Грешные

Борисова Алёна

Его дыхание сигарет и коньяка, возбуждает еще больше. Он входит в меня на всю длину, растягивает и резко выходит. Ему трудно контролировать себя, но он все же пытается.

Глеб наматывает мои волосы себе на кулак и оттягивает мою голову назад. Кусает шею, одновременно толкаясь в меня со всей силы. Когда комнату оглушает громкий стон, он накрывает мой рот своей ладонью.

— Тшшш. — шепчет на ухо, целуя скулы, щеки, шею.

От его горячего шёпота, разрываюсь на кусочки. Меня трясет, пока мужчина делает последние толчки.

Он изливается мне на живот, сжимая до боли скулы и щеки. Но это не отталкивает, наоборот, приносит какое-то обезумевшее удовольствие.

Мужчина ложится рядом, обнимая меня и поворачивая к себе лицом. В этот раз не чувствую угрызение совести, не корю себя за слабость.

— Ты точно моя одержимость. — шепчет, водя большим пальцем по щеке. — Красивая, нежная, страстная, вкусная… — шепчет, а у меня между ног снова пожар.

— Я точно ненормальная. — выдыхаю ему в губы.

— Не говори так. Ничего плохого не происходит. Нам хорошо вместе и в этом нет ничего противозаконного.

— Если когда-нибудь кто-нибудь узнает об этом, неверное не поверит. Я с ума хожу, раз позволяю себе такое.

Глеб молчит, лишь внимательно рассматривает меня. Именно так он смотрел на меня, когда Илья нас познакомил. Именно этот взгляд снился мне иногда ночами, именно так я хотела, чтобы на меня смотрел мой муж.

— Почему я? — задаю наконец интересующий меня вопрос. — Вокруг тебя много красивых женщин.

— Потому что ни к одной из них я не испытывал таких чувств, как к тебе. Ты в первый же вечер влюбила меня в себя. — он поцеловал меня в губы и снова вдохнул запах моей кожи. — Твой запах сводит с ума, твой голос возбуждает, твоё тело это отдельный вид искусства. Я просто тебя люблю, Лера.

Глава 15

Следующим утром проснулась одна. За окном светит солнце, поют птицы, а на тумбочке стоит букет цветов. Невольно улыбаюсь, вспоминая вчерашнюю ночь и признание Глеба любви.

Принимаю душ, привожу себя в порядок и спускаюсь на кухню, откуда доносится смех Захара. Сынок уже во всю уплетает кашу. Увидев меня он улыбается и начинает баловаться.

— Доброе утро, всем. — произношу с улыбкой на лице.

— Доброе утро, Лерочка. — в голос произносят женщины. Захар же тянет ко мне ручки и отталкивает ложку с кашей.

— Ты опять балуешься? — спрашиваю, забирая ложку из рук Лидии Ивановны. Начинаю кормить сына сама.

— Выспалась, красавица? — спрашивает Галина Тимофеевна. Я тут краснею, вспоминая прошлую ночь.

— Да. — улыбаюсь, несмотря на женщину.

Кормлю Захара, пока Галина Тимофеевна рассказывает истории из своей жизни, после помогаю ей накрыть на стол. Когда на кухню входит Глеб, замираю с чашкой кофе в руках.

Женщина смотрит на меня с улыбкой, но ничего не говорит.

— Утро доброе, дамы. — весело произносит мужчина и садится напротив меня.

— Доброе. — бурчу себе под нос. Кажется, будто вчера весь дом слышал,

чем мы занимались.

— Привет, бандит. — здоровается он с Захаром и пожимает крохотную ладошку.

Завтракаем под оживленную беседу Галины Тимофеевны и Глеба. Я молчу, иначе просто выдам себя и свои мысли. А они у меня далеко не приличные.

После завтрака забираю сына и иду в детскую. Мы строим дом из конструктора, точнее я, а Захар ломает огромным динозавром. Как только весь дом рушится, сынок начинает весело смеяться и просить построить новый дом.

За игрой не заметила, как вошел Глеб. Он садится рядом с нами на пол и Захар тут же протягивает ему конструктор. Мужчина помогает мне строить, при этом, стараясь, коснуться моей руки.

— Знаешь… — тихо произносит он. — Я никогда не думал, что захочу бросить всю работу и наслаждаться семьей. Никогда не хотел маленького ребенка, жену, которая бы мозг выносила и домоседство. Оказывается семья, бывает разная.

— Я ведь не соглашалась…

— Лер, тебе не кажется странным, что мы спим с тобой, обнимаемся, целуемся, но у нас нет отношений?

— Я не знаю. — выдыхаю и поворачиваюсь к нему. — Всё слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Что конкретно?

— Ты такой весь влюбленный, хороший, красивый, ждал меня несколько лет. Тебя ничего не пугает, не смущает, не настораживает. Тебе плевать, что о нас подумал бы твой сын, плевать на всё. Да, ты мне нравишься и я не буду это отрицать. Но я не уверена в себе, в тебе и в том, что мы сможем всё это пройти. На нас обрушится пол города в нападках и осуждениях. Ты известный бизнесмен, которого знают не только в нашем городе и все знают, кто я. Пресса будет гудеть о том, что это мы подстроили аварию Илье, чтобы он не мешал нам. — выпаливаю всё это на одном дыхании и замолкаю, глядя на мужчину.

— Я похож на того, кто не сдерживает своё слово? Похож на того, кто не обдумав, пойдет на рискованный шаг? Нет, Лера. Я никогда никому не позволю обидеть вас с Захаром. Вы моя семья и ни один человек не посмеет тебя упрекнуть в чем-то. Я этого не допущу. Я не боюсь осуждений, ничего не боюсь.

— Всё слишком просто и легко, чтобы в это поверить.

— Верь только мне, остальное тебя не коснётся. — он тянет свою ладонь к моему лицу и проводит нежно по щеке. Я прикрываю глаза, наслаждаясь его касанием. — Иди ко мне. — тянет меня на себя и я поддаюсь.

Гладит по волосам, целует в макушку и шумно дышит. Мне кажется, он хочет меня всегда. Как и я его.

Надолго остаться Глеб не может, поэтому уходит через несколько минут. Я укладываю сына спать и иду на кухню. Галина Тимофеевна что-то готовит, напевая незнакомую мне песню. Увидев меня, она улыбается.

— Вам помочь? — спрашиваю и сажусь за стол.

— Я люблю готовить сама, иначе уже не получится. — смотрит на меня и улыбка пропадает с её лица. — Лера, можно с тобой поговорить?