Гробница
Шрифт:
— Однако это не проясняет ситуацию. Я так и не понял, какая связь существует между игрой в салочки в полной темноте и поисками меди по карте.
— А может быть, я просто демонстрировал свои возможности и проверял ваши. — Клин оставил свой грубоватый тон, и постепенно его манеры перестали казаться столь необычными и немного вульгарными. Резкие, почти издевательские выходки сменились добродушным подшучиванием. — Глупая затея, конечно, но мне хотелось оценить вашу реакцию на — как вы это назвали? — дезориентацию. В конце концов, моя жизнь будет находиться в ваших руках.
— Мы поговорим об этом чуть позднее. Расскажите мне о меди в Новой Гвинее. Каким образом вы
— С помощью своего сознания, разумеется. Интуиция, второе зрение, экстрасенсорное восприятие — называйте это как вам угодно. Я смотрю на карту и чувствую, где скрыты залежи минералов и руд. И даже источники, в которых концентрируется энергия, рассеянная по поверхности земли. Я могу указать, где они располагаются под земной корой. Нет-нет, я и не думаю хвастаться — я не всегда оказываюсь прав. Однако в большинстве случаев — примерно в трех четвертях от общего числа — я угадываю абсолютно точно. Этого вполне достаточно для «Магмы». Этого более чем достаточно для сэра Виктора Пенлока и его Совета директоров. Холлоран задумчиво склонил голову.
— Вы находите эти... эти месторождения с помощью своих чувств? Как предсказатель чувствует скрытые взаимосвязи между причинами и следствиями? Как ясновидящий определяет скрытые истоки?
— О, обнаружить подземные родники — что может быть легче! Даже «вы» смогли бы это сделать. Моя задача чуть-чуть сложнее. Скажем, после точных расчетов ученые-геологи задают мне правильное направление и тот район, где следует проводить поиски. Обычно это бывает достаточно большой участок — несколько тысяч квадратных миль. И я... ну, в общем, я концентрируюсь на тех предметах, которые мне нужно найти. Выбрасываю все остальное из головы. Эта комната помогает мне: ее пустота придает необходимую остроту моим чувствам. — Он обвел рукой комнату. Спустя несколько мгновений он убавил яркий свет с помощью дистанционного переключателя. Стены и пол в комнате сразу стали серыми и унылыми; Холлоран смог разглядеть едва заметные линии в тех местах, где экраны вплотную соединялись друг с другом. Еще он заметил маленькие сенсорные клавиши, расположенные рядами на поверхности прибора, который держал в руках Клин — очевидно, они служили для управления разными объектами, которые были скрыты от глаз. Комната имела сейчас непривлекательный вид — голые стены и отсутствие мебели делали ее совсем пустой.
— Теперь вы понимаете, почему я столь важен для Корпорации? — спросил Клин, глядя в пол прямо перед собой и массируя виски выпрямленными пальцами, словно пытаясь облегчить головную боль. — Имеете ли вы представление о том, как быстро и легкомысленно развитые страны тратят и используют свои невосполнимые природные ресурсы — горючие полезные ископаемые, минералы, металлы, лес, и даже плодородные земли? Мы по-варварски обращаемся со всеми этими богатствами, и они очень, очень быстро истощаются. Мы рыщем по всему миру в поисках топлива и металла, копаем, расходуя накопленные землей дары в невероятных количествах. Мы стали необычайно жадными и прожорливыми. Большие компании вроде «Магмы» не ведают границ в своей погоне за прибылью. Они готовы на все, только бы удовлетворить спрос на свою продукцию; им плевать на все законы, на все разумные ограничения их алчности — только бы не прекращался поток золотых монет в их широкий карман.
Он поднял голову и посмотрел на Холлорана. Его улыбка сделалась лукавой.
— Теперь они испугались. Чем труднее искать новые месторождения, тем более озабоченными становятся те, чья прибыль напрямую зависит от количества добываемого сырья. Все труднее извлекать полезные ископаемые
Холлоран встал и прошелся по комнате, засунув руки в карманы брюк. Обернувшись, посмотрел назад, на маленькую фигурку, настороженно наблюдающую за ним.
— Вы предлагаете мне поверить во всю эту историю, — задумчиво произнес он.
В ответ раздался резкий смех Клина.
— Вы мне не верите! Вы не верите в то, что я могу это делать! После всего, что я показал вам! Вы считаете, что я вас разыгрываю! Потрясающе! Он задрыгал ногами по восторга, в который, по-видимому, его привела реплика Холлорана.
Холлоран оставался невозмутимым.
— Я сказал, что в это трудно поверить, — угрюмо ответил он.
— Думаете, меня так уж беспокоит, во что вы там верите, а во что нет? — сказал Клин, успокоившись так же внезапно, как незадолго до этого рассмеялся. — Все, что вам положено, — это охранять меня, и ничего больше. Может быть, со временем я смогу оценить, насколько хорошо вы умеете это делать.
Он нажал на кнопку прибора дистанционного управления большим пальцем. Очевидно, за дверью раздался сигнал тревоги, потому что одна створка тотчас же распахнулась и телохранитель перешагнул через порог. — Холлоран сомневается, что ты хороший мастер своего дела, Монк, — обратился к охраннику Клин. — Хочешь устроить ему небольшую тренировку в качестве взаимного приветствия, чтобы представиться столь важной особе? Монк приближался к ним с угрюмым и мрачным видом.
Холлоран все еще стоял лицом к Клину.
— Я не провожу проверок, — сказал он Феликсу.
— В таком случае Монк, возможно, переломает вам кости, — ответил тот. Холлоран вздохнул и повернулся навстречу человеку, подходившему к ним легкими, неслышными шагами. Телохранитель шел свободной поступью, словно для простого обмена рукопожатиями; однако Холлоран заметил особый блеск в его глазах, не оставляющий никаких сомнений в намерениях этого человека по отношению к нему.
Последние два ярда тот преодолел стремительным броском вперед, к своему противнику.
И вдруг обнаружил, что Холлоран оказался за его спиной.
Монк почувствовал, как нога Холлорана ударила его по ягодицам. В тот же миг, сбитый с ног мощным толчком, потеряв равновесие, он упал на колени; оглушенный падением, телохранитель неуклюже, неловко копошился на полу. Опомнившись, снова поднялся, готовясь напасть на противника.
— Ублюдок. — Ругательство прозвучало на высокой, почти визгливой ноте, словно тихий, слабый звук исходил из сжатого горла.
— Боже, да это животное заговорило! — удивился Холлоран. Телохранитель кинулся на него.
— Феликс, остановите его! — раздался резкий голос Коры; Холлоран даже не повернул головы к дверям, откуда он прозвучал. Ему не хотелось наносить травму этому неуклюжему обезьяноподобному человеку, однако время для подобных игр еще не настало. Он снова ушел от атаки и ударил пригнувшегося противника коленом под нижние ребра, вложив в удар ровно столько сил, чтобы у его жертвы на несколько секунд перехватило дыхание.
Монк упал, с глухим уханьем выпустив воздух из легких; из его открытого рта вытекала слюна. Однако он оказался крепким орешком: через несколько секунд он снова начал подниматься; его лицо покраснело от злости. Холлоран приготовился нанести ему внезапный резкий удар по болевой точке на шее, чтобы привести поединок к относительно безвредному и быстрому концу.