Гулы
Шрифт:
Он распахнул дверь и, держа ногу на газе, сдвинулся влево. Когда до каменных колонн оставалось не больше двадцати метров, он отпустил руль и выпрыгнул из машины.
«Фиат-темпра» пролетел двадцать метров над мостовой и врезался в колонну. От удара его бампер разлетелся на куски, фары брызнули в стороны фейерверком огней, а капот смялся, превратившись в гармошку. Тварь швырнуло на колонну, словно резиновый манекен.
Вылетев из машины, Пол пролетел над тротуаром, закрыв голову руками, и впечатался в стену дома. Хрустнули ребра. Правая нога, сыгравшая роль амортизатора,
Машина, ударившись о колонну, отлетела на середину переулка, повернувшись к нему правым боком. Перед ее напоминал карточный домик, на который по неосторожности наступил великан. Из-под смятого капота поднимались струйки пара и дым от вытекшего из двигателя масла. В голове Пола мелькнула дурацкая мысль: машина восстановлению не подлежит… Потом он увидел монстра. Скорчившееся тело лежало в метре от колонны, руки и ноги его были переплетены, словно у тряпичного Чипполино, голова — похожа на изгрызенную голову пластмассового голыша после того, как с ней поиграется годовалый терьер. Тварь не шевелилась.
Опустив голову на мостовую, Пол почувствовал ноющим затылком прохладу камня. Внезапно все чувства оставили его — он ощутил себя выжатым, словно использованный лимон. Единственное, чего он хотел сейчас,— это чтобы здесь появились люди. И не важно кто — полицейские, скорая помощь, просто кто-нибудь из прохожих — и увезли его отсюда, подальше от этого кошмара. Он хотел оказаться в тепле больничной постели, чтобы заботливые руки сиделки успокоили его израненное тело. И чтобы пришел священник и успокоил его душу,— ведь то, что произошло в этом переулке минуту назад…
Внезапно он услышал звук.
Повернув голову, Пол почувствовал огромное желание закричать — изуродованное тело монстра пошевелилось! Тварь подняла голову, и хотя у нее больше не было глаз, словно почувствовала, где находится Пол. Изуродованной рукой она ухватилась за колонну и после нескольких неуклюжих движений поднялась на ноги. И снова двинулась к Полу…
— Да когда же ты сдохнешь! — прохрипел Кирски, чувствуя, что сил убежать от твари у него уже не осталось.
На мгновение он прикрыл глаза, слыша, как скребущие шаги приближаются к нему с неотвратимостью самой смерти. «А может, это и есть смерть?» — мелькнуло вдруг в голове Пола. Смерть пришла за ним и требует свое. А он, простой смертный, решил ей воспротивиться.
Потом он открыл глаза. Его пистолет лежал в паре метров от него, на бордюре тротуара. На мгновение Пол перевел взгляд на монстра, который брел к нему с кошмарной настойчивостью зайца из рекламы батареек «энерджайзер» — между ним и чудовищем оставалось не больше пятнадцати метров. Затем он выбросил руку по направлению к пистолету и попытался подтянуться. Движение отозвалось адской болью во всем теле, но он не обратил на нее внимания. Если он будет обращать внимание на треснувшие ребра, то через минуту навсегда потеряет саму возможность чувствовать боль. Он сделал еще пару движений,
Он не знал, сколько патронов осталось в обойме. Наверное, два или три — ведь с дюжину штук он выпустил в голову монстра, перед тем как выпрыгнуть из машины.
Пол повернулся к твари. Сейчас она отошла от колонны и брела мимо искореженного «фиата», подволакивая правую ногу. Пол уже понял, что если он выпустит оставшиеся пули в тело чудовища, это ничего не даст. Он не знал, что это за создание, откуда оно взялось и почему с такой дьявольской настойчивостью пыталось убить его. Сейчас его интересовало другое: как остановить этого монстра?
Пару секунд Пол думал, пытаясь не обращать внимания на полыхающую в теле боль. Решение пришло к нему неожиданно. Взглянув на свой искореженный «фиат», он увидел квадратную крышку его бензобака. Машину он заправлял этим утром. Значит, бак заполнен по крайней мере на три четверти… Пол поднял пистолет, аккуратно прицелился и, затаив дыхание, нажал на курок. Пистолет дернулся в его руке, заставив изрезанные пальцы полыхнуть огнем. Пуля врезалась в бок «фиат» в нескольких сантиметрах от крышки. Глухо звякнул металл, но ничего не произошло. Тварь продолжала идти к Полу, подволакивая ногу и производя противный звук скрежета башмака о булыжники мостовой.
Пол сплюнул на тротуар, вытер влажную от крови руку о штанину и снова прицелился.
Он не знал последний ли это патрон, но решил стрелять так, будто последний. Если он промажет, время будет упущено, и тварь отойдет от машины настолько, что пламя взрыва ее уже не достанет. На мгновение он посмотрел в небо, усеянное огромными звездами, и быстро прочитал в уме молитву, которой когда-то научила его бабушка. Потом перевел взгляд на машину и отрешился от мира. Ствол пистолета был направлен на крышку бензобака. Дыхание Пола остановилось…
Ему показалось, что время замерло. И точно так же замерло существо, нелепо подвернувшее ногу и раскинувшее в движении руки… Целиться было неудобно — единственный фонарь, горевший в десяти метрах от колонны, едва освещал машину, и она расплывалась на мушке огромным пятном. Однако выбора у него не было. Пол сглотнул и нажал на курок.
Вытолкнутая из ствола тупоносая пуля пролетела над мостовой мимо монстра и врезалась в бок «фиата». В следующее мгновение она прошила металлическую обшивку кузова, вошла в бензобак и воспламенила бензин.
Грохнул взрыв.
На секунду невообразимо яркая вспышка осветила виколо Гарибальди. В полыхнувшем пламени исчезла фигура твари, а через мгновение раздался душераздирающий вопль. Пол знал, что означал этот вопль. Подняв руку, чтобы защититься от нестерпимого жара огня, он прикрыл голову и пополз прочь от полыхающей машины и от того, что в последних судорогах корчилось в языках пламени…
Через две минуты, когда в переулке остановилась патрульная машина карабинеров, Пол Кирски все еще полз по виколо Гарибальди — срывая ногти на пальцах и сдирая оставшуюся на них кожу. В глазах его светился ужас человека, заглянувшего в преисподнюю…