Характер победителя
Шрифт:
– Не надо. Это отвратительно. Что вам от меня нужно?
– Это ваша машина? – Марк указал на бронированный лимузин «Кадиллак Де Вилль».
– Да, она приехала за мной.
– Вряд ли в лимузине найдется хотя бы литр донорской крови.
Келли понял, о чем говорил Марк: в президентском лимузине постоянный запас донорской крови составляет три литра. И его дальнейшие действия читались как с листа: он заставит Келли сесть в машину и в случае необходимости прольет «невосполнимый запас крови».
Но Келли оказался прав наполовину.
– Вы остаетесь
– А я...
– Вы еще немного попозируете моему товарищу. Вы поймете, когда он снимет наблюдение с вашей головы. Не стойте истуканом. Отправляйте женщин в посольство.
Келли подозвал выскочившего из машины шофера и только после этого – Монро и Сару. Дайана сидела рядом с мужем, положив его голову себе на колени. Келли даже не пытался уговорить ее ехать в американское посольство. Вообще все, что он делал, казалось, была продиктовано логикой. Он один не потерял самообладания и первым отдал распоряжения.
По крайней мере, две группы людей жили сейчас различной жизнью; одной не было дела до другой; грузины снова стали грузинами, американцы остались самими собой. Как будто из-за высокого соседского забора раздавались голоса:
«Он ушел ливневым стоком».
«Перекройте выходы на очистных».
«Пошлите туда людей».
Из американцев, кроме Нэда Келли, выдержку проявил только командир экипажа «боинга». Он сновал между Дайаной Терон и бортпроводницами и лично подносил бедняжке то стакан с виски, то минеральную воду.
Келли, пожалуй, громче, чем следовало, отдал распоряжение водителю:
– Езжай без меня. Я останусь с Дайаной.
Вдова ответила ему благодарным взглядом.
Сергей помог сесть Монро и Саре. Он торопился. Первые несколько сот метров лимузин проедет без сопровождения – спецслужбы не успеют подготовить эскорт, но и в горячей точке, пока не обезврежен снайпер, его не оставят. Лимузин по ходу догонят прежде всего полицейские машины с включенными спецсигналами.
Прежде чем составить компанию американкам, Марковцев бросил взгляд на крышу ангара. Там метались фигурки нескольких человек. Полицейских снайперов хватились быстрее, чем их коллег из госбезопасности. Теперь в эфире наверняка прозвучат слова о террористической или диверсионной группе.
Марк покачал головой, адресуя этот жест Келли. Он не стал предупреждать его еще и еще раз – чтобы тот не делал резких движений и вообще – глупостей, иначе Келли заподозрил бы его в блефе.
«Кадиллак Де Вилль» легко покатил к воротам. Сергей смотрел через плечо Монро, сквозь прозрачную перегородку, отделяющую пассажирский салон от зоны водителя, сквозь лобовое стекло, и видел только две створки. Главное – выехать за территорию...
Женщины не задают вопросов, кто этот человек рядом и почему он говорил с Келли по-русски. Это не самые острые вопросы. Они пережили такое, что не снилось Хиллари Клинтон в Боснии.
А что Нэд Келли? Он прикидывает варианты. Он может юркнуть под трап,
Здесь американцы были хозяевами. Лимузин с государственным флагом США на капоте открыл створки ворот и заставил дневальных вытянуться по струнке. Лишь на группу спецназа, расположившуюся в непосредственной близости от ворот, он впечатления не произвел. Взяв оружие на изготовку, спецназовцы смотрели только вперед.
Марковцев сбросил напряжение, лишь когда лимузин оставил справа парковку и выехал на шоссе. Он привлек внимание водителя, бесцеремонно вклинившись между Сарой и Лори Монро и постучав в перегородку.
– Остановитесь, пожалуйста. Мне нужно выйти. А сами поспешите в посольство.
Монро не удержалась от вопроса:
– Мы раньше виделись?
– Да, я видел вас крупным планом, – ответил Марк и закрыл дверцу с обратной стороны.
Впереди был поворот, и едва лимузин скрылся за ним, Сергей вернулся к тому месту, где стояла «Ауди» Мамисашвили.
Ясон с оторопью смотрел на Сергея, который возвращался со стороны города, куда минутами раньше унесся роскошный «Кадиллак» и как будто вдогонку за ним устремились несколько машин.
– У тебя есть близнец? – спросил он, указывая большим пальцем за спину, на аэродром.
– Когда-то был, – ответил Марковцев, садясь на переднее кресло пассажира и пристегиваясь ремнем.
– Серьезно?
– Серьезно.
– А что с ним стало?
– Это я и пытаюсь выяснить. И все сделал для этого. Поезжай и держись за лимузином, – распорядился Марк. – Еще с четверть часа мы будем за ним, как за каменной стеной.
– А что с Тероном? – не удержался от вопроса Мамисашвили.
– В Грузию он больше ни ногой.
Что-то щелкнуло в мозгу Нэда Келли. Отрывками пронесся в его голове разговор с Сергеем Марковцевым. Тот призывал его к профессионализму. Легко быть профессионалом, когда по меньшей мере два ствола смотрят на другого. Келли был испуган, на грани паники, но виду не подавал.
Никто ничего не прочел по его лицу – потому что никому до него не было дела. Люди что-то кричали про ливневые стоки, по которым, оставляя за собой труп, ушел преступник, про диверсантов, уничтоживших снайперские пары на КДП и ангаре.
Но какого черта Марковцев делал около самолета? Он сказал, что снайпер снимет с него наблюдение и Келли это почувствует. Он помог Марку бежать. А как же снайпер? Он что, поехал за ним на лимузине?
Келли мог поклясться, что наблюдение снято. Но как до конца убедиться в этом? И стоит ли предавать этот факт огласке? Он покачал головой: нет.
Глава 25
Конец истории
Москва
Генерал Ленц не захотел встречаться с Сергеем Марковцевым ни до, ни после операции. Он посчитал, что лимит личных контактов между ними исчерпан.