатами снег на тротуарах и проезжей части, раздражал Меджидова одетого по городскому. Кругом, куда не посмотри, везде запустение и бесхозяйственность. Да-а! Довели армию сраные демократы, скоро солдат в лаптях ходить будет. Вот хоть взять этот детский сад, ведь можно отремонтировать площадки, покрасить стены строения в не такой ядовитый цвет, вон и пролеты в заборе отсутствуют. А, еще говорят, дети цветы…
Несмотря на многолюдность на улице, неудержавшись, резко обернулся на
— Ну?
Старший первой тройки кивнул.
— Здесь он.
Игорь подошел с подветренной стороны, стараясь закрыться от постоянно падавшего снега тихо, докладывал информацию:
— Соседка рассказывает, объявился больше недели назад сам, без семьи. Пробыл в квартире не больше часа, потом ушел. Скупился продуктами в магазине, потратив при этом нехилые деньги, отметился в аптеке, затарился лекарствами. По рассказам тех же сослуживцев, осел на даче в двух километрах отсюда, с тех пор его в городке не встречали. Может подождем, когда снова за продуктами придет?
— Нет. Вдруг у него этих продуктов еще на неделю хватит. Где тут дачи находятся?
— За забором поле, мимо него по дороге в трехстах метрах лесополоса, вот за ней сразу три дачных поселка. Судя по расстоянию он в дальнем.
Прикрываясь от ветра и от людских взглядов, Меджидов поднес коробочку «Моторолы» к губам.
— Всем группам, покинуть городок. Встречаемся на восточной окраине, на развилке дорог.
Короткий писк ответа: «Принято».
Зима в России, это всегда немножечко конец света. Как бы не готовились к ней соответственные службы, она всегда приходит в города и села страны неожиданно. Заставляет понять человека, как он мал сам по себе в сравнении с буйством естественных природных катаклизмов. Пришла зима, и техника вышла из строя, дороги каток, а тротуары — сплошные торосы. Из-за наледи — повсеместно обрывы электрических проводов. Из-за нестабильности температур — разрывы труб, подающих в дома горячую воду. Хозяйственники барахтаются в житейском море неполадок, а народ выживает, народ привык, он терпеливый, наш русский народ.
Друг за другом двигаясь по дороге, больше напоминавшей снежную целину, торя тропу и выбиваясь из сил, люди Арсаева вынуждены были отступить к занесенной возвышенности обочины. Навстречу, поднимая большими колесами снежную пелену, пёр «Камаз». Поравнявшись с людьми, встал, сгребая бампером снег перед собой. Из открывшейся двери зеленой кабины, высунулся чему-то радующийся молодой лейтенант. Орлиный шнобель носа и белозубая улыбка, сразу непонравилась Меджидову. Чему он так радуется?
— Здравия желаю! — звонким голосом, перекрывающим шум ветра, поприветствовал запорошенных поземкой людей. — Лейтенант Горбыль! Вы к нам случайно не с проверкой в часть гребете? А то дежурному с КПП звонят, говорят москвичи неприкаянные по городку шарохаются. Вот командир и послал узнать!
Почем зря кляня погоду, прикрывая ладонью глаза на бровях, Меджидов поднял лицо к офицеру.
— Какая в… проверка! Дачники мы! На дачу приехали!
— Вижу, что приехали. Ха-ха!
— Вы бы, молодой человек, чем вопросы дурацкие задавать, лучше бы дорогу почистили!
— Обязательно. Вот снег кончится, так сразу и почистим! Сейчас чего ее чистить, ежели снегопад? Ну, бывайте здоровы, дачники-неудачники! Ха-ха!
Дверь кабины захлопнулась и «Камаз», загребая колесами рыхлый
До сторожки добрались к обеду. Без особых результатов побродив вокруг, так и не смогли дождаться появления самого сторожа, вдоль леса с одной стороны, и заборов с другой, поторили снег в само СНТ, приглядываясь к трубам домов, выискивая из которой идет дым, а значит дом топят.
Рубленную из бревен избу о двух этажах, с вьющимся из трубы дымком удалось обнаружить только через час с лишним, при этом вся группа захвата вымоталась, упрела, а остановившись посовещаться, тут же подзамерзла. Нелегко достаются деньги на просторах России! Захват решили проводить так же, тремя группами. Меджидов со стороны наблюдал, как тройки занимали места для штурма домищи.
— Готовы? — задал вопрос по рации Игорь.
Меджидов услышал отклики.
— Второй готов!
— Третий готов!
— Пошли!
Все три группы проваливаясь в снег, с трех сторон одновременно выдвинулись к дому. На участок вошли по-разному. Кто по грудь барахтаясь в снегу на склоне, полной мерой прочувствовал тающий снег за воротником и в рукавах, кому повезло больше, наткнулся на чищенные дорожки сразу за забором. Первая тройка зашла с фасада. Ничуть не таясь, Игорь вошел в незапертую калитку, проследовал мимо машины стоявшей под навесом, судя по лобовому стеклу недавно побывавшей в аварии. Поднялся на высокое крыльцо пристроенной веранды.
— Хозяин!
Кулаком постучал в массивную дверь. Напарники с оружием в руках страховали внизу под окнами, готовые в любой момент запрыгнуть на доски пола веранды.
Из-за двери были слышны едва различимые звуки пребывания человека в доме, скрип полов при перемещении, простудное покашливание. За дверью шаги застыли и старший жестом подал команду одному из бойцов стать рядом.
— Кто?
Обозвался простуженный голос за дверью, заставив Игоря напрячь извилины.
— Здравствуйте. Извините за вторжение, я ваш, можно сказать сосед с параллельной улицы. Заметил дым из трубы, подумал, может поможете.
— Чем помочь?
Спросили все так же из-за двери.
— Понимаете, мне в Москву нужно, а из товарищества выехать невозможно. У меня в доме что-то случилось с электричеством, вот в самый неподходящий час сел пейджер. Мне бы его на зарядку поставить и на работу сбросить информацию о том, чтоб сегодня и завтра не ждали.
— У меня тоже электрика не фурычит, попробуйте подзарядиться в сторожке. Я знаю, что у них там свет точно есть.
Посоветовали все так же не отпирая дверь.
День метельный и пасмурный. При наблюдении за домом определили, что свет в двух окнах на втором этаже точно горел. Если в дом не впустил, значит фигурант предполагает какие-то действия против него. Пора «выходить из тени» и проводить силовое мероприятие. Нажав тангенту на рации, Игорь отрывисто бросил команду:
— Работаем!
Тишина взорвалась звуками разбитых стекол, шарканьем подошв по обледенелым бревнам стен, словами мата, с упоминанием чьих-то членов и многочленов семьи, а вскоре и в самом доме послышалась возня, ругань и стоны с причитаниями. Входная дверь открылась и Назар пропустил внутрь Игоря с его боевиками.