Грозовой фронт
Шрифт:
Как же этого, однако, не хватало. И когда только успел привыкнуть?
Он никуда не пойдёт сейчас. В бездну всё, пусть сами боги призывают к себе или что-то там хотят.
— Тебе надо поспать.
— Тебе тоже.
— Не уверен, что сейчас мне это необходимо.
— Ты стал слишком высокого о себе мнения, — фыркнула она, ещё уютней устраиваясь в его объятиях и вытягивая ноги. — Варий небось сказал, что ты очень крут, да? — пробормотала она сонно, но так, словно, несмотря на тон, ничуть не сомневалась в этом.
— Вовсе
— Если уж ты ученик, то кто буду я...
— Тоже ученик, не сомневайся. — Алекс поцеловал её висок, чувствуя, как она засыпает, а сам вспоминал разговор с Варием на горе и думал, действительно ли мастер прав про их прошлые жизни и то, что Джейна тоже прожила немало прежде...
Некоторое время он смотрел на неё, заснувшую в его руках. Разглядывал как в первый раз. Поблескивала в приглушённом свете цепь Покровителя на загорелой шее. В звеньях путались короткие когда-то волосы, которые теперь отросли на добрую пядь и от влажности снова вились у шеи золотистыми колечками. Алекс разглядывал прозрачную на свету кожу на крае уха, тонкие крылья носа, чуть нахмуренную во сне переносицу и нежную кожу щеки, раскрашенную на верху скулы в синеву. Хотел бы он знать, какой ублюдок посмел ударить её так сильно.
Приоткрытые губы вздрогнули, будто она сквозь сон хотела сказать ему что-то ещё, но слишком ослабла. Алекс прижал к себе сильней и взглянул на длинные пальцы, покрытые сейчас мозолями и ссадинами, а недавно, видимо, и чужой кровью. Хрупкая и сильная одновременно. Казалось, с такой чувствительностью её легко сломить — каждую боль она принимает близко к сердцу и проживает по полной, не в силах сдерживать эмоции. Но, наверное, именно это и закаляет, точно как сталь обжигается в жаре кузницы. Разом за разом.
И всё же лишком чувствительна — в этом и слабость, и великая сила. Слишком отзывчива... во всём. Это околдовывает. Алекс наконец склонился над лежанкой и осторожно опустил Джейну на мягкое покрывало, провёл по щеке, коснувшись края губ. Жена, названная перед лицом бога, пусть и чужого, пусть и ненастоящего. Она чуть откинула голову, свет скользнул по чёткой линии подбородка и нежной шее. Алекс не удержался и поцеловал её, с наслаждением ощутив знакомый запах и то, как она полусонно обхватила его голову и прижалась тесней. Минута счастья среди моря боли, смертей и бурь.
Он хотел было подняться, чтобы снова поговорить с Варием, но не смог. Пусть снаружи бушует, пусть рядом Серые, к Тёмному, едва ли кто-то тронет его сейчас после всего, что произошло. Пожалуй, сейчас он даже был благодарен Сиркху за его репутацию — оказалось, внушить святошам настоящий суеверный страх так просто. Алекс осторожно лёг рядом с Джейной, обхватил одной рукой и позволил себе раствориться в настоящем покое. Здесь и сейчас. Чему-то он должен был научиться в этом монастыре. И пожалуй, это оказалось самым лёгким...
Глава 22-1
Очнулся он от дремоты,
Припугнуть Лайджа оказалось несложно — тому хватило проявленной силы и того, в чем он убедился на собственной шкуре. А вот заставить Эвана сделать то, что нужно, — задача… гораздо сложнее.
Алекс попытался встать, и Джейна во сне вздрогнула, зашептав: «Нет, стойте. Нет!». Он с силой стиснул зубы и только провёл успокаивающе по её лбу, медленно убрал пряди волос. Джейна распахнула невидящие глаза, но спустя время различила его лицо в темноте, в редких всполохах зарниц, и слабо, чуть тревожно улыбнулась.
— Я с тобой, — выдохнул он.
«И больше не оставлю одну, чем бы это ни грозило».
Быть может, будь она тогда рядом, «Ясный» остался бы цел и остальные… Кто теперь скажет!
— Но хочешь уйти…
— Надо с Варием кое-что обсудить. Спи. Я вернусь скоро.
Лайдж остался под присмотром Вария и ещё одного дархана, остальных Серых отпустили в лагерь за пределами монастыря. Серые, умеющие колдовать так, что их не остановить, и целый отряд солдат, — серьезная угрозой. Каким-то чудом мир снова замер на острие, на самой грани лезвия.Алекс понимал, что сейчас только его присутствие будет сдерживающей силой. Только он… И пора думать о том, что произойдёт, когда заявится Эван.
В темноте и под проливным дождём Алекс добрёл до дома Вария высоко на западном склоне и без стука отворил дверь.
Лайдж в качестве неловкого гостя сидел за столом и поглядывал на мастера со смесью интереса и неприязни. Ещё бы, тот самый дархан, за которым, должно быть, так долго охотился он и Верховный. Еще трое дарханов, самый крепких, дежурили снаружи, чтобы даже если Варий… если что-то пойдет не так, они не выпустят Лайджа далеко.
А Варий же как ни в чем не бывало готовил овощной суп, который в монастыре любили больше всего.
— Доброй ночи, — Алекс стряхнул с себя капли и ухмыльнулся тому неуловимому движению, с которым Серый отстранился дальше по скамье.
Верит он в то, о чем проповедует, или нет, уже не столь важно, когда воочию убедился в силе магии, проходящей от Алекса мощным потоком.
— Хочешь есть? — дружелюбно подмигнул Варий, указав зажатой в руке ложкой на суп.
— Нет. Не знаю, хотя… — Алекс попытался вспомнить, когда он ел последний раз, и не смог. — Хочу.
Пройдя вслед за мастером на узкую кухню, Алекс бросил взгляд на нахмуренного Серого, но отчего-то уверенный, что тот сейчас не наделает глупостей, затворил за собой дверь, чтобы поговорить наедине.