Гриф
Шрифт:
— Прямо сейчас?
— Да. Уж извините меня, ребята, так меньше шансов для утечки информации. Конечно, я всем вам доверяю как себе. Но лучше будет, если у вас до начала операции не появится лишних контактов. Тяжелое оружие ракеты и автоматы — получите здесь. А личное у вас всегда с собой. Или я ошибаюсь?
— Нет, не ошибаешься, командир, мы готовы, — за всех ответил Котов.
Через час они уже были в Химках, пересекли этот город-пригород и вышли на проселочную дорогу, ведущую к дальнему дачному кооперативу. Еще через полчаса были в Малинино. Дачный поселок словно вымер, глазея на вновь прибывших пустыми
— Похоже, нас ждут, — предупредил по рации Князь.
— А как иначе, командир, — прозвучал в его наушниках голос Игоря Вольнова. — Наверняка какой-нибудь «смотрящий» доложил, что к дачному поселку приближается кортеж машин.
— Ворота стальные, закрыты надежно. Стены — железобетон. Какие предложения? — спросил Князь.
— Ворота нам по сценарию все равно надо протаранить. Разреши, командир, я поколдую над ними, — спросил Коля Мишин.
— Давай, Юра, последи за окрестностями, пока Коля будет ворота «снимать».
Два бойца направились в сторону усадьбы. Коля Мишин распластался у забора так, чтобы не засветиться, а Юра Котов, держа в левой руке «Агран-200» а в правой нож, спрятался за одиноко растущее дерево. Конечно, при желании его можно было визуально определить, но вот подстрелить было сложно. Коля заложил взрывчатку, установил датчик для дистанционного управления и подал сигнал, что работу закончил.
В это время землю рядом с его правой ногой распорол пылевой фонтанчик — пуля, выпущенная из снайперской винтовки, ударилась в землю всего в cантиметре от ноги сапера.
Юра Котов мгновенно обернулся на выстрел и практически не глядя, на звук, чисто интуитивно вычислив траекторию полета пули, метнул нож.
На втором одиноко растущем дереве, метрах в тридцати от него, послышался короткий вскрик и, ломая ветки, с дерева рухнул снайпер.
— Уходим, — крикнул Юра Мишину. — Давай короткими перебежками, вначале ко мне, а потом за будку.
Через минуту все были вместе.
— У противника уже есть потери, а у нас, слава Богу, нет, — подвел итоги первой части операции Князь. — Однако мы раскрыты. Впрочем, было бы наивно полагать, что нас будут встречать цветами и рюмкой водки на подносе. Давай, Коля, рви, к чертовой матери, ворота. Внимание, — сказал он по рации бойцам, оставшимся в машине, — по моему сигналу будут взорваны ворота. Сережа Пушкин прет на «ландровере» вперед, за ним во двор на скорости входит Ваня Волгин на банковском броневике с «жмурами» и бабками. Толя Грановский — ракету по мезонину с ходу. Игорь Вольнов — с борта второй машины — ракету по второму этажу. Мы входим вслед за машинами и ведем огонь на поражение по окнам первого этажа. Приготовились. Вперед.
Коля нажал кнопку дистанционного взрывателя. Мощный взрыв не только разнес вдребезги ворота, но и разворотил часть железобетонного забора, так что во двор усадьбы смог бы въехать танк, а не только машина. Впрочем, бронированные автомобили, закупленные специально для этой операции в Германии, обладали многими достоинствами танка и не имели его основного недостатка — на танке трудно незамеченным передвигаться по городу.
В образовавшееся пространство рванулись две машины, с борта первой Толя произвел прицельный выстрел по мезонину, чердаку, третьему
— Командир, кто стреляет? — раздался в наушнике Князя голос Сергея Пушкина, первым въехавшего во двор и чуть не напоровшегося на очередь. Там кто? Наши или чужие?
— "Наши" на первом этаже. Потому я и отдал приказ вести огонь на поражение по мансарде и второму этажу. Там другая смена охраны, из отморозков. Им Гриф не доверяет охранять бабки в подвале и на первом этаже, они ведут охрану усадьбы. Так что, весь огонь по этим объектам.
— Тогда, извините, я повторяюсь, — усмехнулся "в эфире" Сергей и выпустил еще одну ракету по мезонину.
Толя Грановский, не объявляя войны, шарахнул второй ракетой по окнам второго этажа.
Минуту после этого во дворе усадьбы стояла мертвая тишина.
— Мертвая тишина, — констатировал Юра Котов, входя вслед за машинами во двор.
— Мертвее некуда, — согласился с ним Игорь Вольнов.
Они расступились, и во двор усадьбы вошел Князь.
Он обвел взглядом усадьбу, полностью лишившуюся третьего этажа и частично — второго.
Тихо было и в комнатах первого этажа, где размещалась охрана из бывших спецназовцев. Это насторожило Князя. Он приложил ладони ко рту и трижды крикнул, подражая крику филина.
Через мгновение раздался ответный крик.
— Все путем, мужики, — обратился Князь к Вольнову. — Метни-ка в окно первого этажа дымовую шашку. И одень противогаз, это касается и остальных.
Натянув противгаз сразу после того, как Игорь забросил шашку в среднее окно первого этажа, Князь призывно взмахнул рукой и побежал к дверям.
Выбив их мощным ударом правой ноги, он ворвался внутрь и, убедившись, что шестеро бойцов, его бывших коллег, лежат, уткнувшись мордами в намоченные платки, рванул вверх, на второй.
Он совершил ошибку, которая могла бы кончиться для него гибелью.
По инерции Князь искал противника на уровне своей груди, поводя «Калашниковым» по комнате. И вдруг цепкие руки обхватили его правую ногу. Раненый охранник из урок уже замахнулся финкой, готовый вонзить ее в паховую артерию.
Спас Князя все тот же Юра Котов. Он тоже взбежал по лестнице на второй этаж и застыл, держа в левой руке «Агран», а в правой сжимая десантный нож, разрезавший на лету папиросную бумагу. Все-таки ножом он пользовался умелее и точнее. Брошенный им нож вонзился в шею охранника, буквально пришпилив его к деревянной обшивке.
Тем временем на втором этаже оказался и Игорь Вольнов. Пока Князь и Котов разбирались с так некстати ожившим охранником, он, соблюдая все правила предосторожности, вошел во вторую комнату, откуда валил густой дым.
— Тут пожар вроде бы намечается, — сказал Волынов по рации Князю. Что делать?
— Пожар на втором этаже не входит в наши планы, если не очень сильно горит, туши, если сильно, придется использовать другой вариант сценария, ответил командир.
Оказалось, что от взрыва гранаты загорелось чучело медведя. Сунув оружие в кобуру, нож за пояс, Игорь стал прихваченным с дивана покрывалом хлестать несчастного медведя по заднице. Ему оставалось всего ничего, чтобы окончательно затушить пожар, как вдруг он почувствовал на шее стальной захват рук.