Грей. Продолжение
Шрифт:
Жена должна быть твоим другом, союзником, партнером. Вам предстоит много узнать друг о друге и научиться друг другу доверять.
Мда… Флин только что красиво доказал мне слова Аны о равноправных отношениях.
— Я не понимаю, что я должен сделать, чтобы все исправить.
— Вам нужно работать над своими отношениями. Существует много вещей, которые пока выпадают из твоего поля зрения. Это серьезные вещи. Тебе стоит разобраться в том, как вы живете, что вы говорите друг другу, на что ты надеешься, что вы делаете друг для друга и, в конце концов, кем вы являетесь в ваших отношениях.
Ана
— Вы теряете в своей паре те ключевые моменты, которые являются залогом счастливых отношений. Партнеры должны разговаривать. Общение в паре не должно быть табу. В счастливых отношениях темы табу сведены практически к нулю и если партнер не готов говорить,общаться или делиться своими мыслями, то это еще один тревожный симптом. То, о чем не говорится, то, от чего хочется уйти — это очень серьезный признак того, что пора задуматься над тем, как вы живете. Для того чтобы создать по-настоящему надежные отношения, вы должны добиться максимума искренности, правдивости и открытости в вашей совместной жизни. Большинство вопросов должны быть озвучены просто, прямо, открыто, без хитростей, без преамбул, а просто, очень просто.
Вообще, рецепт счастливых отношений очень прост. Сложные отношения не могут быть счастливыми. Я просто говорю то, что думаю, просто говорю, что я хочу и что не хочу. Для того, чтобы построить надежные отношения вы должны научиться разбираться друг в друге, чтобы вовремя увидеть в каком состоянии находится человек и знать, чем вы можете ему помочь. Понимание того, из чего состоишь ты и твоя девушка, что для вас ваши отношения, приводит к чему-то очень конкретному. Может быть это звучит не романтично, но это здоровый способ относиться к жизни и отношениям. Задумайся над этим.
Я посмотрел на часы. Наше время закончилось.
— Спасибо Джон, ты дал мне много пищи для размышлений, — сказал я, вставая с дивана.
— Надеюсь, что сегодняшний день станет для тебя поворотным для того, чтобы вы начали строить свои отношения, как крепкое здание вашей счастливой семьи.
Я приехал на работу, сделал там кое-какие дела и поехал в “Эскалу”. Ана еще не приехала с работы. Я скрылся в своем кабинете и снова проработал до поздней ночи. Я так сильно устал. Ана за весь день ни разу мне не позвонила и не написала. Как же мне плохо. Я так сильно по ней скучаю, что хочется выть. Я зашел в спальню. Ана уже спит. Радует, что она здесь. Я разделся и лег рядом с ней.
Мамочка! Мамочка! Мамочка спит на полу. Спит давно. Я расчесываю ей волосы, как она любит. Она не просыпается. Мама! У меня болит живот. Болит, потому что хочет есть. Его здесь нет. Хочется пить. Я подставляю стул к раковине в кухне и пью. Вода проливается на мою голубую кофточку. Мама все еще спит. Она даже не шевелится. Ей холодно. Я приношу свое одеяло, накрываю мамочку и ложусь рядом на липкий зеленый ковер. Мама не просыпается. У меня есть две игрушечные машинки. Они бегают по полу возле мамы. Наверное, она заболела. Я ищу, что можно съесть. В холодильнике нахожу горошек. Он замерз. Ем медленно. От горошка болит живот. Я сплю возле мамы. Горошек кончился. В холодильнике есть что-то еще. Только пахнет как-то странно. Я пробую полизать и язык
— Вот же дерьмо! Что здесь, на хрен, случилось? А, сучка шарахнутая, откинулась все-таки. Вот дрянь! Уберись, говнюк, не крутись под ногами.
Он пинает меня, я падаю и ударяюсь головой о пол. Больно. Он звонит кому-то и уходит. Запирает дверь. Я ложусь возле мамочки. Болит голова. В комнате — тетя-полицейский. Нет. Нет. Нет. Не трогайте меня. Не трогайте. Я останусь с мамой. Нет. Нет. Отойдите. Тетя-полицейский берет мое одеяло и хватает меня. Я кричу. Мама! Мамочка! Я хочу к маме. Слов больше нет. Я не могу больше говорить. Мама не слышит. Я ничего не могу сказать.
— Кристиан! Кристиан! — Ее голос, тревожный, настойчивый, вытягивает меня из глубины кошмара, с самого дна отчаяния. — Я здесь. Здесь.
Я просыпаюсь весь потный, дрожа от страха. Этот кошмар был одним из худших, он был таким реальным. Ана склонилась надо мной и трясет, держа за плечи. Лицо озабоченное, в голубых, широко распахнутых глазах закипают слезы.
Ана. Моя Ана. Слава Богу.
— Ана, — шепчу я на выдохе. Во рту — кисловатый привкус страха. — Ты здесь.
Я чувствовал такую пустоту, такое одиночество, что трудно отделаться от страха, который я только что испытал.
— Конечно, я здесь. – она обнимает меня крепче, пытаясь утешить. Мне сейчас так хорошо.
— Мне снилось… — я едва смог это прошептать.
— Знаю. Я здесь, здесь.
— Ана. — Я вдыхаю ее имя; оно — талисман от черной, слепой паники, что гудит, разносясь по телу в крови.
— Ш-ш-ш, я здесь.
Она ложится рядом, обнимая меня руками и ногами. Ее тепло просачивается в меня, отгоняет тени, оттесняет страх. Я не могу описать облегчение, которое сейчас испытываю. Она моя жизнь, мой свет, мое всё. Она – смысл моей жизни и она — моя. Почему мы так долго боролись? Почему я был настолько глуп, рискуя потерять ее?
— Пожалуйста, давай не будем ссориться. — я прошу ее. Мой голос звучит немного хрипло. Я крепко обнимаю ее.
— Хорошо. – прошептала она и, оставив на моей груди свой сладкий поцелуй, спрятала свое лицо у меня под подбородком.
— Клятвы. Никакого подчинения. Я смогу это сделать. Мы найдем выход. — Слова вылетают торопливо и неловко, словно барахтаясь в потоке эмоций, смятения и тревоги. Я чуть ее не потерял из-за одного глупого слова.
— Да. Найдем. Мы всегда находим выход, — шепчет она и целует меня, заставляя замолчать, возвращая в настоящее.
Комментарий к Глава 39 Здравствуйте, мои дорогие читатели. Рада представить вам свою новую главу. Хочу пожелать вам хороших выходных и очень буду ждать ваших комментариев :))
====== Глава 40 ======
Среда, 29 июня.
Меня разбудило нежное прикосновение, которое прошлось от моей щеки к губам. Я открыл глаза и понял, что крепко обнимаю Ану. Мы с ней буквально переплетены руками и ногами. Рядом с ней, мне всегда было тепло и уютно. Она смотрит на меня и улыбается. Как же она ослепительно красива, а ее глаза... они настолько красивые, что я готов в них утонуть.