Гросс
Шрифт:
Всякий предмет, создающий одаренному угрозу, отклоняется от своей траектории, точнее, происходит локальное искривление пространства-времени, достаточное, чтобы линия движения объекта так и оставалась прямой (соответствующей его принципам движения), но уже не попадая в тело одаренного.
Таким образом, два одаренных могут бесконечно расстреливать друг друга, без малейшей возможности нанести никакого взаимного урона. Пострадать могут только окружающие. Но и для этой ситуации есть решение. Достаточно соприкоснуться аурами, и тогда уже тот, чья Сила больше, сможет преодолеть
Поэтому одаренные сражаются с холодным оружием, не покидающим их рук. Более того, нет смысла вооружаться длинномерными предметами — копьями, пиками, алебардами, цвайхандерами, боевыми цепами, кнутами и тому подобными средствами войны. Оптимальны ножи, кинжалы, тесаки, сабли и мечи. Топоры, булавы, кистени — плохо сбалансированы и потому медлительны, а значит, тоже не годятся. Легкие клинки по типу шпаги или рапиры малоэффективны по иной причине. Слишком незначительный наносимый ими урон. Чтобы убить одаренного, удар должен быть сильным и сокрушительным, и быстрым.
Сейчас, когда он с каждой минутой приближался к месту предстоящей схватки, Март интуитивно начал ощущать, что впереди серьезный бой. И никакой легкой прогулки не будет. Значит, надо задействовать все ресурсы, распорядившись ими с наибольшей пользой.
К базе японцев «Ночная Птица» подошла в четверть первого ночи. Свежий ветерок. Сквозь пелену густых кучевых облаков изредка просвечивал бело-голубоватый, в темных пятнах морей, диск. Полнолуние. И хорошо, что непогода, иначе была бы не ночь, а лунный день… То и дело накрапывал мелкий дождь.
Идущий на электромоторах корабль бесшумно подобрался почти вплотную к береговой линии. Март отдал приказ подвсплыть на перископную глубину и тщательно осмотрелся. Да, через «сферу» и он сам, и Искин уже «увидели» все вокруг, но одно другому не мешало.
Убедившись, что на причалах пусто, а небольшое охранение, в нарушение всех Уставов, отсиживается в будке сторожа, стараясь укрыться от дождя и промозглого холода, тянущего от озера. Солдаты просто хотели согреть озябшие, заледеневшие на ветру пальцы, протягивая ладони к небольшому огоньку из сухих щепок, над которым висел, фырча паром из наполовину отломанного носика, старый чугунный чайник.
Картина эта столь явственно представилась Марту, что он даже удивился, насколько выросли его энерговозможности и умение работы со «сферой», если он и на таком расстоянии без труда смог прикоснуться к сознанию одного из бойцов.
Обернувшись к остальным, находившимся в рубке и молчаливо ожидавшим его слов, распорядился:
— Подойдем прямо к причалу и всплывем в его тени. Как только я покину борт, немедленно погружение. И ждите моей команды. Витя, связь на тебе. Когда прикажу, веди группу за собой.
Благодаря «сфере» одаренный может отлично ориентироваться в любых потемках. Главное, не терять концентрации и не «вываливаться», что в боевой обстановке, конечно, задача не банальная. Но Март был уверен в друге. Они провели немало часов в тренировках, которые не прекращались ни на одну неделю за последние полгода, с тех самых пор, как в Дальнем их опекун
Комплект снаряжения был продуман заранее. Отнятый когда-то у Асано меч занял место на спине, сделав своего хозяина похожим на киношных ниндзя. В реальности так холодное оружие никто, конечно, не носит, но по-другому прицепить не получалось. Комплектом к гунто шли два отбалансированных для броска ножа, пригодные, впрочем, и для рукопашной. В кобуру на пояс привычный браунинг Хай-Пауэр с запасными обоймами, и на совсем уж крайний случай пара гранат в подсумках.
Все это хозяйство оказалось не слишком тяжелым и почти не стесняло его свободу, если бы не рюкзак с наскоро изготовленными минами. Времени сильно мудрить не было, поэтому обошлись парой фунтовых тротиловых шашек, между которыми находился взрыватель с намертво присоединенным к нему артефактом дистанционного управления. Такая вышла незамысловатая конструкция. Витька предлагал добавить рубашку с готовыми поражающими элементами из шариков разбитых подшипников или рубленых гвоздей, но Март отказался, ибо груз и так получился весьма внушительным.
Попрыгал, проверяя, не брякнет ли что и, улыбнувшись на прощание товарищам, шагнул в окружавшую корабль черноту ночи.
— Ни пуха, ни пера! — напутствовал его дядька Игнат и хотел было перекрестить, но, услышав в ответ: «К черту», воздержался.
Снаружи было темно, холодно и дул пронизывающий ветер. Впрочем, в данной ситуации ему это было только на руку.
«Уходите на глубину», — послал он мысленный сигнал занявшему место за штурвалом Хаджиеву и сразу же активировал скрыт. За спиной послышался слабый всплеск, и «Ночная Птица» исчезла в окружающей тьме.
Сейчас ему было необходимо решить три главные задачи. Убедиться, что пленники живы и находятся в тюремных камерах, а не переведены в другое место. Прикинуть общую численность гарнизона и, насколько это возможно, уточнить местонахождение японских солдат и офицеров. И на сладкое — придумать, как устранить фрегат из боя так, чтобы раньше времени не переполошить весь лагерь.
Только затем можно начинать саму операцию. Март под скрытом становился невидим для всех, включая и владеющих Силой врагов, так что мог при некоторой разумной осторожности действовать весьма решительно. Впрочем, даже и без такого уникального умения он, располагая лишь своим Даром и приобретенными навыками, почти наверняка справился бы с задачей.
Посты охраны он миновал спокойно, сосредоточившись на необходимости идти беззвучно и не оставлять следов на сырой земле, что, пожалуй, стало наибольшей из проблем на этом этапе.
Склады и бараки тянулись длинными безглазыми темными, лишенными освещения рядами. Причины понятны. Светомаскировка от ночных бомбежек и привычная бедность этих краев. Если во внешнем периметре еще наблюдалась активность патрулей, то здесь, в глубине охраняемой территории, стояла сонная тишь. Очевидно, комендантской роты банально не хватало на то, чтобы приставить к каждой двери и воротам по часовому. Что только упрощало задачу.