Грезы андроида

Скальци Джон

* * * * *

Робин Бейкер окинула взглядом черный каменистый простор, посередине которого стояли они с Криком.

– Значит, вот где ты сражался, – проговорила она.

– Да. Здесь, – сказал Крик.

Он сморщился, выдергивая из бедра еще один кусочек коммуникатора, затем промокнул рану дезинфицирующим тампоном из аптечки капсулы, вместе с которой в герметичном отсеке под полом они обнаружили небольшой запас воды и сухпайки.

– Но вид тут теперь другой, – сказала Робин.

Крик

оглянулся.

– Да, – согласился он. – Раньше тут было куда красивее. Настолько, насколько поле боя вообще может быть красивым. В прошлой мой визит сюда у меня не было времени на любование видами.

– Да уж наверное, – сказала Робин.

– Нет, впрочем, был один такой момент, – сказал Крик, бинтуя ногу. – Один раз все вдруг остановилось – винтовки перестали стрелять, люди перестали двигаться, и все стихло, как будто все вокруг одновременно решили передохнуть. И в этот момент стало видно, до чего красива эта равнина, когда ее не заполняют люди, которые убивают и умирают. И мне тогда захотелось увидеть это место еще раз, когда здесь будет мир.

– Сейчас здесь мир, – заметила Робин.

– Если можно назвать так последствия вулканического извержения, – сказал Крик.

Он встал и сделал несколько шагов.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Робин.

– Как человек, в котором застряла пара осколков, – сказал Крик.

– Ох, – сказала Робин.

– Пластиковые осколки лучше пуль, – сказал Крик. – Со временем они выйдут сами по себе. В любом случае, теперь, когда мой коммуникатор разрядился – в буквальном смысле – нам предстоит дойти до центра связи, о котором говорил Лефф.

Робин показала на высокую антенную где-то в километре от них.

– Думаю, это он, – сказала она.

– Думаю, ты права, – сказал Крик. – Готова к прогулке?

– Мне нравится, как ты это сказал: будто у меня есть выбор, – сказала Робин. – Ты выражаешься в такой манере с самого нашего знакомства. Наверное, стоит тебе прямо сказать, что это не помогает чувствовать себя так, как будто этот выбор есть на самом деле.

Крик улыбнулся.

– Я не хотел показаться назойливым, – сказал он.

– Сейчас для этого уже поздновато, – сказала Робин. – Пошли. Не сомневаюсь, что когда-то это место было прекрасно, но прямо сейчас все, чего я хочу, так это улететь с этих скал на большой и красивый военный корабль.

И она зашагала к коммуникационному центру. Крик подобрал нидский автомат, положил в карман палец, прихватил флягу с водой и последовал за ней.

Под вышкой, в естественном, неправильной формы амфитеатре, образованном потоками лавы, располагался небольшой центр связи. Именно здесь планировалось провести поминальную церемонию. Как и вся остальная равнина, амфитеатр этот был мрачным ложем черного камня безо всяких признаков растительной или животной жизни. Выглядело все так, как будто жизнь, оскорбленная «убийцами планет» и вызванными ими потоками лавы, отвергла равнину Паджми навсегда. Крик не осуждал ее за такое решение.

– Гарри, – позвала Робин и указала на что-то сбоку от центра управления.

Крик пригляделся, и то, что показалось ему сперва кучей мусора, оказалось

трупом нида – вероятно, инженера-связиста, приехавшего сюда, чтобы подготовить место к прибытию пассажирова «Неверленда».

Крик повернулся к Робин.

– Возвращайся в капсулу, – сказал он. – И жди там меня.

– Гарри... – произнесла Робин, глядя на что-то у него за спиной. Крик повернулся кругом и увидел, что на него от центра связи несется существо размером с гризли. Крик вскинул автомат, прицелился в тварь и выстрелил.

Он забыл достать из кармана палец.

– Ох, дерьмо, – сказал он и отшатнулся. Существо сгребло его его, замахнулось и с силой ударило его в висок. Крик услышал крик Робин, а потом свет для него погас.

* * * * *

Он очнулся, когда в лицо ему плеснули водой, залив ноздри. Он закашлялся и приподнялся над полом, на котором лежал.

– Привет, Крик, – произнес мужской голос. – Вздремнул немного?

Крик поднял глаза и увидел Рода Акуну, который стоял, прислонившись к стойке терминала. В руке Акуна небрежно, но твердо держал пистолет; ствол его был направлен на Крика. Сбоку и позади него Крик увидел Робин, удерживаемую существом, в котором Крик узнал теперь нагха.

– Привет, Акуна, – сказал Крик. – Тебя я меньше всех ожидал здесь встретить.

– Ты знаешь, кто я такой, – сказал Акуна. – Ну разве это не восхитительно? Рад, что смог тебя удивить. Сюрпрзы всегда радуют. И между прочим, я считаю, что мое присутствие здесь – это комплимент тебе.

– Да ну, – сказал Крик. – Почему это?

– Оно доказывает мою веру в тебя, Крик, – сказал Акуна. – После того, как я увидел твою фотку в газете нашего полка и переслал ее куда следует, все остальные были уверены, что они просто выдернут тебя и присутствующую здесь Малышко Бо-Пип с того лайнера. Кроме меня. Я-то знал, что ты от них смоешься. Догадываешься, почему?

– Потому что мне удалось смыться от тебя, – сказал Крик.

– Соображаешь, – сказал Акуна. – Точно так. Тебе удалось смыться от меня. И я спросил себя: если бы я был Гарри Крик и пытался сбежать от абордажной команды, то куда бы я направился? И вот мы здесь. Мне, правда, пришлось кое-кого пристрелить, чтобы сюда добраться, но теперь, думаю, мне за это только спасибо скажут.

– Ты прилетел с нидами, – сказал Крик.

– Прилетел, – сказал Акуна. – И улечу тоже с ними. И Такк улетит, – он махнул свободной рукой в сторону нагха, – а также твоя подружка. А вот ты останешься.

– Не хватит места в челноке? – спросил Крик.

– Места полно, – сказал Акуна. – Ты никуда не полетишь, потому что я разберусь с тобой прямо сейчас. Ты сломал мне руку и нос при последней встрече, если помнишь. Починка стоила кое-кому кучу денег.

– Извини, – сказал Крик.

– Забей, – сказал Акуна и выстрелил Крику в левую руку, перебив локтевую и лучевую кости. Крик рухнул на пол, заливаясь кровью и корчась от боли. Робин снова закричала.

Акуна некоторое время наблюдал за судорогами Крика, потом оторвался от стойки и подошел поближе.