Гроб из Гонконга
Шрифт:
– И ты знаешь, кто действительно убил ее?
Он предложил мне сигару, на сей раз я уже мог позволить себе отказаться. Спрятав портсигар в карман, он сказал:
– Рано еще говорить. Кем бы он ни был, сработано чисто. Никаких зацепок, пока что ничего.
– А вы пробили китаянку?
– Конечно, это было не трудно. В сумочке находилось только обычное бабское барахло, но в аэропорту китаянку запомнили. Она приехала из Гонконга. Ее имя – Чжоян Джефферсон. Веришь или нет, она невестка Джона Уилбера Джефферсона, нефтяного миллионера. Она
– Зачем? – спросил я, уставившись на него.
– Старик Джефферсон хотел похоронить своего сына в семейном склепе. Он оплатил дорогу жене своего сына, чтобы она доставила тело.
– А что с телом?
– В семь часов утра, согласно инструкциям, в аэропорту его принял гробовщик. Сейчас гроб с телом находится в похоронном бюро.
– Ты проверил это?
Он зевнул, показав половину своего зубного протеза.
– Послушай, сыщик, не учи меня жить. Я видел гроб и посмотрел бумаги: все в порядке. Она вылетела из Гонконга, прибыла сюда в час тридцать ночи. Взяла такси из аэропорта до твоего бизнес-центра. Мне не дает покоя только одно: почему она приехала немедленно повидаться с тобой и как убийца узнал об этом? Чего она хотела от тебя?
– Да. И еще: если она из Гонконга, как она узнала о моем существовании? – спросил я.
– Твое предположение, будто она позвонила тебе около семи договориться о встрече, когда ты уже покинул контору, не прокатывает. В это время она была в воздухе. Если бы она написала, ты знал бы об этом.
На мгновение я задумался.
– Что, если Хардвик встретил ее в аэропорту. Он позвонил мне из аэропорта в шесть. Возможно, он дождался ее прибытия и назвался моим именем. А потом, пока она сдавала гроб властям, он приехал сюда и вскрыл замок на внешней двери – его не слишком трудно вскрыть. И затем ожидал ее.
Ретнику, казалось, эта идея не очень нравилась. Мне тоже.
– Но что, черт возьми, она хотела от тебя? – спросил он.
– Если бы я знал, мы не задавали бы друг другу эти вопросы. А что с ее багажом? Тебе известно, где он?
– Да. Уезжая из аэропорта, она оставила его в камере хранения: один маленький чемодан; ничего, кроме смены белья, маленького Будды и нескольких китайских курительных палочек. Она путешествовала налегке.
– Ты уже поговорил со стариком Джефферсоном?
Ретник поморщился:
– Да, поговорил. Он вел себя так, будто ненавидит меня всем нутром. И думаю, вот почему: быть членом состоятельной семьи – это ад. Мой шурин и Джефферсон – одного поля ягоды, и я добровольно надел себе на шею удавку.
– Но у всего этого есть ведь и хорошие стороны, – сказал я.
Он поправил жемчужную булавку в галстуке:
– Иногда. Так или иначе, старый козел разошелся. Он требовал, чтобы я поймал человека, который убил его невестку, иначе у меня будут проблемы. – Ретник погладил переносицу. – Он влиятельный
– Он готов помочь?
– Нет, конечно.
– А что посыльный из службы доставки, который принес мне триста долларов? Может, он видел убийцу?
– Слушай, сыщик, ты не столь великолепен, как думаешь. Я проверил его – ничего. Но вот что интересно: конверт с бабками был отдан в службу доставки в четыре часа. Их офис, как ты знаешь, находится через дорогу от твоего. Ни один из тупых клерков не смог вспомнить, кто вручал его, но следовало доставить его тебе тем же вечером ровно в шесть пятнадцать.
– Ты проверил, Хардвик работает в корпорации «Эррон»?
– Да. Я проверил все чертовы детали. Он у них не работает.
Он зевнул, потянулся, затем встал.
– Я ложусь спать. Возможно, завтра найдется еще что-нибудь. На сегодня с меня хватит.
Я тоже поднялся:
– Она была застрелена из моего револьвера?
– Да. И никаких отпечатков; в автомобиле тоже. Он аккуратен, но он сделает ошибку… они всегда их делают…
– Некоторые…
Он сонно посмотрел на меня:
– Я помог тебе, Райан, теперь ты помоги мне. Выкладывай все свои идеи. Я сейчас нуждаюсь в них.
Я сказал, что уж как-нибудь не забуду его. Спустился к автомобилю и быстро отправился к себе спать.
На следующее утро я добрался до офиса около девяти и обнаружил нескольких репортеров, толпившихся у моей двери. Они хотели знать, где я провел вчерашний вечер. Им не терпелось услышать мою версию убийства, и они были очень разочарованы, когда не смогли меня раскрутить.
Я пригласил их всех в офис и сказал, что провел день в полицейском участке, поэтому знаю об убийстве не больше, чем они, а может, и меньше. Нет, я понятия не имею, почему китаянка приехала в мой офис в такой час и как она прошла в здание. Полчаса репортеры атаковали меня вопросами, но это была пустая трата времени. Наконец, недовольные, они ушли.
Я просмотрел почту и бросил большинство конвертов в мусорную корзину. В том числе письмо от женщины, живущей на Пальма-Маунтин: она хотела, чтобы я отыскал человека, отравившего ее собаку. Но я все-таки отпечатал ей вежливый ответ: мол, слишком занят, чтобы помочь ей.
Раздался стук в дверь. Я пригласил войти.
Это был Джей Уэйд, мой ближайший сосед. Он выглядел немного смущенным и остановился в нескольких шагах от моего стола.
– Не побеспокоил? – спросил он. – Хоть это не мое дело, но меня волнует, знаешь ли ты, кто ее убил?
Его любопытство меня не удивило. Он был одним из тех башковитых умников, которых влечет все, что связано с преступлениями.
– Нет, – ответил я.
– Не думаю, что это поможет, – сказал он извиняющимся тоном, – но я вспомнил, как около семи часов вечера у тебя звонил телефон. Он звонил долго. Это было после того, как ты уехал.