Хамелеон

Буланов Константин Николаевич

— Мне ведь не кажется, что он чем-то напоминает английский малый танк? — пару раз переведя взгляд с «Виккерса 6-тонн» на Т-26, произнес Сталин.

— Нет. Вам не кажется, товарищ Сталин. Т-26 — это глубочайшая переработка танка Виккерс, созданная с целью удешевления его массового производства в нашей стране при одновременном качественном усилении боевых возможностей. Извольте обратить внимание на высоту броневого корпуса в районе двигательного отсека, — взяв с надгусеничной полки заранее подготовленную деревянную указку, Александр ткнул ею в корму танка. — Может у нас с товарищем Тухачевским имелись определенные разногласия по поводу танкеток, но я обеими руками «за» продвигаемую Михаилом Николаевичем идею применения как можно большего количества автомобильных агрегатов при постройке массового танка. Именно поэтому в данной машине нами были применены два мотора от грузовика АМО-2, посредством изобретенного мною продольного редукторного механизма объединенные в единый силовой агрегат, что дает нам огромное преимущество не только в плане массового производства, но и при дальнейшей эксплуатации в войсках. Мотор-то будет одинаков с таковым от обычного грузовика, да и питаться сможет тем же топливом, в отличие от английского, требующего себе исключительно лучших сортов бензина. Стало быть, снабжение запчастями и горюче-смазочными материалами окажется на целый порядок

легче и дешевле. Заодно не придется отбирать авиационное топливо у товарищей летчиков. Разве что совсем немного и только для танков типа Т-24, если они будут приняты на вооружение, — на всякий случай уточнил он, дабы потом никто не мог сказать, что Геркан обманул самого Сталина. Желающих-то обвинить его в подобном уже могло найтись вагон и маленькая тележка. — Также в подвеске Т-26, которая совершенно отличается от английской, применены рессоры от того же АМО-2, как впрочем, и ряд приборов управления на месте механика-водителя. Ну и, конечно, невозможно не заметить явное отличие в вооружении с броневой защитой, — пройдя от кормы к носу танка, очертил он указкой короткий ствол трехдюймовой полковушки и собранную, словно бутерброд, из трех листов брони лобовую вертикальную броневую защиту машины. Опять же в целях унификации в производстве и снабжении здесь применен ствол от 76-мм полкового орудия образца 1927 года. Её снаряд достаточно могуществен для поражения укрытой в окопах пехоты, а что-то более мощное сюда уже не видится возможным уместить. И так нам пришлось произвести определенные доработки внутри машины, чтобы сдвинуть вперед место механика-водителя. Иначе башня требуемого размера сюда просто не вставала. Заодно это позволило добавить четвертого члена экипажа, в качестве стрелка, — вновь пришедшая в движение указка уткнулась в ствол пулемета ДТ торчащего из шаровой установки, врезанной в лобовую броню. Таким образом, учитывая пулемет находящийся в одном блоке с пушкой, мы не только сохранили прежнее вооружении английского танка, состоявшего из двух пулеметов, но многократно усилили его мощным орудием.

— И этот танк также способен выдерживать обстрел из ранее указанных вами противотанковых средств? — удовлетворительно кивая в такт словам докладчика, генеральный секретарь задал, наверное, самый неприятный вопрос.

— Увы, товарищ Сталин. Но только здесь и здесь, — указка ткнулась в нижний и верхний вертикальные лобовые листы, — машина способна выдержать обстрел из новейшей 37-мм противотанковой пушки с дистанции от двухсот метров и более. Фронтальная часть башни удержит бронебойный 37-мм снаряд на дистанции в восемьсот метров. А борт пробьют и с километра. Противотанковое ружье в половине случаев сможет проломить бортовую броню с двухсот пятидесяти метров, а с двухсот — совершенно точно.

— Отчего же данный танк столь сильно уступает Т-24? Неужели нельзя было сделать его все же более стойким? — нахмурившись, поинтересовался Иосиф Виссарионович. Ведь ему, как и любому другому человеку, всегда хотелось большего.

— Пределы возможности общей конструкции, — показательно тяжко вздохнул и развел руками Александр. — Более толстая броня означает больший вес машины. Это ведет к необходимости ставить более мощный мотор. Что, в свою очередь, требует разработки совершенно новой трансмиссии и коробки переключения передач. Мы же в данном случае ограничены мотором, что только-только планируется пойти в производство на заводе «АМО». Можно, конечно, несколько облегчить машину и тем самым высвободить вес для лучшей бронировки. Но тут от нас, ее конструкторов, уже ничего не зависит. Здесь мы полностью зависим от нашей промышленности. Потому, пока не будут решены проблемы с выпуском брони, и пока у нас не появится алюминий в должных количествах, на имеющейся производственной базе лучшего недорогого общевойскового танка мы создать не сможем.

— Да. Алюминий очень нужен, — тут же согласно кивнул головой Сталин. — И в первую очередь авиации для постройки тяжелых бомбардировщиков! Об этой проблеме мне хорошо известно. Здесь я могу с вами согласиться. А что у нас не так с броней?

