Громовик
Шрифт:
Да, снаружи это была кожа злобной ночной твари, голова тоже принадлежала ей, но лицо…лицо выглядело вполне настоящим, только обезображенное бесчисленными морщинами и густо измазанное зеленой грязью. И вот теперь, на меня смотрели человеческие глаза, в которых не было ни капли злобы или страха. Похоже, тот или, скорее, та, кто находился внутри чудища, изучал меня. Однако, нападать, по-видимому, не спешил. Тягостная пауза продолжалась, как я думал тогда, целую вечность. Я решительно не понимал, что мне делать в такой ситуации. Что-то более неестественное
Хедрик выглядывал из-за моего плеча и тоже молчал. Ему, я так подозреваю, меньше всего хотелось еще раз встретиться с ЭТИМ, но врожденное любопытство, все же, пересилило его страх и он героически сдерживал себя, чтобы повторно не броситься наутек.
Я, в свою очередь, понемногу пришел в себя и хотел уже, было, что-то сказать, как вдруг когтистая лапа-рука резко дернулась в моем направлении и из черного беззубого рта донесся неприятный скрипящий голос, который явно принадлежал человеку:
– Гатра…гатра…
Что имело в виду это существо? Где-то, в глубине души, я уже начинал
догадывался, что перед нами сидела немощная чернокожая старуха, облаченная в шкуру мертвого животного. Но, почему?!
– Гатра…хегрр…
На всякий случай я отступил на шаг назад. Что нужно этой старой ведьме?
Внезапно старуха немного наклонилась ко мне и с ее тщедушных плеч начала сползать та самая кожа, в которую она была завернута. Теперь, когда мои глаза привыкли к темноте, я смог разглядеть эту каргу получше.
Она была размером с подростка, но тело ее выглядело настолько дряблым и высохшим, что если бы не остатки разума в ее глазах, можно было бы решить, что это какой-то злой дух из подземелья. Зрелище, и вправду, немного отдавало мертвечиной. Такой себе труп, внезапно вылезший из Гинунгагапа, чтобы напиться свежей крови и снова отправиться в преисподнюю. На ней почти не было одежды, если не считать каких-то замусоленных дырявых тряпок на груди и бедрах, которые, скорее всего, никогда не снимались с тела и вот-вот должны были рассыпаться от ветхости. Ногти на руках и ногах были настолько длинными и огрубевшими, что я невольно сравнил их с когтями какого-нибудь хищного зверя, чем человека. Все тело старухи было в рубцах и шрамах, подтверждающих мое мнение о ее потустороннем происхождении. Там, где одежда не прикрывала почти ничего, образовалась толстая корка из высохшей болотной тины, возраст которой, наверняка, исчислялся десятилетиями.
Несмотря на все это, на старухе болтались некоторые подобия украшений в виде нашейного ожерелья из острых больших зубов и своеобразных браслетов на запястьях рук, состоящих из черепов птиц и мелких грызунов. В целом, перед нами находился ходячий скелет, обтянутый грязно-черной сморщенной кожей и облаченный в шкуру болотного чудовища. Одно было в ней более-менее живое – это цепкие внимательные глаза, смотрящие как-бы сквозь тебя. При этом создавалось ощущение, что в этом жалком, беспомощном существе присутствует
– Гатра…хгрр…альгатра.., – внесла разнообразие в свою речь болотная ведьма и, согнувшись под тяжестью своего звериного плаща, поползла ко мне.
Я и Хедрик дернулись назад. Как и все здесь вокруг, старуха издавала невыносимое зловоние и вокруг нее постоянно кружил рой больших мух. Преодолевая отвращение мы, все же, нашли в себе смелость не сдвинуться с места, хотя Хедрик, как мне показалось, уже одной ногой был снаружи шалаша. Радовало одно – если до сих пор эта ведьма не откусила нам головы, значит, намерения у нее не совсем ужасные.
Вообще-то, я напрягся всем телом и был готов, к чему угодно. Однако, ее корявые пальцы потянулись не к моему горлу, а к кровоточащей ране в боку.
– Кровь почуяла, – зловеще прошептал Хедрик и потянул меня за собой на выход.
От этих слов мне стало как-то не по себе. А если он прав и эта старуха сейчас вопьется своими деснами в мое тело и начнет терзать его, пока я не умру, а затем медленно меня сожрет?
– Слл-луш-шай, Эл, давай лучше уйдем отсюда. Не к добру все это, – уже громким голосом завопил Хедрик и начал выталкивать меня наружу.
Здравый смысл говорил мне, что так и следует поступить, но другая неведомая сила будто парализовала мои ноги и они отказывались повиноваться. Рука, в которой я сжимал меч, показалась мне какой-то мягкой и бессильной. Я хотел, было, припугнуть старуху оружием, но вместо этого у меня вышло нелепое движение плечом и не более. Оставалось только надеяться, что это существо не причинит мне никакого вреда.
– Хггр…гатра., – снова проскрежетала старуха и осторожно провела скрюченными пальцами по моей ране.
Что бы это значило?
– Хед, – тихо сказал я. – Мне кажется, ее так зовут – Гатра.
Услышав это, старуха полностью завернулась в шкуру болотного чудища и стала странно топтаться на месте, то покачиваясь в стороны, то делая наклоны в разные стороны. Время от времени она издавала глухое рычание и причмокивала своими уродливыми губами. Следующее, что она сделала – это начала махать лапами болотной твари, почти касаясь моего лица.
– Эл, слушай… – вдруг осенило Хедрика. – По-моему, она считает себя одной из тех тварей, которые нас вчера чуть не съели! Видишь, как она двигается? Будто ползет по земле. Смотри, зубами щелкает…
В словах Хедрика что-то было. Действительно, если не учитывать, что перед нами было подобие человека, в остальном, а тем более в темноте, это могло сойти за кого угодно.
– Видимо, ты прав. Эта старушенция полностью сбрендила и живет здесь в одиночестве с дикими зверями, – с сочувствием произнес я и немного расслабился. – Она сумасшедшая.
– Гатра…гатра..гатра..гатра…хгрр.., – не унималась тем временем, «хозяйка дома», и продолжала трястись с еще большей скоростью.
– Смотри, она сейчас свалится, – немного осмелев, заявил Хедрик и хлопнул меня по плечу.