Гули

Ли Эдвард

Курт покачал головой. Ей следовало бы делать домашнее задание или что-то в этом роде.

– Ну?
– обратился он к Вики.

– Я не знаю, - сказала она.

– Тогда решено. Ты останешься с нами, пока не решишь, что собираешься делать.

– Хорошо, - согласилась она.
– Но только если ты уверен, что я не буду мешать.

Курт возмутился.

– Как ты можешь мешать? Мелисса не возражает спать в корзине для белья.

Мелисса резко повернула голову.

– Я просто пошутил, - заверил он ее, хотя это была приятная мысль.
– Просто хотел узнать,

с нами ли ты еще; теперь ты можешь возвращаться в "завтрашний день", - обращаясь к Вики, он сказал: - Я что-нибудь придумаю до вечера...

Но прежде чем он успел закончить, Мелисса перебила его:

– Я забыла тебе сказать. Недавно звонил толстяк.

– Кто?

– Как ты думаешь, кто?

– Ты имеешь в виду шефа Барда?

– Да, шеф Лард. Он сказал, что за тобой заедет Хиггинс.

– Зачем заезжать за мной?
– ставшее уже привычным раздражение кольнуло его.

Сообщения от Мелиссы всегда были такими неполными.

– Откуда мне знать?
– спросила она, не отрывая взгляда от экрана телевизора.
– Я не работаю в полицейском управлении, - она перестала хихикать.
– Впрочем, как и ты, если на то пошло.

– Забавно, - сказал он.

Он мог бы задушить ее. Это была единственная тема, которую он не хотел затрагивать в присутствии Вики. Он услышал, как на улице зашуршали шины, и увидел в окно патрульную машину.

– Твое такси, - сказала Вики.
– Как тебе такое удачное время?

– Я не задержусь надолго.

Вики улыбнулась.

– Я могу посмотреть "Марка Годдарда" с Мелиссой. Мы приготовим тебе что-нибудь вкусненькое на ужин.

– Ага, ужин по мексиканскому телевидению, - сказала Мелисса.

– Напомни мне придушить тебя позже.

Он выбежал из дома и сел на пассажирское сиденье. Несмотря на вынужденную сверхурочную работу, Хиггинс выглядел свежим и в хорошем настроении, что заставляло Курта чувствовать себя еще более небрежным.

– Знаешь, Марк, мне очень жаль, что тебе приходится работать в такие длинные смены из-за меня. Когда срок моей дисквалификации истечет, я все исправлю.

Хиггинс свернул на 154-ое, чтобы формально посмотреть в зеркало заднего вида.

– В этом нет необходимости, - сказал он.
– На этой неделе у меня все равно не хватало денег. Те дополнительные часы, которые я получаю за твой рабочий день, - это просто находка, если хочешь знать правду.

Курт надеялся, что он говорит это не просто так, чтобы быть хорошим парнем.

– Кстати, куда мы направляемся?

– Разве шеф полиции не звонил тебе?

– Да, но я узнал только часть.

Хиггинс подождал, пока прекратится треск рации.

– В Южном округе не смогли установить личность тела, найденного Гленом.

– Тело - довольно размытое определение, - заметил Курт, нащупывая в верхнем кармане сигареты.

– Я слышал, но могло быть и хуже. Это могло быть что-то вроде разложившихся останков или чего-то подобного. В любом случае, Бард хотел позвонить этому Харли Фитцуотеру, чтобы узнать имя его дантиста и больницу, в которую обратилась его дочь, когда сломала позвоночник, но в твоем отчете не был указан номер телефона.

–

Это потому, что у Фитцуотера нет телефона. Он пользуется телефоном-автоматом в винном магазине. Но я думал, что ясно дал это понять.

Хиггинс выдавил из себя улыбку.

– Ну, ты же знаешь, каким становится шеф, когда что-то становится не так. В одно ухо влетает, а в другое вылетает. Он хочет, чтобы мы получили информацию от самого Фитцуотера.

– Фитцуотер - отшельник, - предупредил Курт.
– Он живет как каджун. Я не удивлюсь, если он никогда не водил свою дочь к дантисту. Давай не будем надеяться на быстрое опознание по стоматологической карте.

– Конечно, но он, должно быть, отвез ее в больницу, когда она сломала позвоночник. Южному округу нужны эти рентгеновские снимки, чтобы они совпали с теми, что сделали вчера вечером, - Хиггинс притормозил на одном из самых трудноуправляемых поворотов дороги.
– Бард сказал, что ты знаешь, где это место.

– Совсем недалеко от болота, - Курт напряг зрение, высматривая разоренный почтовый ящик Фитцуотера.
– Здесь, - сказал он и указал пальцем.
– Поверни здесь.

Хиггинс свернул налево. Они поползли по разрушенной дороге, спотыкаясь о ямы и ветки. Ветхий трейлер Фитцуотера угрюмо стоял перед ними в тени деревьев, окруженный колоннами.

Курт закурил сигарету и, потеряв дар речи, выпустил ее изо рта. Трейлер выглядел разрушенным; одна его стенка оторвалась от шлакоблоков, которые составляли его фундамент, из-за чего трейлер накренился. Промокшая от дождя одежда свисала с веревки до земли, как куски сырого мяса. На переднем дворе, среди лысых шин и разбросанных автозапчастей, валялось несколько странных белых куч пуха, и Курт вспомнил цыплят, которых он видел, когда составлял первоначальный отчет. Тот же кот, которого он видел, исчез за трейлером, только значительно более упитанный.

Но это было не то, на что уставились двое мужчин.

Передняя дверь трейлера лежала в нескольких ярдах слева, как будто ее бросили туда. Она была сорвана с петель.

– Что это, черт возьми, такое?
– спросил Хиггинс.

– Ваху, - был ответ Курта.
– Кучка ваху развлекается с человеком, который никогда никого не беспокоил.

– Фитцуотер очень беден - у него нет ничего ценного. Зачем грабителям тратить время на ограбление его дома?

– Это худший округ в штате по уровню преступности, - сказал Курт.
– Говнюкам не нужна причина, чтобы устраивать беспорядки и убивать людей, - он достал "Ремингтон-870Р" из кобуры и дослал патрон в патронник.
– Посмотри сзади. Я зайду внутрь.

Они рассыпались веером и побежали через двор. Хиггинс обогнул трейлер справа, его револьвер был направлен вперед. Курт приблизился медленнее, держа ружье дулом вниз и скрестив левое колено. Указательным пальцем правой руки он снял его с предохранителя.

За разбитой дверью тускло блестела лужица дождевой воды, что говорило о том, что тот, кто это сделал, пришел и ушел несколько часов или даже дней назад. Он подозревал, что найдет Фитцуотера мертвым внутри или где-нибудь поблизости. Иначе почему бы ему не обратиться в полицию?