— Насколько мне известно, товарищ Халепский еще полгода назад подавал соответствующее письмо товарищам Ворошилову и Орджоникидзе. Там все было расписано от и до. Все выявленные проблемы, — бросив быстрый взгляд на начальника УММ и получив в ответ едва заметный кивок, комроты продолжил, как они и договаривались заранее. — Но, если говорить в двух словах, то существующая марка танковой брони хороша, исключительно, как противопульная. Сделать же из нее достаточно толстую, противоснарядную, невозможно по техническим причинам. Именно поэтому вы можете наблюдать на данном танке несколько скрепленных друг с другом слоев, что по стойкости к ударам снарядов несколько хуже монолитной броневой плиты. Да и сильно дороже выходит в производстве, поскольку их необходимо подгонять друг к другу вручную. Вторая же проблема — качество брони. Оно не выдерживается совершенно, поскольку никто за этим специально не следит на всех этапах ее производства. А военный приемщик получает на руки уже готовую, но дефектную продукцию, которую зачастую просто вынужден пропускать, дабы не сорвать производственный план танков. Мы с этим фактом столкнулись еще в самом конце 1929 года, и потратили целый год на выяснение причин. Сюда же можно отнести проблему с налаживанием сварки бронекорпусов — технологии в разы удешевляющей и ускоряющей изготовление танкового корпуса. И рецептура стали оказывает влияние, поскольку ее необходимо совершенно по-разному варить изнутри и снаружи. И производственный брак заставляет с нуля подбирать параметры сварки для каждой новой партии брони. А это, как вы сами понимаете, все время и деньги. Очень большое время и очень немалые деньги, товарищ Сталин. К примеру, если мы сможем без каких-либо проблем сваривать корпус подобного танка, постучал он кончиком указки по борту Т-26, то выиграем в весе не менее 700 килограмм за счет отказа от заклепок и уголков, которыми все ныне скрепляется воедино. За счет же применения в ряде отливок алюминия вместо чугуна, сможем получить еще 200 килограмм. Почти тонна! Этого как раз хватит, чтобы довести бортовую защиту танка до такого показателя толщины, что существующее противотанковое ружье уже не может его пробить. Разве что при стрельбе вплотную.

— Это очень хорошо, что мы с вами вот так поговорили, товарищ Геркан. Напрямую. А то порой до меня доводят лишь общую информацию, опуская некоторые, немаловажные детали. Вы подняли очень нужный и правильный вопрос, который непременно должен быть всесторонне изучен и решен. Да, товарищ Орджоникидзе? — обратился действительно внимательно и с интересом слушавший танкиста Сталин к председателю Высшего совета народного хозяйства, курирующего всю промышленность.

Глава 15

Лучшее — враг хорошего. Часть 2

— Совершенно верно, товарищ Сталин, — мгновенно отозвался тот, кто имел полное право называть себя действительно близким другом генерального секретаря ЦК ВКП(б). —

Вопрос наиважнейший для обороноспособности страны. И им уже полгода как активно занимаются товарищи из Всесоюзного института металлов. Не менее полутора сотен сотрудников института командировано на Ижорский завод, где действительно выявлено имевшее место быть разгильдяйство на местах, а также плачевное состояние производственных фондов. По последней полученной мною информации, там необходимо строить новые печи для выплавки броневых сталей, поскольку из четырех имевшихся две совершенно развалились и не подлежат восстановлению, а две оставшихся постоянно находятся в работе, так как, помимо брони, обеспечивают выплавку инструментальной стали, нехватка которой у нас ощущается повсеместно. — Естественно, никто в армейской верхушке даже не думал действовать против Серго Орджоникидзе, прекрасно зная о его взаимоотношениях со Сталиным. Потому Ворошилов с Халепским сами еще в начале года посетили председателя ВСНХ СССР, чтобы обсудить вскрытую одним неугомонным краскомом проблему. Все они прекрасно знали, что в последние пару лет вопрос именно «танкизации»[1] армии генсек держал на личном контроле, нередко вмешиваясь в ход развития этого нового рода войск, отчего действительно озаботились данным неприятным открытием, на которое прежде предпочитали закрывать глаза, поскольку хватало иных забот, а броня худо-бедно поступала на заводы. Тут же свидетелем имеющихся недостатков броневой защиты техники стал Тухачевский, который, так же как и они, прежде ориентировался на «бумажные данные», которые, вроде как, выглядели приемлемо. А этот «товарищ», основываясь на данных обстоятельствах, уже мог использовать их в своей игре против Ворошилова с Халепским, чего последние допустить никак не могли. Отчего были вынуждены первыми дать делу ход. — Товарищи металлурги убедили меня, что в их возможностях создать новую марку броневой стали, которая полностью удовлетворила бы пожелания наших военных. Более того! Определенные положительные результаты уже имеются. Ими уже создана новая марка броневой стали, которая требует меньшего количества легирующих добавок и потому выходит дешевле, вдобавок превосходя прежнюю по пулестойкости. Однако с созданием именно противоснарядной брони дело пока не решено. Тут, конечно, имеется упущение. Специалисты созданной при институте металлов еще в прошлом году так называемой «броневой группы» попросили дать им один год на все необходимые научно-исследовательские работы, а также выделить валютные средства на постройку новых печей, поскольку старые едва справляются с выполнением текущих заявок. — На отлично отыграл он свою роль, демонстрируя всем присутствующим, что держит руку на пульсе и в курсе имеющихся в его епархии проблем. То бишь, «граница на замке».

