Грешники
Шрифт:
И перестать мечтать про соседа, который даже на расстоянии продолжает сводить с ума.
Зажевала кусочек сыра и проверила сотовый.
Новых сообщений нет, Савва молчит, и я тоже ничего больше не напишу ему.
Засекла еще полчаса, во время которых не смолкая смеялась Света и лил дождь, звучали сплетни о каких-то общих знакомых, чьи имена мне неизвестны.
Потом я поднялась.
– Пойду прилягу, - заявила, сжимая в руке сотовый.
– Голова кружится.
Света, с хитрым лицом,
Опять думает про мою беременность.
– Мы тут еще посидим, милая, ты не против?
– Кирилл залпом вылил в рот коньяк. Чуть сморщившись, зажевал лимоном.
Может, он и не тронет меня, может, мне показалось...
Выскользнула в коридор, по дороге снова уставилась в сотовый. И мысленно ударила себя по пальцам - не буду я звонить соседу, пусть даже он вернулся из командировки и, не заезжая домой - сразу ко мне, важно не это - другая женщина носит его фамилию, а он так и не сказал, что чувствует ко мне.
Вышла в холл и уже взялась за перила. Но тут бедра сжали сильные руки, а в нос ударил запах дождя, смешанный со знакомым ароматом морского геля для душа, от чего сразу подогнулись колени.
– Привет, соседка. А я за тобой, - прозвучал на ухо горячий шепот.
И меня развернули.
Глава 49
Две недели не видеться с ним - и вот его лицо в капельках дождя снова напротив. Длинные ресницы мокрые, серые глаза потемнели. Вода стекает с русых волос.
Его руки снова на мне.
На фоне звучат разговоры и смех, над нами горит неяркий свет, Савва рывком притянул к себе.
И я задохнулась от поцелуя, нетерпеливого и глубокого, жадного, горячего.
Сейчас мы похожи на настоящую пару.
Которая в разлуке изнывала от тоски друг по другу.
И я не смогла не ответить, послала к черту все свои решения, что несколько дней вынашивала. И порывисто обняла его в ответ, прижалась к его мокрой футболке.
Стоим и целуемся.
Надо было совсем потерять голову.
Спиной он вдавливает меня в перила.
Широкие ладони на ягодицах, вжимают меня в него.
Ощущаю напряжение и твердый бугор под его брюками, длинные пальцы заползли под свободный пояс моих джинсов. И потянули их по бедрам вниз.
От этой наглости чуть-чуть пришла в себя. Распахнула ресницы и уперлась руками в широкие мужские плечи, отталкивая, от его губ увернулась.
– Савва!
– крикнула шепотом.
– Что ты делаешь.
– На что похоже, Злата?
– его взгляд дурной, словно пьяный, сильные руки продолжают сжимать меня, - хочу тебя.
– Не здесь же.
– Почему?
Посмотрела в его лицо.
Он ослабил хватку, отстранился. Из его глаз вся поволока исчезла, теперь он смотрит внимательно, серьезно.
– Почему
– повторил.
– Ты ведь здесь. С Кириллом.
До нас доносится его смех.
Мы в доме моего мужа. И меня обвиняют взглядом, слова про мой развод между нами крутятся, Савва ждет объяснений.
А я почему-то нападаю в ответ.
– Если бы ты звонил мне эти две недели - знал бы, - и снова в моем голосе дурацкая сварливость, смешанная с обидой.
– Но ты не звонил.
– Ты меня к жене послала, Злата, - он усмехнулся. Приблизился опять.
– Чего ты хочешь? Ты сама не видишь? Что у меня это к тебе не просто так.
Замерла.
Это оно.
То самое признание, от которого голова закружилась и сердце подскочило в груди.
Он прямо сейчас говорит мне: у нас что-то больше, чем секс.
А я медлю, не соображу, что на это сказать, про отца в больнице или что Кирилл меня бьет, про угрозы мужа или что в тот раз я не выпила таблетку и меня теперь подташнивает.
В кухне что-то упало. И засмеялась Света.
Она громко оповестила мужчин, что направляется в дамскую комнату.
И зазвучали шаги в коридоре.
Машинально попятилась на ступеньках, подальше от Саввы. И поймала его кривую улыбку - сам он на прежнем месте остался, близость нашу не разорвал - шаг назад сделала я.
И с силой вцепилась в перила.
Я все это время желала ясности, и ее получила, но...вдруг струсила сама.
– Милый?
– голос Светы полон изумления.
– Савва!
– ахнула она громко, на весь дом.
– Не поняла, ты когда вернулся?!
Она заторопилась к нам, нетрезвой походкой, на ходу размахивая руками, как мельница.
– Я уже папе хотела звонить. Для воспитательной беседы. Иногда твердая мужская рука не только женщинам нужна. Но и их бессовестным мужьям.
Она болтает ерунду.
Он молчит и смотрит на меня.
Мне хочется наплевать на все и к нему броситься, но я стою, как вкопанная, и не могу решиться, представляю жуткий скандал и кровавую драку, я отгоняла мысли, что вот так придется платить. За право быть с ним.
Счет шел на секунды, и вот я уже не успела - голос мужа, веселый и пьяный, загремел на весь холл.
– Савва, черт бы тебя...давно приехал?
– И сразу к соседям, - это добавил Барсов, который выперся следом в коридор.
– Интересные у вас отношения. С дороги не домой - а в гости. Злата, наверное, все потому. Что ты прекрасная хозяйка. Еще и такая красавица. Да, Абрамов?
– Иди нахрен, Барс.
Это прозвучало негромко. Сухо, кратко и так неожиданно, что все смолкли, и в тишине уставились на Савву, который просто развернулся и вышел за дверь, створка осталась открытой и с улицы громче зашумел дождь.