Громила
Шрифт:
— Инвентарь, открыть.
Поданная вполголоса команда развернула видимое только мне окно инвентаря. А дальше, глядя на Кота, я почувствовал себя фокусником-садистом на дне рождения пятилетнего малыша. Когда я извлёк из инвентаря кастеты и рассовал их по карманам куртки, брови детектива поползли вверх. Наплечная кобура на два пистолета заставила округлить глаза и тихо матюгнуться. Вид пары «Бранов» в специальном исполнении привёл в состояние, близкое к шоку. После всего увиденного великолепия ни нож, который я привесил на пояс, ни фонарь-дубинка, отправившийся туда же, в специальное крепление, удивить
Пистолеты оказались незаряженными, и мне пришлось какое-то время возиться, потроша коробки с патронами и снаряжая магазины. Пока я этим занимался, Кот отошёл от шока и смотрел на меня обиженным взглядом. Кажется, он очень хотел спросить меня, какого хрена я полез в подвал без оружия, имея в своём распоряжении маленький арсенал. А ещё ему было очень интересно, откуда он у меня. И кто я, чёрт возьми, такой.
Опустошив инвентарь, зарядив пистолеты и рассовав всё по своим местам, я облачился в куртку. Под изумлённым взглядом Баннермена достал из кармана кастет и надел на правую руку. В левую взял фонарь. Почему кастет? А труб здесь слишком много. И некоторые явно с горячей водой. Однажды, на очередном «задержании», «подозреваемый» додумался спрятаться за бойлером и начал оттуда по нам стрелять. Как он орал, когда бойлер взорвался от попадания и окатил его кипятком, я помню до сих пор. Потому и решил использовать огнестрел только в крайнем случае.
— Кот, постарайся здесь не стрелять. Труб многовато.
Баннермен огляделся и согласно кивнул.
Дальше всё происходило достаточно скучно. Мы прошлись по всему подвалу, поочерёдно осматривая секции, на которые его делили несущие стены. Некоторые из них были завалены всяким хламом, который приходилось разгребать, чтобы убедиться в отсутствии под ним тел, спрятанных тварью.
В процессе Кот просвещал меня, кто такие вурдалаки и прочие монстры, обитающие в этом мире. И откуда они берутся.
Дело, по его словам, обстояло так: монстры в «Нуаре» делятся на два вида — антропоморфные и похожие на животных. Антропоморфные, Кот перечислил несколько их видов, происходят от опустившихся НПС. Превращение в монстра — конечный этап деградации непися, если он достаточно долго ведёт образ жизни бездомного или бича-алкоголика. Вид монстра зависит от последнего места обитания непися. В подвалах городских домов они превращаются в вурдалаков. На свалках — в грязевиков. Те, кого жизнь загнала в канализацию, становятся так называемыми «ящерами малыми». Последние — самые опасные, потому что способны к созданию устойчивых сообществ и могут размножаться естественным путём. Иногда для размножения они похищают женщин — неигровых персонажей.
Монстры превосходят по характеристикам любых НПС, поэтому борьбой с ними занимаются, как правило, игроки, выбравшие профессии охотников на монстров и частных детективов. Они же, при поддержке полиции, проводят профилактику обращений. Причём охотники делают упор на уничтожение уже обратившихся, а детективы — на профилактическую работу.
— И как проходит профилактика? — поинтересовался я, осматривая очередной закуток.
— Да морды бьём в воспитательных целях. Или там, в ночлежки пристраиваем. По-разному. От этапа зависит. Если он просто бухает по-чёрному, бывает достаточно отпинать разок. Некоторым просто
— А узнаёте откуда?
— Что узнаём?
— Кто по кривой дорожке пошёл.
— А в мэрии на доске объявлений задания висят. Вроде как жалобы от родных и соседей. Если вовремя успели, да правильно обработали — вернули обществу члена, а семье — родственника. Но иногда не успеваем. Тогда вот такое получается, как сегодня. Мля…
Последнее высказывание относилось к трупу мужчины в синей спецовке. На него мы наткнулись в самом дальнем помещении подвала. Рядом лежала кожаная сумка на ремне, из которой торчал разводной ключ. Похоже, на вурдалака успел напороться местный сантехник. Мужчина лежал лицом вверх, глядя в потолок стеклянными глазами. На разорванном горле запеклась кровь. Других повреждений видно не было. Даже руки были целы. Похоже, он не успел ничего сделать для своей защиты.
«Долбаный натурализм, — подумал я, глядя на окровавленный труп, — если бы не военный опыт, я бы тут весь подвал заблевал».
— Видишь, — нарушил тишину Кот, — он даже дёрнуться не успел, как тварь его порвала. В горло, как и в голову, двойной урон идёт. А у вурдалака ещё когти бонус дают. Ну и хары у него выше, и сила, и ловкость. Блин, всё ещё поверить не могу, что нуб в первый день монстра завалил. Ну, покойся с миром.
Договорив, Кот прицелился и выстрелил покойнику в голову.
— Чтобы не переродился, — пояснил он. — Убитые вурдалаком…
— Помню. С вероятностью пятьдесят процентов.
— А ты хорошо держишься. Спокойно так. Не первый труп видишь?
— Не первый. Насмотрелся, пока служил.
— Спецназ?
— Тяжёлая пехота.
— Серьёзно. Пошли наверх, здесь больше искать нечего.
— Пошли.
Глава 5
— Дядя Гоша, что сегодня было!!!
— Я в курсе, ты же знаешь, где я работаю.
— Ну-у-у… Так неинтересно… Всё-то ты знаешь…
— Не всё, но многое. А о многом догадываюсь. Я даже догадываюсь, зачем ты мне звонишь.
— Кот, в какой воскресной школе ты нашёл этого малыша?
Бармен, крепкий черноволосый мужик лет сорока пяти — пятидесяти, плеснул в стакан заказанный детективом скотч и теперь переводил недоумённый взгляд с меня на Кота и обратно. Похоже, за всю свою карьеру он впервые слышал фразу: «Мне что-нибудь безалкогольное, минералку, сок или что-то в этом роде». Кот тоже удивился, но не растерялся.
— Билли, этот «малыш» пару часов назад голыми руками оторвал голову вурдалаку. Так что налей ему, что он просит. А то ещё огорчится, заплачет и поломает тебе весь ресторан.
— Это правда?
Бармен переменился в лице и напряжённо ждал моего ответа.
— Нет, конечно. Кот пошутил. Я не собираюсь здесь ничего ломать.
— Я про вурдалака.
— А-а. Честно говоря, здесь он тоже преувеличил. Не отрывал я ему голову. Просто забил насмерть.
Передо мной на стойке появилась бутылка тоника и стакан.