— Отчего же потребны покупки за рубежом. Неужто своими силами не справимся? — прозвучавший со стороны Иосифа Виссарионовича вопрос был не праздный. Ситуация со свободной валютой к лету 1931 года стала очень напряженной на фоне терзающего Америку и Европу экономического кризиса. Тот закономерно привел к заметному снижению потребления населением многих стран мира не только промышленных товаров, но и продовольствия, отчего на зерновом рынке случился коллапс — он оказался переполнен, и цены резко посыпались вниз. Так, начиная с 1929 года, пшеница подешевела уже вдвое, прочие злаки — минимум на треть, а бобовые вовсе вчетверо. Для страны же, основу экспорта которой в плане финансов составляла именно зерноторговля, это был удар ниже пояса. Мало того, что валютные поступления упали почти вдвое. Так еще в завершающую фазу вошли многие грандиозные промышленные стройки, отчего прекращать их финансирование за счет получения кредитов под урожай, не представлялось возможным, чтобы не потерять вообще всё. Процесс индустриализации СССР оказался под угрозой! Вдобавок в будущем году требовалось произвести весьма крупную выплату по ранее взятым кредитам. В общем, ситуацию смело можно было описать фразой — «Денег нет, но вы держитесь!».

— Необходимый для внутренней отделки подобных специализированных печей кирпич у нас не производится, — поджал губы Орджоникидзе, тем самым выказывая собственное негативное отношение по данному вопросу. — Это не означает, что мы не сможем его сделать со временем своими силами. Однако прямо сейчас достать его можно лишь за границей. Либо придется подождать с закладкой новых печей.

— А старые справятся с поставкой брони в необходимых объемах? Не сорвут нам план насыщения войск новейшими танками? — задал генеральный секретарь вопрос, к которому «высокие договаривающиеся стороны» особо не готовились. Орджоникидзе вообще изначально воспринял в штыки попытку вмешательства Ворошилова в дела его хозяйства. И лишь последовавшее многочасовое общение двух высокопоставленных партийцев заставило его согласиться с доводами военных. Потому, в основу проблемы он хоть и вник, но все аспекты остались для него неведомы. Как результат — ответить было нечего.

— А пусть нам товарищ Геркан скажет, смогут они справиться или нет, — вовремя заметив подаваемые Александром едва заметные знаки с указанием на себя, тут же перевел он стрелки на комроты. — Его слова, как человека со стороны, будут более объективны, как мне кажется, — якобы сделал он намек на то, что непременно стал бы выгораживать «своих», поскольку так банально было принято.

— Что же, есть правда в твоих словах, — медленно кивнул головой генсек. — Так как, товарищ Геркан? Сможете дать ответ на поставленный вопрос?

— Приблизительно смогу, товарищ Сталин, — тут же отозвался означенный краском. — Делал для себя соответствующие расчеты. Разрешите их озвучить? — Дождавшись же дозволения говорить дальше, он продолжил. — Если учесть работу данных печей без перерывов на выходные и праздничные дни, то они могут обеспечить годовую выплавку броневой стали достаточную для производства двух с половиной тысяч танков типа Т-20. Однако сейчас половину времени в них плавят сталь иных марок, не менее необходимых нашей стране и промышленности. Потому озвученную мною цифру можно смело делить на два. При этом процент брака в прошлом составлял половину от всего поставляемого на «Большевик» броневого проката. Сейчас ситуация заметно лучше, но пока далека от идеала. Пятую часть все равно приходится отсылать назад, как совершенно не подлежащий применению в постройке танков брак. Потому цифра сокращается до одной тысячи машин. От которой опять необходимо отнять некоторое количество, поскольку броня потребна, и для постройки броневиков, и для выделки щитов артиллерийских орудий, и для создания бронепоездов. Так что хорошо, если хватит на семьсот единиц Т-20. Коли же мы перейдем на изготовление Т-26, — похлопал Александр по броне ранее представленной машины, — то и эту цифру следует уменьшать на треть минимум. Про Т-24 тогда и говорить не стоит, так как на него идет столько же брони по весу, сколько потребно для постройки трех Т-26. Вот и выходит, что мы теоретически сможем получать, либо четыреста семьдесят общевойсковых танков, либо чуть более полутора сотен танков усиления. В год! Плюс до трехсот броневиков или легкобронированных танков-разведчиков. Это очень грубый и приблизительный расчет. Но, что есть, — развел руками Геркан, тем самым показывая собственное бессилие хоть как-то повлиять на данный факт.