Грешники
Шрифт:
Он достал белый платок из кармана пиджака и протер лоб в блестящих капельках пота.
– Догадываешься, какого врага в моем лице наживешь?
– спокойно посмотрел на меня.
– Ты не дурак, Савва. Поумнее брата будешь. Поэтому еще подумай. Не торопись.
– Я уже подумал.
Он мой ответ не принял, развернулся и так же грузно пошел обратно к машине, он мне время до завтра дал.
Но ничего нового не услышит.
Глава 56
Злата
– Жена
Его голос я услышала, едва только открыла глаза.
Лежу на кровати, вокруг белые стены, рядом мужчина в белом халате. У него на носу очки, в руках какие-то бумажки.
Кирилл стоит слева от него.
Он говорит обо мне, но будто меня здесь нет, смотрит на меня с ласковой улыбкой.
– Пришла в себя, дорогая?
Он наклонился, и я тут же дернулась, подняла руку, заслоняясь.
– Видите?
– вздохнул Кирилл и выпрямился.
– Боюсь, что у Златы уже началось разрушение мозга. Иногда не узнает меня. Уставится, будто впервые видит. Знаю, конечно, это наследственность. Отец у нее горький алкоголик.
Врач только кивнул.
Посмотрела в его нахмуренное лицо, поймала взгляд умных глаз.
– Но сегодня уже был край, - покачал головой Кирилл.
– Дорогая. Помнишь, как ты упала с лестницы?
Продолжила молча смотреть на него.
Помню, как пролетела по комнате и головой ударилась об стену.
А дальше очень смутно.
За окном темень, значит, мы в больнице весь день, меня обследовали, брали кровь, я спала... мысли путаются.
Пальцами коснулась виска.
Там пластырь.
– Не помнит, - огорченно выдохнул Кирилл.
– Оно и понятно, напилась...
– Ваша жена беременна, - вдруг подал голос врач.
Его слова прозвучали громом, грозой на меня обрушились, я думала об этом, ведь задержка, но он вот так, вслух сказал. И я приросла к кровати, перестала чувствовать тело, ладонью под одеялом машинально накрыла плоский живот.
Беременна...
– Срок пока еще маленький, - врач сунул Кириллу свои бумажки. И они вместе уставились на заключение, снова, словно меня нет.
– Сейчас существует угроза выкидыша, - продолжил он и снял очки, начал протирать их уголком халата.
– Плюс легкое сотрясение мозга. Постельный режим необходим, если хотите сохранить ребенка. Как себя чувствуете? Голова кружится?
Это он у меня спрашивает.
А я глаз не могу отвести от покрасневшего лица Кирилла. Он стеклянным взглядом смотрит в бумажку.
И его губы беззвучно шевелятся.
Он подсчитывает.
Вспоминает, когда мы последний раз занимались сексом.
Врач еще что-то говорит, но я уже не слышу, с напряжением слежу за мужем.
Он подсчитал, наконец.
И поднял на меня тяжелый взгляд.
Ощутила себя беззащитной и маленькой, пугливо перевела глаза на врача.
– Разумеется, никакого алкоголя, - а это он сказал не мне, кажется, он повернулся к Кириллу, от которого до сих пор несет
В горле комок встал, во рту скопилась слюна, меня тошнит, я отодвинулась в постели и повыше закрылась одеялом.
– Советую на ночь остаться у нас, понаблюдаться, - мужчина нацепил очки обратно на нос и забрал у Кирилла свои бумажки.
– А утром приезжайте за женой.
Кирилл, не отрывая от меня взгляда, кивнул.
Врач посмотрел на часы, засобирался уходить...
– Нет, не оставляйте меня с ним, - не выдержала и резко села на постели.
– Злата.
– Нет, я с ним не останусь, - спустила ноги на пол, меня будто на качелях качает, перед глазами все кружится, я пытаюсь встать.
– Успокойтесь, - доктор шустро вернулся. Его теплые руки коснулись моих плеч, одно легкое нажатие - и я сама рухнула обратно в подушки.
– Нервничать не надо.
– Я должна уехать.
– Вам надо лежать.
– Ну, сами видите, жена не в себе, - Кирилл сказал это так спокойно, так ровно, он в ярости просто, но гнев подавил, и его выдают лишь глаза - покрасневшие, блестящие.
– Только пришла в себя и уже скандалит. Злата, у тебя сотрясение мозга, нельзя вставать, - медленно, как для слабоумной, повторил он. Повернулся к врачу.
– Ни о каком ребенке, конечно, не может быть и речи. Ей вылечиться надо сначала, перестать пить...пусть потом рожает, в другой раз. Будем прерывать беременность. Сейчас это можно сделать?
– Что? Нет!
– села в постели, готовая бежать отсюда, изо всех сил, что у меня остались, защищать что-то внутри меня, до конца не сознавая, пальцы затряслись крупной дрожью.
Кирилл тут же взял меня за руку и сжал.
– Разумеется, сейчас никто вам беременность не прервет, - врач озадаченно хмыкнул. Сунул бумажки в карман халата.
– Уже ночь и такие решения...
Открылась дверь, в палату сунулась белокурая голова медсестры.
– Евгений Александрович, вас там зовут.
– Иду. Советую подумать, - сухо бросил он нам и двинулся к выходу, я открыла было рот.
– Пальцы сломаю, Злата, - шепнул Кирилл и сильнее сжал мою кисть.
Закрылась дверь, мы остались вдвоем.
Кирилл отшвырнул мою руку, и я, ойкнув, прижала ладонь к груди.
– Значит, я был прав, - процедил муж. И начал расхаживать по палате, вокруг моей постели, словно к прыжку примеряясь, сверля меня глазами, сводя с ума.
– Трахалась все таки с этим Барсовым. Да...Пизд*ц ему. Клуб его нах*й разворочу. Его самого в землю закатаю. Да...- он засмеялся, негромко и хрипло.
– Я за тебя волнуюсь, в больницу тебя, мразь, привез...Слушай меня, Злата, - Кирилл остановился и оперся руками на белую металлическую ручку кровати.
– Завтра сделаешь аборт. Из дома больше не выйдешь. Попробуй еще только...- он ругнулся, длинно и грязно, и оттолкнулся от кровати. Отошел. Уже у дверей обернулся, посмотрел в темный квадрат окна.
– На ночь здесь остаешься. И если спать не будешь - помолись за отца. Ему пригодится.