Гроза прошла
Шрифт:
Палицын. Значит… сейчас отсюда… и больше… лица твоего… никогда не увижу, никогда!.. (Отходит к двери, потом, обернувшись, протягивает к ней руки с мольбою). Никогда!..
Елена смотрит на него долгим взглядом и тихо качает головою. Закрыв лицо руками, он выбегает из комнаты.
Елена. Подожди! Вернись!.. Не уходи!.. Арсений… Арсений Федорович, не уходите!.. (Хочет бежать за ним. Слышно, как дверь в прихожей захлопывают. Она медленно возвращается и падает в кресло с мертвым неподвижным лицом). Все равно!..
ДЕЙСТВИЕ
Открытая терраса на даче в окрестностях Петербурга. Справа стеклянная дверь и виднеется освещенная комната. Слева несколько ступенек лестницы, ведущей в палисадник. Много роскошных цветов. Часть террасы увита хмелем и чайными розами. Белые парусиновые занавеси широко открыты, и между ними виднеются клумбы цветов в саду. Дальше в сумерках мерцающие река и небо. На горизонте черная грозовая туча. Над нею на самом краю неба узкая белая полоска угасающей зари. Над грозовой тучей ночное небо с крупными звездами. Туча иногда освещается блеском зарниц. Доносятся глухие, едва слышные, раскаты грома. Посередине террасы круглый стол. На нем лампа с большим белым абажуром. За столом в плетеном кресле сидит Елена с шитьем в руках. Около нее 8-летний Володя рассматривает детскую книгу с картинками. За стулом Володи Марфа.
ЯВЛЕНИЕ 1
Марфа. А должно быть ночью гроза будет: ишь зарницы-то разыгрались… И тихо — листочки не шевелятся…
Елена (отрываясь от работы). Дышать нечем. От этих цветов — слишком сладкий запах… Няня, убери, пожалуйста, подальше горшок с гелиотропом (Марфа уносит цветок).
Володя (быстро хватает что то на скатерти). А я бабочку поймал, ночную бабочку!.. Я оторву ей крылышки.
Елена. Нет, не надо, ей будет очень больно. Ты лучше отпусти ее на волю. Только пусти подальше от лампы, а то она снова прилетит на свет…
Володя. Пусть ей будет больно — мне-то что?..
Елена. Другим делать больно — грешно…
Володя (с недоверием). Грешно?
Елена. Да.
Володя. А я все-таки оторву ей крылышки: пусть грешно!
Марфа. Ишь, какой озорник! Слышишь — мама приказывает… Отпусти сейчас!..
Володя отпускает бабочку и с крайне недовольным видом возвращается.
Елена. Ступай. Володя, спать. Давно пора Поди сюда, Я тебя благословлю.
Володя подходит к Елене, она его нежно целует в лоб и благословляет.
Володя. Мама, мне одну шоколадинку папа обещал, и вот он не приехал…
Елена. Я ему скажу. Он зато завтра тебе две даст… Только смотри, Воленька, ты сегодня прочти непременно «Отче наш» до конца и не капризничай во время молитвы!
Марфа уводит Володю. Слышен стук подъехавшего экипажа.
ЯВЛЕНИЕ 2
Калиновский (вбегает по лестнице из палисадника в пальто, с зонтиком и портфелем; у него раздраженный, измученный вид. Он сбрасывает пальто, кладет портфель на стул и
Елена. Нет, я думала, что ты приедешь ночью.
Калиновский. Ах, Боже мой. Я, кажется, просил чтобы мне всегда оставляли чай!.. (Раздраженно ходит по террасе).
Елена. Что с тобою?
Калиновский. Что?.. (Вынимает из портфеля и подает ей газету). Прочти, особенно с этого места: «он взял деньги у жены» (указывает). Нет ты посмотри, что про тебя. Гнусные намеки насчет денег и наследства. Пойдут сплетни!.. О, я знаю, что все мои литературные друзья обрадуются случаю… Какая подлость!.. Какая грязь!..
Елена (равнодушно возвращает газету). Я читать не буду.
Калиновский. Не будешь?
Елена. Противно.
ЯВЛЕНИЕ 3
Марфа (входит и подает пакет Калиновскому). Из типографии. Просят скорее вернуть…
Калиновский (Марфе). Хорошо. Скажи, что сейчас.
Марфа уходит.
ЯВЛЕНИЕ 4
Калиновский (разрывает пакет и смотрит корректуру). А! Это мой ответ на насмешки, о которых я тебе говорил… Главное, надо уличить негодяя в лжи насчет твоих денег и наследства…
Он идет к двери, потом, немного подумав, возвращается и подходит к Елене.
Калиновский. Елена… я должен с тобой поговорить в последний раз и серьезно насчет этих денег…
Елена. Прошу тебя… не будем.
Калиновский. Нет, нет, это необходимо… Почему ты избегаешь?.. Ты должна мне подтвердить все, до последней подробности.
Елена. Ах! Я тебе тысячу раз говорила…
Калиновский. Да, но мельком, не серьезно. Перед нашим отъездом за границу я был слишком болен и не мог даже съездить к нотариусу. Я все тебе поручил, а ты как-то легкомысленно к этому относишься…
Елена. Так же легкомысленно, как ты…
Калиновский. Конечно, я виноват… Но эта возня с журналом… У меня за семь месяцев минуты свободной не было… Завтра поеду к нотариусу. Должны же у тебя быть какие-нибудь документы?
Елена (с раздражением). Я просила тебя никогда не упоминать об этих деньгах…
Калиновский. Да, да, я знаю твое отвращение к деньгам. Я щадил тебя… Но теперь выяснить необходимо — понимаешь — необходимо после подобных сплетен…
Елена. Я не хочу говорить…
Калиновский. Почему?
Елена. Так надо… Не хочу.
Калиновский. Ты не имеешь права!..
Елена. Пусть.
Калиновский. Упрямство?
Елена. Может быть.
Калиновский (строго). От этих денег зависит большое общественное дело… наконец, моя честь… и твоя, может быть.
Елена. Я больше не скажу ни слова.
Калиновский. Что это значит?.. Тут что-нибудь да кроется… Я наконец требую!
Елена (насмешливо). Требуешь? Не властью ли мужа?
Калиновский (с волнением). Елена, не смейся!.. Мне не до шуток!..