H.i.d.a.
Шрифт:
Моя рука сама собой вытянулась в ее сторону, но ничего не произошло.
— Тише, девочка, все хорошо, — сказала она спокойным голосом показывая мне пустые ладони, — Позволь, тете Виолетте глянуть, что у тебя там.
Я решил довериться ей, в тем более мне самому интересно, что она там увидит.
Ее пальцы прошлись по моему колену, схватили рваный подол платья и медленно приподняли. У меня аж дыхание замерло от напряжения, стоило только увидеть, как ее добродушный взгляд вмиг становится разгневанным.
Может она злится на меня? Что-то не так?!
Но она злилась не на меня. Опустив кусок ткани, она с раздражением пнула труп лежащий
— Чертовы уроды! — прокричала она, — Знала бы, что вы с ней сделали, не дала бы так легко умереть!
Все настолько плохо там? Что же они сделали?
Почему-то на эти вопросы, моя память упорно молчала не желая отвечать. Видимо, знаний не было. Я же не компьютер с базой данных Википедии.
Повернувшись обратно ко мне и поймав мой испуганно-озадаченный взгляд, женщина одарила меня ободряющей улыбкой, хоть она и была жутко натянутой.
— Не бойся, все хорошо будет, — сказала она вставая.
Я уже было хотел протянуть руку, чтобы она мне помогла встать наконец-то из этой лужи моей собственной крови, но она лишь отвернулась со словами:
— Ты пока полежи, мне нужно тут слегка прибраться, мы же не хотим, чтобы мою девочку копы повязали.
Мою девочку? С каких пор я стал ее девочкой? Может мне и правда начать говорить о себе в женском лице? Так хоть путаться меньше буду.
Пока я лежал в луже собственной крови, женщина схватила мертвое тело первого насильника и оттащила куда-то дальше в другое помещение. Раздался грохот, а затем облако белой бетонной крошки заполонило воздух вылетая из дверного проема. Громкий кашель разрезал нависшую после такого шума тишину, и женщина по имени Виолетта вышла оттуда. Ее старая куртка стала белой, от чего она начала смотреть еще ужасней чем было до этого.
Присмотревшись к походке женщины, я только сейчас понял, что она хромает. Правая нога у нее почти не сгибалась, от чего создавалось впечатление, что она искусственная. Но нет. Сквозь прорехи в штанах, можно было увидеть грязную кожу. И это все. Вся одежда была такого большого размера, что скрывала ее фигуру, не позволяла увидеть настоящее очертание тела. Почему-то этот факт, стал заметен мне только сейчас при детальном рассмотрении. И я удивлен, что вообще смог подметить эту деталь… Хотя, мне кажется, что я устаю удивляться уже. Мозг перестал эмоционально реагировать на все странное происходящее в этот ужасный для меня день. Стало так все равно, что со мной будет происходить дальше…
Наверняка, я просто потерял слишком много крови. От того и вялость такая нахлынула на меня.
Опять ответ появился в голове сам собой, но вместе с ним до моего сознания словно, дотянулось нечто странное. Я ощутил некую силу. Как в тот момент, когда она начала прорастать внутри меня подобно ветвям дерева, или даже больше напоминая виноградную лозу, а затем сплелась с чем-то еще. Вот тут как раз и настал момент прозрения. Память подкинула мне, что использованные мной силы были моей врожденной способность. Умение призывать предметы — моя способность. Вот только призываю я их не на долго, и не большого размера. Обычно это были бесполезные вещи: коробок спичек, ручка или карандаш, пачка сухариков или сигарет, презервативы. Все. Ничего сложного или навороченного в плане создания. Призвать пистолет способный сделать больше одного выстрела для меня нечто поразительно, память подсказывает, что раньше никогда такого не было. Моя сила не была такой мощной…
Хотя она и остается не такой мощной.
Вторая способность, самая основная которая появилась первой — усиление. Усиливает все способности, которые я пожелаю. В моем собственном теле, она же и усилила “призыв предметов”, сделав его мощнее. Теперь можно призывать сложные устройства и оружие, а также если сфокусироваться и направить эмоции в нужное русло, как в тот момент, когда я призвал пистолет, то можно получить конкретный предмет. Вот только тогда, способность быстро перестает работать. Словно от призыва чего-то конкретного сильно перегружается мое тело и мозг.
Опять же. Воспоминания о способности “усиление” несли на себе отпечаток мужской личности. Я чувствовал, эту личность. Прямо сейчас она же и была моей, а вот тело нет. Именно так. Моя личность была чужеродна этому женскому телу, но благодаря способности связь между ними усилилась и стала крепче. Радует.
Но кем я был в прошлом? Как оказался в этом теле? И кому оно принадлежит?
Опять вопросы без ответов, на которые моя память никак не желает реагировать.
Тем временем пока я пребывал в собственных раздумьях, Виолетта оттащила тело второго парня в комнату, вновь раздался грохот, а затем она вышла наружу, отряхивая одежду с некой довольной улыбкой.
— Ну вот с самым сложным покончили, — подошла она ко мне.
Она протянула мне руку, давая понять, что надо подниматься.
Встав на свои трясущиеся ноги, по которым струилась кровь, заставляя ткань порванных колготок прилипать к ногам, я прислушался к ощущения женского тела. Живот и все, что ниже болело, но уже не так сильно. Наверное, я пока не двигался, а может мои чувства притупились из-за кровопотери. Голова кружилась, перед глазами двоилось.
— С-па-си-бо, — язык слушался меня с трудом.
Во рту все пересохло, губы болели. Наверняка, насильники били это тело по лицу, а может и того хуже. Даже думать не хочется, сразу тошнота подступает…
Меня вырвало. Кровь вперемешку с желчью испачкала мои кеды. Тело качнулось в сторону теряя точку опоры, но меня тут же схватили за плечи сильные руки.
— Тише, бедняжка, — заботливый теплый голос женщины действовал успокаивающе, — Не торопись, ты многое пережила, но все уже кончилось. Давай выйдем отсюда, тебе нужен свежий воздух.
И мы пошли дальше. Она обнимала меня за плечи прижимая к себе. Ее рост позволял это делать, ведь женщина была меня выше. Щекой я чувствовал ее тепло сквозь протертую грязную одежду, а также весьма мягкую объемную грудь, в нос ударил спертый запах немытого тела и уличных отходов. В любой другой момент меня бы вывернуло на изнанку от подобного благовония, но почему-то именно сейчас, мне он показался чем-то обычным.
Мы шли очень медленно, ибо передвигать ногами мне было сложно. Коленки дрожали, мое тело все норовило прилечь на землю, ступни заплетались. Стоило только пройти пару метров, как я ощутил новый приступ тошноты и боли, затем одышка, словно пробежал марафон в сотню километров. Меня это начинало раздражать, но вот мою спасительницу нет. Она терпеливо ждала, все время подбадривая. Ее руки обнимали меня за плечи, иногда придерживая за талию, дабы не дать мне упасть. Это было странным.