Громова дубрава

Богатикова Ольга Юрьевна

— Здорово, — оценила я. — У меня тоже есть кое-что новенькое.

Вынула из сумки свой флакон и поставила его на соседнюю полку — к другим подобным сосудам.

— Симпатичный камень, — кивнул брат. — Что это такое?

— Сердце высшего инкуба.

— Ого! Где же ты его нашла, сестренка? Эти ребята осторожные, как черти, выследить их очень непросто.

— Мой клиент оказался редкостным раззявой, — я уселась в кресло и с наслаждением вытянула ноги. — Знаешь, что творил этот поганец?

— Надо

полагать, убивал женщин.

— Верно. И весьма забавно избавлялся от их тел. Не бросал на месте преступления, как это принято у его сородичей, и даже не закапывал в лесу. Он оставлял в их телах крошечную искорку жизни и давал команду прилюдно совершить акт суицида. Одной приказал повеситься, второй — утопиться, третьей — вскрыть вены, четвертой — сброситься с восьмого этажа…

— Вот дает, — удивился Дик. — Зачем это ему?

— Наверное, он считал это забавным. Собственно, по этим следам я его и нашла.

— Действительно, дурак, — согласился брат. — Что ж, поделом ему. Естественный отбор еще никто не отменял.

— Точно. Кстати, что пишет главная контора? Были новые задания?

— О, спасибо, что напомнила. На востоке страны кликуши расшумелись. Есть подозрение, что там появился колдун, который имеет зуб на молодых замужних женщин. Проверишь?

— Конечно, — кивнула я, мысленно потирая руки.

Судя по всему, совсем скоро наша с братом коллекция пополнится еще одним интересным экспонатом…

КОНТУР

Лукас дрожал, как осиновый лист. Поначалу он, конечно, храбрился — пока небо было светлым, шутил и хихикал, однако теперь, с наступлением темноты, его пальцы стали непроизвольно отбивать на коленях чечетку, а широкая деревянная колода, которую я предложила ему вместо стула, начала ходить под ним ходуном.

— Нервничаешь? — усмехнулась я.

— Замерз, — ответил он, обхватив себя руками. — Ночи сейчас холодные.

— Холодные, — согласилась я, вынимая из рюкзака термос с чаем. — Пуэр будешь? Горячий. Вмиг согреешься.

— Давай, — кивнул Лукас. — А печенье есть?

— Есть, но оно в сторожке. Если хочешь, можешь его принести.

— В сторожке-то, наверное, тепло, — заметил парень. — Почему бы нам не вернуться туда? Разве это обязательно — сидеть на улице?

Я фыркнула.

— Лукас, признайся, ты просто боишься кладбищ.

Парень дернул плечом и бросил быстрый взгляд в сторону — туда, где за высокими металлическими воротами виднелись плиты надгробий и тяжелые крыши семейных склепов.

— А тебе-то самой тут не жутко? — поинтересовался он.

— Нет, — пожала плечами в ответ. — За три месяца привыкла. Хотя в первые дни, конечно, было не по себе.

Лукас покачал головой.

— Ну и работенка у тебя, Таша! Зачем ты вообще сюда пошла? Разве сторожить кладбище — это женское дело? Да еще по ночам!

— А что тут такого? —

удивилась я, протягивая ему кружку с чаем. — Это дело не хуже любого другого. Местным сторожам платят хорошие деньги, а мне они, знаешь ли, очень нужны. На одну стипендию сейчас не проживешь, а родители — не помощники, сами едва концы с концами связывают. Что до мертвецов, Лукас, то я их не боюсь. Живых надо бояться, а не мертвых. Тем более, здешние покойники — ребята смирные и очень симпатичные.

— У этого кладбища плохая репутация, — заметил мой приятель. — Его считают проклятым. Говорят, тут творятся странные вещи, поэтому и охранники меняются каждые две недели.

— Так и было — до моего появления. Забавно, да? У девушки психика оказалась крепче, чем у взрослых здоровых мужиков. Что до погоста, так у него репутация действительно так себе. И неудивительно — контингент тут собрался специфический. Но это даже хорошо: посторонние здесь не ходят, надгробия не ломают, цветы с могил не воруют, запрещенные ритуалов не устраивают. Красота.

Лукас поежился.

— Если здесь так чудесно, почему твоя сторожка находится не внутри кладбища, а снаружи? И почему перед заходом солнца ты заперла ворота на два огромных замка, да еще решетку цепью обмотала?

— По инструкции положено, — наставительно сказала я. — Более того, каждые полтора часа мне нужно делать обход и проверять, все ли в порядке. Собственно, именно этим я сейчас собираюсь заняться. Если хочешь, подожди меня в сторожке. Я быстро, обойду периметр и вернусь.

— С ума сошла? — снова поежился парень. — Я пойду с тобой. Я же здесь не для экскурсии, а по делу. Вроде бы.

Я в ответ закатила глаза. Храбрец и защитник, ага.

Поставила термос на землю, поправила на поясе чехол со спецоборудованием.

— Идем?

Лукас молча встал и потопал за мной.

Мы подошли к воротам. Я еще раз осмотрела запиравшие их замки, после чего достала из чехла большую лупу и принялась разглядывать створки и державшие их каменные столбы.

— Мы пойдем внутрь? — уточнил Лукас.

— Нет, — покачала я головой. — Нужно просто проверить целостность ограды.

— Привет, Таша!

Подняла голову и встретилась взглядом с худенькой миловидной блондинкой. Стоявший у меня за спиной Лукас ощутимо напрягся. Собственно, его можно было понять — девица находилась с другой стороны кладбищенского забора.

— Привет, Дана, — улыбнулась я. — Как дела?

— Ничего, спасибо, — ответила она. — Я услышала голоса и решила подойти поздороваться. Ты вчера не пришла на работу. Что-то случилось?

— Ничего особенно, — махнула в ответ рукой. — Пришлось отпроситься — прошлым вечером у меня было практическое дежурство в госпитале. Его проходят все старшекурсники целительского факультета.