Грозовой фронт

Александрова Евгения

— Простите, Служитель, но я заберу у вас Джейну ненадолго, — он слегка склонил голову и после отвёл Джейну в сторону. Она взглянула на него с благодарностью, но потом вдруг украдкой — на Дорана, будто то, о чём они говорили, могло касаться Алекса.

— Что он хочет от тебя? — спросил он.

Поначалу казалось, что Серый снова захочет забрать её в храм — он ведь и озвучил это в день нападения ивварцев и даже пытался тогда увести за собой в храм. Но больше она об этом не говорила, и Алекс думал, с этим покончено.

— Ничего, — вдруг смутилась Джейна и подняла на Алекса глаза. Что-то волновало

её, и она спросила с тревогой: — Ты в порядке?

— Дай-ка подумать. Да вроде всё на местах, — он сосредоточенно осмотрел свои руки и ноги. Джейна прыснула, и он усмехнулся. — Ладно, бросай уже переживать. Не умру я без Вария, если ты об этом. По крайней мере, так скоро. Или то Доран тебе что-то заплетает?

— Нет… нет. Но сколько мы ещё пробудем здесь?

— Ты же понимаешь. Идти на Итен сейчас слишком опасно.

— Понимаю. Но... знаешь, у меня как предчувствие, что что-то должно случиться. Помимо того, что уже… — оглянулась она туда, где за деревьями захоронили погибших. — Будто гроза какая, что сюда идёт.

— Не думай об этом. И об остальном тоже... А вообще я поговорил с твоим дядей. И... — он проводил взглядом ушедшего Серого и снова посмотрел на неё. — Я хочу, чтобы ты согласилась выйти замуж за некого капитана энарийского флота Кейнара Форка. Завтра.

Джейна закусила губу и качнула головой. Солнце пробежало по её прядям, заставило лукаво сощуриться от ярких лучей.

— Я бы предпочла выйти за Алекса Дельгара.

Алекс рассмеялся.

— Бери, кого дают, — он протянул руку и коснулся браслета с металлической пластиной на её запястье. И потом второй руки — там, где больше не было цепи Покровителя, а осталась лишь тонкая незагорелая полоса. — Только не знаю, как у вас это принято.

— То есть мой черёд устраивать обряды, да?

— Будешь мстить за купание в море?

— Не буду... Есть у нас, конечно, традиция для смелых женихов — прыгать со скалы в водопад. И чем больше у невесты родственников, тем выше скала. — Она невесело усмехнулась. — Так что тебе ещё повезло, что я сирота. Ну, не считая дяди с тётушкой, — подхватила она корзину с фруктами, что успела поставить на землю.

— Хм-м. — Алекс забрал у неё ношу и пошёл рядом. — Кажется, я однажды уже прыгал со скалы. Вернее, падал. Впрочем, тут надо спросить Эрика...

Ближе к вечеру Алекс вместе с Мейкдоном ушёл в сторону мыса, с которого они поднялись и откуда можно было разглядеть далеко внизу мачты "Ясного" у прибрежных скал. Вокруг было спокойно: ни чужих кораблей, ни бурь... ни отголосков идущей где-то за горизонтом войны. Алекс замер на самом краю. Вид далёкого моря вновь наполнял силой, напитывал солёной влагой, свежестью, давал передохнуть и окрепнуть. Всё же без моря он не чувствовал себя… целым

— Даже не думал, что это когда-нибудь случится, — произнёс Мейкдон, оглаживая густые усы, и повёл плечами. — Глухая деревня, покой и тишина, ты женишься и даже не рвешься на новые подвиги. Ты будто изменился после всего, что произошло, — взглянул он внимательно на Алекса.

И даже сложно было понять, рад этому старший помощник или нет. В напряжённой позе старого друга чувствовалась то ли тревога, то ли ещё что...

— Вовсе нет. Просто решил попробовать, как это — жить настоящим.

У кого-то ведь получается, — ответил Алекс, вдруг подумав про Эрика. — Я не знаю, Мейк, что будет дальше. Что будет завтра. Мне хочется и вернуть всех домой, и сражаться за своих — там. Да и просто жить. — Он помолчал и спросил: — Как остальные?

— Да вроде даже рады передышке и покою. А так по-разному. Верят в тебя и удачу, кто-то если и хочет домой, то и сам понимает — сейчас не добраться без боя. А вообще, всё-таки суеверия моряков вышли поживее, чем вера в Покровителя и Тёмного. Признаться, я и сам сейчас больше к морским духам и старым богам…

— Признаться, я отчего-то тоже, — рассмеялся Алекс. Хорошо было видеть море, видеть целого и невидимого друга и даже знать, что завтра будет действительно странный день. И от добродушия старпома стало теплее. Тот, должно быть, тоже скучал по оставленной в Аркетаре семье, жене и уже взрослой дочери. Однако, пока он жив, ещё ничего не потеряно и ничего не поздно.

— Ладно, не о том мы, — будто прочитал его мысли Мейк. Ухмыльнулся, положил руку на плечи, стиснул и шутливо зашатал в объятиях. Иногда рядом с ним Алекс чувствовал себя лет на восемь-десять моложе — таким, каким сражался с пиратами и ходил в первые рейсы на “Ясном”. — Думал, не дождусь этого никогда. Ты ведь женишься, парень!

— Сам ты парень, — отпихнул его Алекс.

Мейк вскинул руки.

— Всё-всё! Конечно... Капитан! А всё-таки она чудесная девчушка, — покачал головой друг. — Решительная и добрая. Смотри, не загуби такое счастье.

И это меткое напутствие отозвалось вдруг неприятным холодом. Холодом стихии, бесстрастной морской глубины, затаившейся где-то внутри. Алекс только сосредоточенно кивнул, ничего не отвечая.

А этим вечером о договорённости узнала уже вся деревня. Мейкдон, оказывается, успел растрепать всей команде о предстоящем событии, и по возвращении их ждали вдали от домов на укромной полянке. К ночи горы снова окутали облака — стало похоже, что они с Мейком не идут, а плывут в этом сумрачном тумане. Пятнами горели в окружении густых деревьев огни, лилось из тяжелых кувшинов вино, пахло чем-то жареным и вкусным: пряными травами, мясом. Матросы горланили, собравшись у столов с припасами, куда сгрудили свежий хлеб, сыр, вино и бренди из тростникового сахара, спелые яблоки с бананами. Манго, такие сладкие, что липли пальцы. И даже сытный медовый пирог, который отламывали прямо руками. Сагард сполна награждал их за яростный отпор врагу — теперь Алекс всерьёз понял беспокойство старосты — кто из моряков после долгих скитаний откажется от лишней порции сытной и горячей еды?

— Стой! К-кто идёт? — весело и чуть пьяно выкрикнул Сагиш, заставив всех на миг смолкнуть. — О, капитан! Пар-рни, капитан! А ну, давай. Давай, кому говорю! Нал-ливайте жениху! От нас трезвым на свою свадьбу не уходил ещ-щё никто!

Алекса с Мейком окружили всей командой, все тридцать с лишним матросов, что высадились на берег, кроме караульных, и уйти действительно при всем желании было трудно. Отовсюду неслись крики, похабные шутки и подзадоривания, кто-то панибратски хлопал по спине, Дени шутливо-почтительно уступил место в центре. Даже Эрик, бессильно опиравшийся о ствол, ухмылялся происходящему.