Гуру пьёт бурбон?

Dzongsar Jamyang Khyentse

The Guru Drinks Bourbon?

Преданность гуру – это голова, сердце, кровь, хребет и дыхание потрясающей ваджраяны, пути буддийской тантры. Ваджраяна – это не безопасная прогулка на лоне природы. На самом деле безопасность здесь, пожалуй, – наименьшая из наших забот. То, как ваджраяна взаимодействует с эго и эмоциями, – опасно. Методы её порой даже безрассудны. Поэтому тантрический путь – наиболее рискованный из всех буддийских путей. Если нет риска, то нет и приключения. Я предполагаю, что если вы читаете эту книгу, то вы не слабого десятка и решились пойти на этот риск.

Слышали ли вы когда-нибудь о тибетских поющих чашах? В Тибете о них никто никогда слыхом не слыхивал, пока один хитрый предприниматель, знающий толк в рекламе, не воспользовался модой на всё тибетское и не изобрёл этот поющий колокол. Теперь вы видите их повсюду, как будто они часть самой тибетской культуры. Даже тибетцы в Дхарамсале и Катманду постфактум приняли эти поющие чаши как часть своей культуры. Точно такая же история с китайским печеньем с предсказаниями, которое вовсе не китайское. Оно было изобретено в Америке на основе японского рецепта, а теперь подаётся так, как будто оно квинтэссенция китайской кухни, даже в настоящих китайских ресторанах. Нам угрожает такого рода опасность, если мы не будем осторожны. Однажды красиво упакованный, хорошо разрекламированный буддизм будет предлагаться под видом истинного. Поэтому бдительность так важна: бдительность в отношении учений, бдительность в отношении учителя и бдительность в отношении ученика. Именно поэтому я написал эту книгу.

Также важно признавать различие, существующее в буддизме между теорией и практикой. Теории – это идеи, такие как «вещи не рождаются из себя, они также не рождаются из другого», а практика включает методы, такие как сидение с прямой спиной. Кажется, что теория и практика часто противоречат друг другу. Теория поощряет отсутствие точки опоры и направления, тогда как практика полна точек опоры и руководств касательно направлений. Но эти руководства ведут практикующего к точке без опоры, свободной от любых направлений. Принцип гуру – это практика. Это метод, а не теория. На самом деле это величайший из всех методов.

Хотя эта книга может помочь ученикам, ищущим гуру, или тем, кто пытается сохранить отношения с гуру, неразумно полагать, что метод, изложенный здесь, подойдёт каждому. Или что это последнее слово в данном вопросе. Это просто моё слово. Структура этой книги, в частности 2–4 глав, основана на наставлениях Джигме Лингпы, но то, что я написал, основывается на моём собственном опыте взаимодействия со своими учителями и моими так называемыми «учениками», связанными со мной узами кармического долга. Поэтому в книге затрагиваются такие вопросы, как «секс как подношение»,

что, возможно, заставит вас содрогнуться, если вы полагаете, что буддизм – это лишь умиротворённость, ненасилие, вегетарианство, осознанность, вера в реинкарнацию и практика сидения.

Также я должен заметить, что воззрение и методы пути ваджраяны столь обширны и богаты, что у меня нет возможности объяснить их все. Но я надеюсь, что у вас хватит сил дочитать эту книгу до конца и что она по крайней мере поможет вам познакомиться с миром ваджраяны. Я надеюсь, что вы начнёте ценить то, что ваджраяна – это не только мантры, ритуалы, гуру, мандалы и тантрический секс.

Эта книга для тех, кто имеет природную склонность к ваджраяне, подобно Миларепе и Шантидеве, которых не удовлетворяла обычная логика и разумная обоснованность и которые не принимали с готовностью известный им мир таким, каким он казался. Она для тех, у кого нет времени на тома наставлений, кто не верит путеводителям и кто обладает смелостью положиться на другого человека. Она для тех, кто не ищет страховочной верёвки, кто скорее согласится на то, чтобы у него из-под ног выбили точку опоры, вместо того чтобы иметь какое-то чувство безопасности и направления. Она для людей, которые любят противостоять трудностям. Эта книга для тех, кто сначала с энтузиазмом отнёсся к практике тантрического буддизма, а потом, к своему ужасу, обнаружил, что для того, чтобы следовать по пути ваджраяны, необходимо полагаться на гуру как проводника.

Решиться следовать за другим человеческим существом – не богом, не машиной, не природой, не системой управления, не луной или солнцем, а существом, которое принимает душ, спит, зевает, справляет нужду, бывает в дурном настроении и которое можно подкупить, – это либо наибольшая глупость из всех, что может совершить человек, либо же величайшая награда. Это дар – иметь такую склонность, а также твёрдость духа следовать ей. Это дар – иметь уверенность, свободную от сомнений. Это дар – иметь способность убить сомнение с помощью сомнения. Не все обладают такими дарами.

Один из учеников Ньёшул Лунгтока обладал такими дарами. Однажды, стирая одежду гуру, он нашёл на ней пятно от испражнений и подумал: «О, Ваджрадхара справляет нужду». Но поскольку он получал наставления о том, что ученик должен относиться к учителю как к Будде, он сразу же отчитал самого себя: «Как я могу думать, что Ваджрадхара испражняется?» Но затем он отчитал себя снова, подумав: «Неужели я просто льстец?» Затем в третий раз он укорил себя, придя к выводу, что быть льстецом – это просто концепция, страх. И после всех этих мыслей он продолжил следовать гуру, но уже не слепо, а чистосердечно.

Когда вы начнёте это путешествие практики ваджраяны, может случиться всякое, и вам следует быть к этому готовыми. Важно иметь веру, но также хорошо иметь сомнения и использовать свой здравый смысл. Часто вера приходит после сомнения, а сомнение приходит вслед за верой. И то, что приходит вторым, часто бывает сильнее. В конечном итоге нам придётся оставить как одно, так и другое.

Ваджраяна – это путь единства мудрости и метода, единства науки и веры, единства мифа и истины, но многие материалисты, те, чей взор не проникает далее пределов этой жизни, не видят недвойственность этих дуальных пар. Обширность и глубина теории недвойственности может вселять в них благоговейный трепет, однако при этом они могут отвергать веру и преданность, несмотря на то, что вера и преданность – это колесницы, действенно доставляющие нас к недвойственности. Они могут признавать логику истины, а затем высокомерно отвергать мифы и ритуалы. Они, похоже, не понимают, что мифы – это единственный способ понять истину, поскольку всё, что мы говорим, является мифом.

Даже практики ваджраяны испытывают с этим трудности или вовсе не помышляют о том, чтобы попытаться сочетать эти полярные понятия, кажущиеся несочетаемыми. К примеру, многие применяют методы – выполняют простирания перед гуру или подносят ему цветок лотоса, элегантно соединяя ладони в анджали-мудре, но они делают это как ритуал, не применяя мудрость. Простирание – это выражение смирения, но лишь немногие люди делают простирания с истинной уверенностью, они не думают: «Я простираюсь ниц перед божеством, которое есть не что иное, как я сам, и точно так же божество простирается ниц передо мной». Осознание того, что божество и тот, кто перед ним простирается, едины и одинаковы, – это абсолютное простирание.