Гвардеец
Шрифт:
— Ты долго будешь в империи? — помолчав, спросил барон.
— Не меньше трех месяцев.
— Почему такой срок? Что экипажи крейсеров переучивают три месяца, что экипажи транспортов.
— Пока не развернется симбионт, осваивать базы знаний невозможно, а потом обучение, практика в вирткапсуле и в реальности. Как раз экипажи успевают освоить новые корабли и сдать на сертификат.
— Мне не понятно, почему имперцы не берут деньги за обучение.
— Как говорит Кира: «Ученье свет, а неучей тьма»
— Это точно, — согласился
— Ладно, пойду я, — поставив чашку на столик, объявил барон, — с утра тебя начнут грузить нейзитом. Люди будут после обеда, человек сорок, мало ли что.
— Согласен, — кивнул Мак, вставая из кресла, чтобы проводить деда.
— Ну, пока, — барон за герметизировал шлем и вышел из каюты.
Мак, не раздеваясь, устроился на диване и моментально заснул.
29
Жана крутилась перед зеркалом, примеряя свою новую форму. Остальные три представительницы семьи Сидоровых наблюдали за ней, дегустируя напитки из синтезатора
— Жана, почему все гвардейцы такие здоровые? — поинтересовалась Рката, оказавшаяся самой миниатюрной среди четырех жен Данилы. И это при росте в метр восемьдесят пять.
— Есть специальные, гвардейские базы знаний, — поправляя китель, ответила Жана, — но я не советую, во-первых, это полный капец, а во-вторых, Данила ругаться будет. Я когда себе их залила, чуть не сдохла.
— Но, ведь выжила, — заметила Пава, внимательно слушавшая разговор.
— Василий, — не желая вести бесполезный спор, Жана обратилась к искину, — ты скинешь этим убогим гвардейские базы.
— Чтобы командир опять на меня сердился, — ответил Василий, скучавший от некоторого безделья, но как настоящий исследователь загоревшийся попробовать гвардейские базы на ком-либо кроме людей. Если выходцы с земли переносили загрузку легко, то цениты и похожие на них жители содружества справлялись с этим гораздо хуже. Остальным видам разумных базы еще не ставились.
Связавшись с Эскулапом, искином госпиталя, Василий сравнил генетические карты всех четверых и пришел к выводу, что отторжения случиться не должно.
— Василий, ну пожалуйста, мы никому не расскажем, — хором попросили шойки, умильно моргая глазами, в попытке разжалобить искин.
— Хорошо, только вам троим нужно лечь в медкапсулы, — позволил себя уговорить Василий.
Девушки без лишних слов отправились в комнату, где находились медкапсулы. Больше предназначенные для обучения, капсулы тем не менее прекрасно справлялись и с лечением.
На пятой минуте с момента окончания загрузки Василий запаниковал, капсулы не справлялись со стабилизацией состояния пациенток.
— Мамочки, — прошептала Жана, прижав ладонь к губам, — Василий, сделай что-нибудь.
— Данила, на помощь, — не услышав ответа Василия, целиком ушедшего в расчеты, позвала Жана через симбионт, — у нас проблема…
— Сейчас буду, — ответил озабоченный голос Данилы, изучавшего в госпитале ментограммы пленных аграфов.
Вбежав в каюту с капсулами через три
— Вредитель, ты не мог провести анализ перед загрузкой баз? — через десять минут, стабилизировав состояние своих жен, спросил Данила.
— Зачем? — искренне удивился Василий, — Эскулап проводил анализ месяц назад.
— А, — махнул рукой Данила и посмотрел на Жану, — а ты что стоишь, быстро в капсулу.
Благоразумно решив промолчать, Жана на счет раз сняла с себя форму, а на счет два была уже в капсуле.
Запустив диагностику, и получив первые результаты, Данила хмыкнул.
— Ну теперь понял, где собака порылась, — обратился он к Василию.
— Еще нет, — признался Василий, которого самого интересовала причина ошибки.
— Все четыре моих жены беременны, срок две недели, — пояснил Данила, — теперь понял?
— Да, я об этом даже не подумал, извини.
— Ладно, уж, — махнул рукой Данила, — зато эксперимент провели и развлеклись немного.
— Да… — протянул Василий.
— Я в госпиталь, Жану выпустишь из капсулы за час до вахты, я включил ей общее оздоровление. Рката пропустит вахту, раньше завтрашних суток им вставать из капсул нельзя.
— Василий, долго я была в капсуле? — выбравшись из капсулы поинтересовалась Жана.
— До вахты остался один час.
— Что с девочками? — собирая вещи, поинтересовалась Жана.
— Опасности уже нет, командир приказал не выпускать их из капсул еще сутки.
— А что собственно случилось? — Жана прибрала вещи девушек и направилась в душ.
— Я дурак, — ответил Василий.
— А конкретней? — остановившись на пороге душа, поинтересовалась она.
— Вы все беременны, а я не проверил.
— Данила уже знает?
— Это он меня дураком и обозвал.
— Это он от счастья, — войдя в душ, улыбнулась Жана, — сразу четыре ребенка.
— Семь, — поправил ее Василий, — у тебя один, у остальных по два.
— О как, — выдохнула Жана, уворачиваясь от струй воды, норовящих попасть в рот.
Она уже знала, что у нее сейчас будет один ребеночек.
Данила тем временем, продолжал чтение мнемограмм и прикидывал, как лучше использовать полученные материалы. Можно было продолжить диверсии, не приносящие особой прибыли, и по большому счету ощутимого убытка ушастым. Гораздо больнее аграфам было бы возвращение пленников на родину. Поднимется такой вой, что ушастым будет трудно отмазаться. А если подбросить материалы с пиратскими действиями аграфских патрульных? Веселуха попрет. Решено, по прилету на Терру, размораживаем криокапсулы, проводим снятие ментограмм и предлагаем принять гражданство империи. Всех не согласных грузим на попутный транспорт и отправляем в баронство Ла-риска, а дальше пусть хоть пешком идут. В момент прибытия бывших пленников вбрасываем в сеть материалы про художества ушастых и ждем реакцию.