Хантер
Шрифт:
— Сдается мне, что это входит у тебя в привычку, спасать мою дочь, Хантер? — сдавленным голосом спросил он.
— Я надеюсь, что в будущем сумею оградить ее от похищений, — ответил я ухмыляясь.
Джексон поцеловал Перл в макушку.
— Я так рад, что ты осталась невредима, Перл, — хрипло проговорил он. — Я хочу, чтобы тебя сначала осмотрел доктор. Ты была больна и это волнение определенно не пошло тебе на пользу.
— Я в порядке, — заверила Перл. — Но, если это успокоит тебя, тогда я позволю осмотреть меня.
— Брок!
Двое солдат подошли к нам и встали по бокам Перл.
— Подождите! — сказала она и подошла, дабы обнять меня за шею. Она встала на цыпочки и поцеловала меня. — Я люблю тебя! — тихо произнесла Перл. — Удачи с моим отцом!
Я прижал ее к себе, затем осторожно подтолкнул к двоим солдатам, чтобы те отвели ее к доктору.
— Иди! Будь хорошей девочкой и пусть тебя осмотрят!
Когда она исчезла, Джексон похлопал меня по плечу.
— Сдается мне, нам нужно поговорить, мой мальчик!
Я кивнул и позволил Джексону привести меня в свою палатку. Он отослал дежурных и предложил мне присесть.
— Стакан бренди? Или ты предпочитаешь скотч?
— Бренди — это хорошо! — ответил я.
Президент Джексон подошел к стеллажу, достал бутылку и два стакана. Затем он сел напротив меня, налил бренди в стакан, и подтолкнул ко мне. Мы сделали по глотку, и Джексон посмотрел на меня своим острым взглядом. Он точно знал, что происходит, я был уверен в этом. На удивление, я немного нервничал. Как попросить руки дочери президента США?
— Итак, Хантер? Как ты намерен оберегать мою дочь в будущем? Поверь мне, это нелегкая задача. Я занимаюсь этим больше двадцати лет.
— Я не ожидал этого вопроса, — улыбаясь, ответил честно. — Я как раз пытался подобрать слова, чтобы, попросить руку вашей дочери, а тут!
Джексон рассмеялся.
— Теперь, когда ты уже во второй раз спас мою дочь, и я мог видеть собственными глазами, как сияет моя маленькая Перл возле тебя, то пришел к выводу, что с ней не могло бы быть рядом лучшего мужчины, чем ты.
— Спасибо, сэр!
— Но я хотел бы, чтобы она сначала пожила с тобой на Эдеме, прежде чем вы сочетаетесь узами брака. Вы знакомы всего неделю и, прежде чем связать ваши жизни, вы должны быть уверены друг в друге.
— Конечно. Звучит благоразумно. Даже если я уверен, что в моих чувствах к Перл ничего не изменится. Если Инопланетный Вид нашел свою пару — это навсегда.
— Я знаю, — ответил Джексон. — Преданность — это одна из многих черт, которые я ценю в вас. Я знаю, что ты не убивал солдата. Если бы это было так, ты бы признался. Но, не имея доказательств, я должен был тебя арестовать. Я рад, что Локвуд сознался в этом перед моими людьми, тем самым сняв с тебя все обвинения.
— Локвуд мертв!
— Никто не винит тебя в этом, Хантер! Он похитил Перл, и ты действовал от моего имени, спасая ее. Ты солдат, мой мальчик. Не убийца. Я сам был солдатом. Убийство никогда
— Она рассказала мне об этом.
— Рассказала? — Джексон был удивлен. Затем покачал головой. — Я не понимаю, как она поверила, что такой человек сделает ее счастливой. Она не признает это, но ей нужен вызов. Ей нужен мужчина, который не побоится перечить ей. Но я предупреждаю тебя. У моей дочери многолетний опыт сопротивления указаниям.
Я засмеялся.
— Да уж, это я уже прочувствовал.
— Уже? — он засмеялся. — Да, моя девочка полна сюрпризов!
Президент прямо посмотрел на меня.
— Сделай ее счастливой, Хантер!
— Сделаю!
ПЕРЛ
— Ты должна поберечь себя, но я не имею ничего против сегодняшнего перелета в Вашингтон, — сказал доктор Декстер.
— Слава Богу! — с облегчением произнесла я. — Я более, чем готова покинуть этот ад. Даже если это значит заморозить свою задницу в Вашингтоне.
Доктор Декстер рассмеялся.
— Я тебя понимаю. В любом случае, я рад, что твоя лихорадка оказалась аллергической реакцией на укусы комаров. В этой стране распространены несколько ужасных вирусных инфекций. С некоторыми из них сложно бороться даже современной медицине.
— Я знаю, — со вздохом сказала я. — За несколько дней работы здесь я видела достаточно случаев. — Я погладила руки, где опухоль от укусов заметно спала. — Мазь действительно помогла. Как долго подержится опухоль?
— Возможно дня два-три. Но лихорадка не вернется, из-за антибиотика.
— Спасибо, доктор.
— Не за что, Перл. Я рад, что этому Виду удалось доставить тебя сюда, несмотря ни на что. Ни один солдат не смог бы сделать то, что сделал он. Он спас тебе жизнь. Ты была слишком слабой и обезвоженной. Возможно, ты бы не пережила еще один день.
— Серьезно? Я думала, что это просто аллергия…
— Даже аллергии могут убить, Перл. Сильная лихорадка, потеря жидкости в совокупности с усталостью могли убить тебя.
— Ох! — испугалась я.
Я не осознавала, насколько была обязана Хантеру.
Брезент откинулся в сторону и мой отец, а за ним и Хантер, вошли в палатку. Хантер сразу же отыскал меня взглядом, и я увидела в нем беспокойство вместе с облегчением.
— Перл, девочка! — сказал отец, и я улыбнулась ему. — Как ты? С тобой все в порядке?
— Да, доктор Декстер говорит, что я могу лететь сегодня.
— Превосходно! — с восторгом произнес отец.
Хантер пересек палатку длинными шагами, и я встала на ноги, чтобы бросится ему в объятья. Я была так счастлива, что он со мной. Лишь краем уха я слышала беседу отца с доктором Декстером.