Грешные души
Шрифт:
– Это же не обязательно должна быть она. Можно найти кого-то, за кем не гонится мой племянник.
– Увы. Времени мало. Я чувствую это в каждой песчинке.
– И если аментет узнает правду, то всё равно должна будет помочь? Как твоя должница?
– Да, это тоже играет роль. Божественный долг передаётся по наследству, а кроме Азенет со мной сделок давно никто не заключал.
– Интересно, почему же…
– Не дерзи, брат мой.
Атсу едва дышал. «Кто же ты такая, Ифе?! Что от тебя нужно богам?» – в том,
– Теперь можешь рассказать им про артефакты. Наведайтесь сначала к Тоту.
– Думаешь, он может сам отдать палетку?
– Это возможно. Но не забудь сыграть на его любопытстве. Если у вас получится проникнуть в его покои, он точно захочет узнать, как вы это сделали. А там сможете и договориться.
– Как поживает брат? – тон Сета резко изменился с беззаботно-язвительного почти на скорбный.
– Он простит, – тихо сказала женщина. – Ты знаешь, для чего всё было сделано. Когда и его глаза откроются, он тебя простит.
Мгновение молчания – и её голос зазвучал вновь.
– Иди. Не беспокойся пока об Анубисе, я ненадолго скрыла дух ваших грехов от него. И направила по ложному следу.
Почти незаметная в ярком свете солнца золотая вспышка озарила пустыню. Поднятый порывом ветра песок хлынул в сторону притаившегося вора. Он зажмурился, прикрывая глаза рукой, и это мимолётное движение выдало его с головой.
– Что это у нас тут выползло из песков?
Проморгавшись, Атсу увидел Сета прямо рядом с собой.
– Ты ничего из этого не вспомнишь, – сказал бог, задумчиво разглядывая его. – Не каждый смертный способен скрытно подобраться к богу. В тебе есть… что-то.
Вор не успел ответить. Его голову пронзила дикая боль, которую быстро унесла темнота.
«Где же он?!» – Атсу, умело скрывавшийся в изгибах песков и тенях редких пальм, выискивал взглядом Сета. Но бог словно провалился сквозь землю. «Ты же всегда гордился, что можешь найти что угодно и кого угодно… Ослиный сын, голова раскалывается… – он устало прикрыл глаза ладонью. – Видно, не суждено никому из нас проследить за богом-убийцей».
Поняв, что Сету удалось скрыться, Атсу направился обратно в своё убежище. Он так и не заметил, что на его одежде было больше песка, чем могло попасть туда за короткую вылазку к вратам Города Столбов.
«Легко отделался, – думал Сет, следя за растерянным смертным, что возвращался к заброшенному храму. – Когда я в последний раз стирал кому-то память, бедолага пролежал без чувств три полные луны».
Сам бог не спешил возвращаться. Он знал, что это могло выглядеть подозрительно. «Надо наведаться к одной смертной. Но сначала… – Сет усмехнулся. – Интересно, финиковое пиво смертных по-прежнему похоже на помои?» Насвистывая себе под нос нестройную мелодию, бог отправился
Ифе сидела на кровати в комнате Атсу и буравила взглядом трещину в стене. «Можно ли верить Мересанх? – думала она. – Если Сету нужно прощение Осириса, то зачем ему мы с Кейфлом?»
«Кто же такая Азенет? И кто я?» – бесконечный вихрь вопросов мешал сосредоточиться. Да и на чём? На новых вопросах?
Беспокойство за Атсу тоже не способствовало ясности мыслей. Последние два дня прошли для аментет в таком хаосе, что теперь бездействие угнетало. Поэтому шаги, раздавшиеся за тканью у прохода в комнату, показались девушке самым прекрасным звуком на свете.
– Ты занята? – раздался голос Кейфла.
Принц учтиво остановился за занавеской, но Ифе тут же нетерпеливо одёрнула её.
– Ожидание убивает.
– А ты нетерпеливая, – тихо рассмеялся принц.
Девушка неловко переступила с ноги на ногу. Носок сандалии зацепился за выбоину в каменном полу, и она почувствовала, что падает. Её удержали руки Кейфла, скользнувшие по плечам.
– Кажется, я тебя смутил… Прости, не хотел.
«Хотел…» – возразил себе же принц.
– В-всё в порядке, – слишком поспешно ответила Ифе.
– Пройдёшься со мной? Я нашёл здесь подобие внутреннего двора.
– Мне казалось, ты хотел подумать в одиночестве.
Кейфл бросил на Ифе вопросительный взгляд.
– Просто на Полях Иалу, когда ты взял в руки тот самый папирус, у тебя было такое выражение…
– Как будто я пропал в собственной голове?
– Что-то вроде того. И сейчас, когда я уходила из зала, ты выглядел так же.
– Мне правда нужно было подумать. Но любой мудрец знает, что одним разумом до истины не дойти.
– Значит, ты мудрец? – улыбнулась Ифе.
– Пока что я глупец, – слишком серьёзно ответил Кейфл.
Девушка не поняла, были ли слова принца шуткой, но отчего-то ощутила жар, приливший к щекам.
– Если, чтобы стать мудрецом, тебе нужна компания, то я с удовольствием с тобой пройдусь, – она попыталась скрыть смущение за неумелой шуткой.
Принц усмехнулся и пропустил её вперёд.
Внутренний двор заброшенного храма представлял собой длинное помещение с не слишком чистым водоёмом посередине.
– Красиво, – тихо сказала Ифе. – Но печально.
– Всё в мире конечно, – ответил Кейфл.
Ифе кивнула. Ей на глаза попались зажжённые масляные лампы, составленные в круг.
– Почему они стоят так?
Принц замялся, и девушке показалось, что его щёки слегка порозовели.
– Это… Для тренировки.
– Тренировки? Но твоё плечо…
– Мне уже намного лучше. Наш вор помог зашить рану и наложить новую повязку, – без удовольствия поведал принц. – И я не собирался тренироваться.