ГУЛЯЙ, ВЕДЬМА
Шрифт:
— Пять тысяч долларов.
— Пять тысяч! — я рассмеялся. — Рисковать карьерой за такую сумму?!
— Что ж, поищу кого-нибудь другого. — Она взялась за дверную ручку.
— Скажем — двенадцать, — произнес я. — Столкуемся? Она снова обернулась.
— Двенадцать, — повторил я. — И две тысячи — на расходы.
— Какие?
— Пока не знаю, но, думаю, их не избежать.
— Ну и наглость! — Возмутилась посетительница. У меня нет такой суммы! Восемь. И тысяча — на расходы.
— Десять и две, — отчеканил я.
— Девять.
Подумав пару секунд я улыбнулся.
— Согласен.
Моя клиентка вернулась к столу и достала из сумочки чековую книжку. Через минуту я рассматривал чек на 1500 долларов, выписанный Д. Бойду.
— Теперь мы деловые партнеры, не так ли?
— Конечно. — Я спрятал чек в верхний ящик стола.
— Как вы это сделаете? — резко спросила женщина.
— Что вы имеете в виду?
— Перестаньте кривляться, иначе заберу чек и уйду.
— Интересуетесь, как я позабочусь о бедном Николасе? Еще не придумал. Прежде всего не мешало бы его увидеть.
— Это легко организовать. Завтра он будет в студии на чтении пьесы. Вас лучше всего представить, как друга Аубрея.
— Малыш не станет возражать?
— Конечно, нет! — Она прикусила губу. — Будьте разумны, мистер Бойд.
— Называйте меня просто Дании, — попросил я. — Похоже, мы подружимся?
— Наши взаимоотношения чисто деловые, — усмехнулась она. — И очень надеюсь — скоро прекратятся.
— Увы моим мечтам, — с горечью произнес я. — Все время работал на Крюгера, наконец обзавелся своей конторой, сижу, бездельничаю, и вдруг входит прекрасная дама…
Мы поболтали еще минут пять, потом Адель поднялась.
— Я захвачу вас отсюда завтра в десять утра, — сказала она. — Аубрей будет со мной.
— На поводке? — хмыкнул я. — Ответом она не удостоила. Только бедра покачивались то ли презрительно, то ли обещающе, но я проводил их взглядом до самой двери.
Едва исчезло соблазнительное видение, я заглянул в стол удостовериться в реальности другого чуда. Как знать, может с этого чека и начнется процветание «Конторы Бойда».
Через десять минут появился второй клиент. Вошел без стука и ногой захлопнул дверь.
Высокий молодой человек отличался хорошим телосложением, тонкими, плотно сжатыми, губами и голубыми глазами.
Покуривая, я наблюдал за приближением холодных глаз, и в моем взгляде он не нашел взаимного тепла.
— Вижу, вы новичок, мистер Бойд? — спросил вошедший. Его голос не уступал росту.
— Верно, — кивнул я. — Недостаток опыта заменяю энтузиазмом.
— Энтузиазм опасная штука, мистер Бойд.
Я смотрел на незнакомца с откровенным обожанием.
— Вы вновь абсолютно правы. Вас, случайно, не Конфуцием зовут?
— Бывает, и чувство юмора приносит неприятности, — добавил посетитель без всякого выражения. —
— Хотелось бы.
Он склонился над столом так, что его глаза оказались в шести дюймах от моих.
— Несколько минут назад вы беседовали с актрисой. Чего она хотела?
— Актриса? — мое удивление было искренним.
— Адаль Ромайн, — кивнул он нетерпеливо. — Или она представилась как миссис Блейр?
— Надеюсь, ответ вам также понравится, Конфуций! Уберите из моей конторы свой любопытный нос и все прочее, пока я вас не вышвырнул!
— Адель в большой игре, — невозмутимо сказал он, — слишком большой, для такого щенка, как ты, Бойд. Ты сильно пострадаешь, мальчик. Если она уже заплатила — оставь деньги себе, и забудь о ней. С претензиями не придет — гарантирую.
— Если вы ее распорядитель, ей стоит подумать о замене, — сказал я.
— Я вижу — мой долг убедить тебя в серьезности происходящего, — неожиданно мягко произнес клиент.
— Вы и гороскоп мой принесли? — спросил я насмешливо, до сих пор не принимая его всерьез. И напрасно. Правая рука незнакомца стремительно вырвалась из кармана, удар пришелся между глаз, и я опрокинулся вместе со стулом. Передо мной клубился красный туман.
Его пальцы вцепились в ворот моей рубашки, он рывком приподнял меня и снова ударил.
Я лежал на дне темного омута. Где-то на поверхности, в тысяче футов от меня мерцал свет. Наконец удалось вынырнуть и я открыл глаза.
На колени я поднимался минуты две, а чтобы встать на ноги, ушло не меньше пяти минут. Конфуций уже покинул кабинет.
Посреди нового ковра красовалось широкое чернильное пятно. Белая кожа кресла и стульев была вспорота ножом. В столе лежал чек, разрезанный на тонкие полоски. Все это навело на мысль, что Конфуций — псих, и его тоже необходимо изолировать. И я решил, что при очередной встрече изолирую его надежно, — я его убью.
2
— Что случилось с вашей мебелью? — спросила миссис Блейр.
— Отдал в чистку, — ответил я. — В конце концов, она простояла в кабинете целый день, а вы же знаете, какая нынче мебель. Да, кстати, я потерял ваш чек.
— Я выпишу другой, — кивнула она. — Конечно, приостановив платеж по первому. Знакомьтесь, это — Аубрей.
Он был высок, но толстоват. Каштановые волосы вились, ухоженные усы дополняли ансамбль. Карие глаза разглядывали меня доброжелательно, он улыбнулся, показав ровные зубы, и сказал:
— Как поживаете, мистер Бойд? Адель считает, что вы сможете решить нашу проблему. Поверьте, я заранее благодарен.
— Ее благодарность стоит девять тысяч долларов, — отозвался я.
Послышался резкий звук, словно залаяла собака, и я не сразу сообразил, что смеется новый знакомый. Миссис Блейр посмотрела на часы.