Grosso. Historio. Affection
Шрифт:
Несчастный кролик оказался в смертельных кольцах питона. Его черные глаза… Это было последнее, что я видела в своей прошлой жизни.
Холодные пальцы гладили мою шею, он прикоснулся к ней губами, нежно целуя каждый сантиметр моей кожи, мне казалось, что Стефан шепчет слова любви, которую я так и не познала в полной мере…
Мой ночной кошмар сбывался.
Молниеносный укол пронзил мою шею. Он укусил меня. Я не могла кричать, мой разум отказался мне подчиняться. Огонь заглушил все, он бушевал внутри меня: в моих венах, голове, сердце… Адские
Тело обмякло, и я повисла в его руках…
Я умерла. Дважды.
Это был конец моей старой жизни, и начало новой. Жаль… это не то, что я себе представляла.
Я сказала, что умерла дважды. Так и есть. Моя душа умерла вместе с Виктором, а тело после укуса Стефана.
Воспоминания, как битое стекло, кромсали то, что осталось от моей души.
Последнее время они часто терзали меня, борясь за прошлое, за свое существование, не давая разуму забыть то, что причиняло мне столько боли. Чтобы я всегда помнила.
Я - вампир. И живу среди людей в своем новом обличии уже 200 лет. Переходя с места на место, не заводя друзей и подруг. Одиночество мой вечный спутник. Сегодня мой обитель это город-сказка Венеция. Древний облик, которой не дает мне забыть о моем прошлом и помогает моему будущему. Теперь я просто София Гроссо – счастливая обладательница громадного наследства, которая подает большие надежды в изобразительном искусстве. Баловень судьбы если хотите.
Опаздывать на первый урок живописи, в очередном учебном году совсем не хотелось, нужно поторопиться.
Хотя ничего нового я не узнаю, но смена обстановки и новые люди меня очень интересовали.
“Вечная студентка” - подумала я.
Достав из шкафа темные джинсы и красный топ, решив, что не буду сильно выделятся среди других студентов, быстро натянув одежду я привела в порядок свой внешний вид. Взглянув в зеркало, я печально заметила, что для многих я слишком красива. Во времена своей человеческой жизни я была красива, после я стала совершенной, словно мастера Эпохи Возрождения трудились над каждой клеточкой моего тела. И все же, не смотря на свою идеальность, я ненавидела себя.
Могу гордо заявить, что для своих двухсот двадцати лет, я неплохо сохранилась. Густые, темные волосы свободно достают до талии, при ярком солнечном свете они отливают красноватым оттенком, делая их необычайно красивыми. Мои зеленые глаза могут пронзить вас насквозь при моем желании, говорят глаза это зеркало души, судя по их цвету… в душе у меня полное зеленое болото! Ощущения такие однозначно. У меня небольшой тонкий нос, вполне аккуратный, мои губы красиво очерчены, цвета алых роз и пухлой формы. Лицо мое в целом выразительно и красиво, даже слишком. Это также являлось для меня проблемой, ведь для людей свойственна зависть, которую я испытала сполна. Одни просто завидуют мне, другие не общаются со мной.
С виду я обычная молодая девушка, вампиром здесь и не пахнет, но моя кожа безжалостно выдает меня, бледная и чувствительная, приковывает взгляды, раньше в качестве оправдания, я врала, что альбинос, но темные волосы
Кроме белоснежной бледной кожи есть еще одно… Мне было невыносимо быть тем, кем я являюсь. Моя сущность, именно сущность, а не жизнь, была противна мне. Я просто мертвая кукла с фарфоровой кожей, твердой как мрамор.
Шаги за дверью вернули меня в реальности. Раздался глухой стук.
– Войдите.
В комнату вошла полноватая женщина, средних лет.
– Извините, сеньорита. Приказом ректора, сегодня к вам в комнату подселят еще одну студентку. Как вы знаете, прибывают новые студенты из других стран по обмену. Студенческое общежитие переполнено… и, у всех есть соседи по комнате, кроме вас. Надеюсь, вы не будете возражать?
– неуверенно добавила женщина.
– Если нет других вариантов… хорошо, я не буду возражать.
– ответила я, хоть такой поворот дел меня не особо радовал.
– Спасибо за понимание. Девушка прибудет после занятий.
Кивнув, женщина поспешила покинуть комнату.
Только этого мне не хватало. Замечательно. Надеюсь, соседка не сбежит от меня, после первой же ночи проведенной со мной в одной комнате. Конечно, я вела себя правильно, но не всем приходилось по духу наблюдать за моим странным поведением. Дело было в том, что я не когда не спала. Большую часть ночи проводила, глядя в окно, либо просто блуждая по темным улочкам города, возвращаясь только под утро. Проблема заключалась в том, что после 12 часов ночи вводился комендантский порядок и свои комнаты запрещалось покидать. Но не мне. Многие удивлялись, когда не находили меня в своей постели, ведь я возвращалась только под утро, когда приходила пора идти на занятия.
Естественно я могла жить одна, в роскошном доме со всеми удобствами, все возможности для этого у меня были. Но жизнь рядом с простыми смертными казалось проще. Одиночество и пустота в таком случае не были для меня вездесущими. И это было единственным, что заставляло меня ценить человеческую жизнь. Я бы все отдала, имеясь у меня возможность, вернуть прежнее время. Может быть, меня бы это не спасло, но Виктор, возможно, остался жить…
Пока уныние совсем не овладело мной, я схватила сумку и вышла из комнаты.
Очередной учебный день, в очередном университете. Где я только не училась. От американской “ Лиги плюща” до не известных провинциальных заведений.
На сей раз мой выбор пал на венецианский университет культуры и искусства. В моей человеческой жизни, у меня были задатки неплохого художника, и дома я часто рисовала, поэтому выбор был очевиден – факультет культуры и дизайна. Мой корпус находился не в самой центральной части Венеции, а в ее очень милом и спокойном районе Дорсодуро. Если в Сан-Марко я одна из тысяч, то в Дорсодуро существует иллюзия того, что ты единственная. Здесь много воздуха и простора. А главное Дорсодуро обладает такой красотой, что для меня достаточно времени и пространства, чтобы оценить ее.