Гули
Шрифт:
Сон это или нет, но этому пора было положить конец. Пришло время немного повозиться - он надеялся, что она не будет возражать, если ее выбросят из окна.
Но когда он наклонился вперед, ничего не произошло. Он мгновенно почувствовал себя замурованным в цемент, и только через отверстие можно было разглядеть его лицо. Он не мог пошевелиться. Он мог только смотреть, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.
Он услышал непристойные, скользкие звуки, похожие на щелканье.
– Давай, Курт, - зашипела Джоанна, проводя
– Давай проведем нашей маленькой подруге урок биологии.
Щеки Мелиссы превратились в черные ямки, когда она затянулась сигаретой; кончик на секунду сильно обжегся, отчего ее крошечное, измученное лицо приобрело оранжевый оттенок. Затем она сказала:
– Трахни ее, Курт. Трахни ее.
– Заткнись!
– крикнул он.
– Трахни ее, трахни ее, трахни ее! Я хочу посмотреть!
Улыбка Джоанны, казалось, вот-вот расползется по лицу. Она соскользнула с кровати и поползла к Мелиссе.
– Остановись! Нет, пожалуйста!
– взревел он.
– Я умоляю тебя остановиться!
Джоанна продолжала ползти вперед, внутренняя сторона ее бедер блестела от пота. У нее что-то было в руке.
– Забудь о нем, милая, - сказала она девушке.
– Давай сделаем так, как мы делали раньше. Помнишь, что мы делали раньше?
– Угу, - ответила Мелисса.
– Тебе понравилось, не так ли?
– Угу.
– Это было приятно, не так ли?
– Угу.
Джоанна выпрямилась на коленях, глядя вниз. Теперь ее глаза были черными, а радужки - белыми. Предмет, который она держала в руке, был массивным черным резиновым фаллосом с ремешками на бедрах.
Черные глаза блестели; она застегнула ремешки. Имитация пениса торчала под углом, покрытая отвратительными прожилками.
Она продолжила приближаться к Мелиссе.
От крика Курта кровь прилила к лицу, и его бросило в жар. Горло словно обожгло. Во сне ему хотелось умереть, что угодно, лишь бы не быть свидетелем этого.
Мелисса лежала на спине, хрупкая, с блестящими глазами. Она начала поднимать ночную рубашку!
– И на этот раз сначала будет совсем не больно, - пообещала Джоанна. Но когда она заговорила, ее голос понизился до нечеловеческого писка, а в груди забулькала мокрота.
– Теперь мы можем увидеть, как далеко это зайдет.
Кости Курта подогнулись, словно его парализовало. Он почувствовал, как лопнуло сухожилие.
Но в следующий момент его ноги оторвались от пола, когда какая-то резкая сила выдернула его из комнаты в коридор. Внезапная инерция заставила его вскрикнуть. Он приземлился на пол.
Дверь в комнату Мелиссы захлопнулась сама по себе. Из комнаты доносились визги, похожие на перемотку ленты вперед. Затем раздался последний крик.
И дверь исчезла.
Курт с трудом поднялся на ноги, каждый мускул его мокрого тела ныл от боли. Он пошел обратно по темному коридору, навстречу свету.
– Это всего лишь сон, -
– Почему меня это должно волновать? Это всего лишь сон.
Холодный воздух кружил по коридору. Раньше этого здесь не было. Вспыхнув, он бросился в прихожую и увидел, что входная дверь разломана снаружи.
По ковру наверху быстро прошелестели шаги. Курт повернулся, медленно и мрачно. Посмотрел вверх. И увидел худую, похожую на палку фигуру, идущую по лестничной площадке. Она двигалась неуклюже, но с огромной скоростью. Казалось, она что-то несла в руках.
Свет в доме потускнел и стал красным. Фигура вошла в спальню Курта.
– Просыпайся, сукин ты сын, - пробормотал Курт себе под нос.
– Этот сон должен поскорее закончиться.
Секунду спустя фигура появилась снова, ее ноги-палки зашуршали по ковру. Заскрипели петли, дверь захлопнулась. Затем, вытянув руки по швам, существо на лестничной площадке решительно шагнуло на верхнюю ступеньку. Оно стояло очень неподвижно и смотрело на него сверху вниз без всякого выражения на лице.
– Поднимай голову, - сказал ему Курт.
– Ты зря тратишь время. Я не боюсь снов.
– Что, если это не сон?
– прохрипела фигура. Ее голос был прерывистым и игривым, но странно знакомым.
– Что, если ты ошибаешься? Что, если это реальность?
– Пошел ты.
– Видишь? Ты боишься. Ты боишься даже пойти и посмотреть, что я оставил. Это очень важно, но ты слишком боишься.
– Почему я должен бояться? Что бы это ни было, это не может быть страшнее, чем ты.
Фигура начала дрожать, затем забилась в конвульсиях. Она тихо рассмеялась и растворилась в красном, темном свете.
"Вот это нервы у некоторых людей, - подумал Курт.
– Похоже, это не закончится, пока я не увижу, что этот ублюдок устроил в моей комнате".
Он смирился с этим. Он поднялся по лестнице и открыл дверь своей спальни.
В лицо ему пахнуло сыростью и мясом. Он провел рукой по стене в поисках выключателя, но вместо него обнаружил дыру, заполненную червями, там, где раньше был выключатель. Его затошнило, его чуть не вырвало. Но даже в бледном лунном свете он мог разглядеть длинный, громоздкий предмет, лежащий на его кровати.
Это выглядело как...
"О, Боже".
За окном сгустились тучи. В комнату проникло больше лунного света, и зрение Курта обострилось. Предмет на кровати был мешком для трупов, очевидно, вместе с телом.
Курт понял, что этот сон означал для него.
– Я не открою!
– закричал он вслух.
– Я не открою!
Телефон на прикроватной тумбочке зазвонил так громко, словно взвыла сирена. Телефон звонил снова и снова.
Он знал, что не проснется, пока хотя бы не ответит на звонок. Но когда он в ярости подошел к прикроватной тумбочке, то заметил, что телефон посыпан каким-то белым порошком. Это напомнило ему мел. Или тальк.