Гусарская рулетка
Шрифт:
– Но ведь Виталик выяснил, что Костю убил профессиональный киллер...
– Он же точно этого не знает. Сначала убили Севу, потом какого-то мужика, который был киллером Саввы, а вдруг это просто совпадение? Сева мог быть осведомителем Саввы, и тот его убрал, когда стукачок заметался и стал опасен, а заодно убрал и киллера. Но связаны ли оба эти убийства с убийством Кости, - не факт. Мы так решили, но полной уверенности-то нет. И допросить некого - все в могиле.
– Ты думаешь...
– Лариса даже побоялась договорить.
– Не знаю, старушка...
– покачала головой
– С одной стороны, Казанова бизнесмен, на фига ему банальное мочилово, он бы мог киллера нанять... А с другой стороны - киллера брать тоже опасно - через кого-то надо с ним связаться, дать задание, передать гонорар. А все они подонки, любой может продать, если ему предложат хороший куш. Я давно уже слышала сплетню, которую распускает бывшая жена Игоря, но до вчерашнего дня не придавала ей значения. Думала, что Казанова умный мужик и не станет связываться с киллером, но я же тогда не знала, что он умеет стрелять. Он действительно хорошо стреляет?
– Да, Виталик сказал, что Игорь все делает профессионально, к тому же сам признался, что ему доводилось стрелять в человека.
– Мать, может быть, мы понапрасну тревожимся, но мне кажется, надо что-то предпринять. Хорошо, что твой сыщик будет все время рядом с тобой. Давай поручим ему по-тихому провести расследование, чтобы совсем успокоиться.
"Недаром мне было тревожно, недаром были дурные предчувствия"... подумала Лариса.
– Алка, я совсем забыла тебе сказать. Позавчера какая-то бомжиха подкараулила меня в подъезде и сказала, что Костю убил Игорь.
– Что ещё за бомжиха?
– удивилась та.
– Откуда она что-то может знать? Или это опять Саввины штучки? А как она выглядела?
– Я к ней не приглядывалась, перепугалась и скорее дверь захлопнула. Помню, что молодая, но уже вся пропитая, без зубов. Злющая, её всю перекосило, когда она мне это прокричала. Я даже боялась, что она сейчас на меня набросится.
– Блондинка?
– Кажется, да. Волосы у неё были длинные, но грязные.
– А может быть, это бывшая жена Игоря? Говорят, та совсем пропилась и превратилась в отребье.
Внезапно Лара почувствовала, как сердце сжимает когтистая лапа страха и боли, и обмякла, откинув голову на подголовник.
– Подружка, что с тобой? Опять сердце?
– как сквозь вату, услышала она голос Аллы.
Раздался стук в дверь и в кабинет вошел Виталий. Увидев бледную Ларису с запрокинутой головой и посиневшими губами, он быстро достал из кармана трубочку с нитроглицерином и нажав на подбородок, заставил её открыть рот и вложил под язык две таблетки.
– Что ты ей сказала?
– сердито спросил он Аллу.
Та лишь отмахнулась, не сводя растерянного взгляда с подруги.
– Дура!
– рассердился сыщик.
– Лариса только что была в кардиоцентре. У неё стенокардия, ей совершенно нельзя волноваться. Ты до инфаркта её доведешь.
– Я же не знала...
– с Аллы мигом слетела вся её самоуверенность. Давай дадим ей немного коньяка. В прошлый раз, когда у неё был приступ, я влила в неё коньяк, и все обошлось.
– Так ты уже второй раз доводишь её до приступа!
– возмутился Виталий.
– Тоже мне, верная
Она стерпела даже это и тихо спросила:
– Так дать ей коньяку? Что-то твои таблетки не действуют. В тот раз у неё быстрее прошло.
– Давай свой коньяк и вызывай "Скорую".
Алла достала из шкафа коньяк и бокал, поставила на столик, села к телефону, набрала "03" и вызвала врача.
Разжав зубы Ларисы, сыщик влил ей в рот немного коньяка. Она поперхнулась, закашлялась и открыла глаза.
– Выпей, Ларочка, - ласково попросил он.
Та послушно стала пить коньяк маленькими глотками. Постепенно к лицу вернулись краски, она слабо улыбнулась.
– Доктор сказал, что мне нужно понемногу пить коньяк.
– А я что говорила!
– обрадовалась Алла.
– Хоть мы мединститутов не кончали, но то, что хороший коньячок расширяет сосуды, и без медицины знаем.
Сыщик лишь хмуро покосился на нее, но промолчал.
Открылась дверь, и вошел врач с чемоданчиком. Подойдя к Ларисе он попросил Аллу с Виталием выйти. Те вышли в коридор.
– Что ты ей сказала?
Алла пересказала то, что говорила подруге.
– Расследование я по-тихому проведу, но не сам, а привлеку своих ребят. Я буду рядом с Ларочкой. Ты же видишь, её нельзя оставлять одну. Вчера у неё был приступ и сегодня тоже. За рулем ей тоже быть нельзя. Станет плохо, и она врежется во что-то. А насчет Игоря, я думаю, это ерунда. В людях я разбираюсь. Не мог он устроить Ларочке такую подлянку убить её любовника да ещё подстроить все улики, чтобы подозрение пало на нее. Игорь её любит, а по характеру не мстительный. Вчера даже на меня не злился, смеялся и шутил. Нет, это не он. Но кто убил Костю, я обязательно выясню. Раз ты рассказала Ларисе обо всем, то теперь она будет терзаться и не успокоится, пока не убедится, что Игорь чист. Ты-то каким местом думала, когда ей все это вывалила? Подруга, называется. Мало ей досталось, что ли? Только она успокоилась, так ты опять.
– Я же не знала, что так получится...
– растерянно пролепетала Алла в совершенно несвойственной ей манере.
– Думала, ей надо об этом знать.
– Ничего ты не думала, - отрезал сыщик.
– Если б думала, позвонила бы мне.
– Так ты ж, вроде бы, соперник Казановы...
– И что - из-за этого я должен его подставить, что ли?
– Не в этом дело...
– Да в этом, в этом. Именно так ты и подумала - что я буду пристрастен. Но Лариса-то чем могла тебе помочь?
– У неё есть адвокатесса, к которой она обычно обращается.
– Вот и позвонила бы ей сама. И вообще, Алла, кончай втягивать Ларочку в разные авантюры. У тебя здоровье такое, что тебя лопатой не убьешь, а у неё - сама видишь.
– Клянусь, больше Ларке ничего не скажу. Если что случится, сразу к тебе.
– Наконец-то до тебя дошло, - проворчал он.
Из кабинета вышел врач.
– Я сделал инъекции. Больная, оказывается, сегодня консультировалась в кардиоцентре, ей назначено лечение. Почему же у неё снова приступ?
Алла виновато отвела глаза. Врач переглянулся с Виталием, покачал головой и словами: