Хан
Шрифт:
Я вышагивала вперед, подняв голову, и слегка раскачивая бедрами, вплывая в гараж и зная, что намеренно опаздываю, едва сдержав язвительной улыбки, когда Хан открыл рот, чтобы явно отчитать меня за опоздание….вот только так и остался стоять, рассматривая меня такими глазами, от которых уже сейчас хотелось станцевать ламбаду, а еще лучше показать ему язык.
– Доброе утро, – приглушенно проговорила я, проплывая мимо обалдевших мужчин, которые с момента моего появления в гараже, не проронили ни слова, и, кажется, даже ни разу не моргнули, пока я спокойно
Я прекрасно знала, что как бы я не старалась, а в тот момент, когда я поставила ногу на первую ступеньку из-под края юбки стало видно кусочек кружева на чулках, наблюдая за лицом Хана в отражении тонированного стекла и едва сдерживая в себе хихиканье.
На секунду его лицо изменилось, став яростным и хищным, отчего в его черных глазах словно пронесся безудержный шторм, готовый снести на своем пути все живое, и я даже в какой-то момент испугалась, застыв, потому что было жуткое ощущение, что если я пошевелюсь сейчас, то в следующий миг Хан просто впечатает меня в эту дверцу, или распластает прямо на полу машины, отбросив Каана и позабыв про водителя сделав что-то плохое, жестокое и хищное, не остановившись, даже если я буду умолять его об этом.
Испуганно покосившись на отражение Каана с другой стороны, я успела заметить, как мужчина проглотил усмешку и хитрый взгляд, брошенный на Хана, сделав вид, что он закашлял и почесал кончик носа, кашлянув еще раз, чтобы прочистить горло и проговорить через чур вежливо, и явно с долей издевки:
– Только после вас, Теоман бей.
Я поспешно забралась в машину, поставив на свои обнаженные колени сумочку и положив папку с контрактом, который нужно было отдать Искандеру, старательно глядя только в окно, но чувствуя кожей взгляд Хана на себе.
Отлично! Пока все шло по плану!
Главное самой не растеряться от взгляда этих глаз, от которого казалось, даже мои кости начинали медленно, но верно плавиться.
Главное помнить, что в это утро мы вступили со счетом 3:3 и этот день должен был стать днем моего реванша! Только моего и никак иначе! Я не прощу ему этой бессонной ночи!
С этими мыслями я выпрямилась, вздернув подбородок и за всю дорогу ни разу не посмотрев в сторону Хана старательно делая вид, что любуюсь видами за окном и ничем больше, хотя замечала каждое движение его длинных ресниц.
За то время, что мы доехали до офиса Хан посмотрел на меня восемь раз.
ХА!
Окрыленная первой победой, я выпорхнула из машины вслед за Кааном, который подал мне руку, помогая спускаться, снова чуть улыбаясь и косясь за мою спину на Хана, который вышел в состоянии полного гнетущего молчания, излучая такую энергию, что у меня вставал на теле каждый волосок, словно он касался меня каким-то невидимыми руками, которые мои глаза не могли рассмотреть, а вот тело прекрасно ощущало.
Ощущало
Каждую секунду, стоя рядом с Ханом, и ощущая влажной кожей его власть надо мной и эти невидимы кусающие импульсы, от которых тело сжималось и подрагивало в ожидании его прикосновения, я понимала, что до конца дня сойду с ума…поэтому с моим планом нужно было поторопиться и уложиться до обеда! А потом срочно заболеть и отпроситься домой….при чем желательно к Искандеру, где Хан не сможет меня достать. Ведь не сможет же?...
– Легкой работы, – едва сдерживая улыбку, чуть подмигнул мне Каан, когда они выходили на этаже отдела Хана, а мне нужно было ехать выше в свой отдел, надеясь там застать Искандера, за которого можно будет спрятаться в случае чего. Наверное…
– Вааааааааай, пупсик!!!!! Предупреждать надо, я же могу упасть с дивана и сломать позвоночник!
Кажется, Искандер был еще не слишком трезвый, вот только уже почему-то на работе, когда, пошатываясь, поднялся с дивана, не сразу выбравшись из тонны подушек и даже пледа, и чуть не налетев на низкий журнальный столик, ломанувшись ко мне с раскинутыми для объятий руками:
– Иди ко мне, идиииии! Съем тебя я, сладкая!
Я так и остановилась у дверей, не зная, бежать мне обратно или от Искандера есть какое-то спасение в этом помещении, когда он все-таки почти свалился на меня, повиснув и крепко обнимая.
– Услада глаз моих! Моя девчонка!...Вот это я понимаю рабочая обстановка! Сейчас во мне заработает все, за исключением мозга! – Искандер рассмеялся легко и как всегда задорно, когда я шлепнула его по плечу, упираясь руками в пресс и пытаясь отодвинуть от себя. Он послушно отошел на шаг назад, принявшись легко щипать:
– Дай укушу тебя за булочку! За левую! Нет? Ну тогда за правую? Нееет? Ну дай хотя бы за щечку укушу! – Искандер хохотал, отбиваясь от моих шлепков, наконец, отпуская меня, чтобы снова провилять до дивана и упасть на него, распластавшись, словно утренняя звезда с тяжелым протяжным стоном, – Не даешь кусаться дай хотя бы таблетку от похмелья, пупсик….если я умру сегодня, это будет на твоей совести! Буду приходить к тебе во сне, и кусать за все мягкие места, пока ты на меня не западешь, но будет уже поздно!...
Я лишь покачала головой, осторожно проходя вперед до стола, где принялась искать эти самые спасательные таблетки, без который мой босс явно мучился, заодно быстро извлекая из сумочки планшет, чтобы напечатать на нем: «Ты почему так рано на работе оказался?»
Я принесла планшет вместе с высоким стаканом, где шипела, растворяясь, таблетка от похмелья, видя, как Искандер пытается продрать слипающиеся глаза и отчетливо понимая, что пока он не проспится и не придет в состояние стояния, пообщаться у нас явно не получится, потому что как бы он не силился прочитать, что я написала, а строчки видимо расплывались в его миндальных глазах.