Грешники
Шрифт:
Владислав удивленно посмотрел на Егорова и хрипло рассмеялся. Паша дернул плечом – он ожидал, что у такого плейбоя и смех будет слащавый, отдающий гламуром. Как будто ложка в стакане задребезжала, пришло на ум сравнение.
– Есть еще одна вещь. Там у ребят Креста, с которым тебе нужно будет встретиться, небольшой напряг, так что ты с ними поосторожнее и не дерзи как обычно, – сказал Владислав.
– Что еще за Крест? – напрягся Паша.
– Да нормальный мужик, но есть у него свои странности. Хотя, у кого их сейчас нет? Но дела ведет достойно! Человек слова! – произнес
– Бандит? – догадался Паша.
– В Зоне по закону все преступники. А что он оставил за плечами в прежней жизни – не наша с тобой забота. Не советую интересоваться там этими вещами. Если надо, то человек сам расскажет, правильно?
– А что за напряг у этого Креста?
– Подробностей не знаю, он толком не сказал. Но вроде бы отморозки из группировки «Грех» пытались его грохнуть. Про «Грех» ты ведь слышал? Но особо можешь не кипишить! Их отстреливают и военные, и сами сталкеры. Они враги всем, так что сами шифруются!
Паша покачал головой, вспоминая новости, что видел по телевизору. Буквально на днях экстремисты из «Греха» взорвали школу в Москве. Уже две недели как запугивают буквально весь мир своими выходками!
– Ну а чего этот Крест? – спросил Паша.
– Постарайся его найти – не пожалеешь! И скажешь, что от меня! – уверил Владислав.
– А про «Грех» можешь рассказать? По телеку только общие вещи говорят, а Интернета у меня нет, – сказал Паша.
Набатников посмотрел на него, зачем-то покосился в сторону открытого окна и ответил:
– Расскажу. Но только осторожнее с этой информацией. При упоминании о «Грехе» у любого сталкера может начаться нервное сокращение пальца на курке!
Вокруг «Греха» больше тайн, чем у самого «Монолита». Показательные убийства сталкеров-одиночек, нападения на группы официальных старателей и военных, полное безразличие к неписанным законам Зоны, изготовление артефактов из пойманных людей, работорговля, заложники, – риэлтор даже пальцы стал загибать на руке, – Никому не известно, кто у них за старшего, но действия он координирует идеально. Через ПДА отсылает сообщения. И найти его никак нельзя, потому что связь идет через монолитовский спутник.
– У «Монолита» есть свой спутник? – удивился Паша.
– А чего такого? – в том ему удивился Набатников, – Еще в 2010 запустили первый частный спутник, не помню только, что за компания это сделала. Сейчас их знаешь сколько летает? И телекомпании, и сотовая связь, не говоря уже об Интернете! Ты че, проснись!
Ты представляешь, попавшие в плен «грешники» никогда не рассказывают о своей группировке ничего конкретного, не боятся пыток и всегда находят какой-нибудь изощренный способ самоубийства! – Владислав поднял указательный палец. – Во как!
Военные специалисты сходились во мнении, что каждый «грешник» подвергался сильной психологической обработке на уровне подсознания. Только этим могло объясниться бесстрашие, с которым они шли на смерть и те нечеловеческие поступки, которые члены секты не скрывали, а наоборот – афишировали. Например, ритуальные убийства с заснятием всего процесса на камеру и последующим выкладыванием во Всемирную Сеть.
Самым парадоксальным
– Себя они считают неким божеским орудием и ангелами возмездия, которым Бог дал право вершить суд над всеми остальными, – риэлтор хмыкнул и снова разлил виски по стаканам.
– Сектанты! – презрительно заметил Паша.
– Скорее всего. Но ты знаешь, дело ведь иногда доходит до маразма. При зачистке нескольких крупных банд «Греха» военные и сталкеры находили алтари, посвященные Сатане и языческим Богам. Но это все ерунда. Эти ребята умудрились стать главными врагами всех сталкеров. Они даже утерли нос «Монолиту», который в Зоне давно всех достал, – шмыгнул носом Владислав, – Я-то все это знаю, потому что не пропил свой компьютер, как это сделал ты!
– Да ладно, заработаю – куплю! – улыбнулся Егоров.
Спустя два дня Паша ехал на поезде в сторону Киева. За окном мелькали полустанки, рощи и черные поля, только начавшие прорастать зеленым ежиком посеянной пшеницы. От пасторальности бегущих за окном пейзажей и мерного перестука колес постоянно хотелось дремать. И он бы спал, если бы не скользившие слишком часто по нему взгляды других людей. Вообще, его не оставляло чувство, что кто-то следит за ним еще от самой квартиры!
Вид у него был не важный – выбритое, но припухшее лицо, давно не стриженные русые волосы, темные круги под глазами. Не лучшее впечатление оставлял и наряд – застиранные камуфляжные штаны, разбитые бледно-черные кроссовки, серая футболка с полуистертой надписью «I`m bad» и куртка военного покроя цвета хаки. За спиной болтался тощий рюкзак.
Взгляды были двух видов – равнодушные, обладатели которых забывали про Пашу, как только отводили глаза, и заинтересованные – цепкие и внимательные! Они заставляли нервничать, хотя вроде бы причин для беспокойства не имелось. Ну, смотрят и пусть!
Часа за два до Киева в купе к Паше подсел довольно занятный тип в широкополой шляпе и клетчатой рубашке навыпуск. Был он лет пятидесяти, загорелый, крепкий, распространяющий вокруг себя запах лука и самогона. Он с ходу доверительным шепотом сообщил, что знает, зачем Паша направляется в столицу.
– Ну и что? – лениво поинтересовался Паша, – Ты что, проводник?
Паша вложил в вопрос двойной смысл, и незнакомец это понял. Еще от Разводного Паша знал о том, что довольно много людей крутится возле вокзалов, предлагая помощь для тех, кто решил заделаться сталкером. По большей части там встречались мошенники всех мастей, но среди них попадались и те, кто реально мог свести новичка с нужным человеком. Или даже помочь перебраться через Периметр, если этот новичок не собирался легально проникать в Зону в качестве наемного рабочего для какого-либо научного центра.