Грешник
Шрифт:
Я ухмыльнулась. Демон был в некотором роде очарователен, когда раскаивался.
«И сексуален».
Это неизбежно. Да, Кассиэль обладал потусторонним магнетизмом, но в то же время он просто чертовски привлекателен внешне. Я прокашлялась.
– Ладно, время и еду обсудили, но еще демоны жаждут… эм?..
– Секса?
В нашу сторону повернулись головы. Чья-то вилка со звоном упала на тарелку.
Я еще ниже сгорбилась на стуле.
– Повтори погромче, кажется, шеф-повар тебя еще не услышал.
Кас невозмутимо пожал плечами.
– Да,
– Что ты имеешь в виду?
– Есть риск лишиться шанса на искупление, если я – прости за мой французский – трахну человека.
Матерь божья, у меня перехватило дыхание, когда от этих трех слов по позвоночнику пробежал разряд тока и устремился куда-то между ног.
«Возьми себя в руки, девочка».
Я отпила большой глоток холодной воды.
– Почему? Потому что секс считается грехом?
– Запрещен не секс, а создание нефилимов. Отпрысков демонов и людей.
– Здесь есть нефилимы?
– Конечно.
– Я бы их узнала, если бы увидела?
– Весьма вероятно. Они, как правило, тяготеют к политике.
Я рассмеялась, и его губы тоже изогнулись в легкой усмешке. Официант принес счет.
– Может быть, твое искупление в том, чтобы найти работу, которая поможет мне все это оплатить, – заметила я, оплатив счет и засунув кредитную карту обратно в кошелек. Мы вышли на улицу. – Я на этой неделе не выиграла в лотерею, чтобы финансировать земные каникулы демона.
– Это не отпуск.
– Это ты так говоришь, – возразила я, мысленно улыбнувшись, когда Кас молча взял мою сумку и понес вместе со своими покупками. – Но я не чувствую, что ты сильно торопишься или переживаешь по поводу того, что дней всего десять.
Он пожал плечами.
– Никому не полегчает, если я буду паниковать и нервничать каждую минуту бодрствования.
– Верно, но…
Я осеклась, когда мы дошли до угла улицы. Для пешеходов горел красный, и мы остановились посреди небольшой группы людей, ожидавших зеленого. К столбу прислонился бездомный мужчина. Тощий, без рубашки, с лохматыми волосами, падающими на глаза. Он пробормотал что-то про лишнюю мелочь, но никто из прохожих не обратил на него внимания. Никто даже не взглянул в его сторону.
Я нырнула в сумку Каса, в которой лежала «одолженная» футболка Metallica. Я отдала ее бездомному, а затем порылась в кошельке, в котором осталась только десятидолларовая банкнота.
– Спасибо, мисс, – произнес мужчина с благодарной улыбкой, в которой не хватало нескольких зубов. – Хорошего вам дня.
– И вам тоже, – пробормотала я в ответ и перешла через улицу. Горло перехватило.
Кассиэль пристроился рядом со мной.
– Последнюю рубашку ближнему, – тихо произнес он.
– Зрительный контакт ему был нужен чуть ли не больше, – ответила я, вытирая глаза. – Быть замеченным… кем-то, кто признает твое существование, это важно. Очень много значит. – Я судорожно вдохнула. – Забудь. Что теперь? Нам все еще нужно придумать
Кас мгновение помолчал, размышляя.
– Я хочу отправиться на экскурсию, – заявил он наконец.
– Ты только что говорил, что это не отпуск.
– Я передумал.
– Видишь, это и есть отсутствие срочности, о которой я говорила.
– Ответ придет. Я много лет не видел город, Люси Деннингс. – Он опустил на меня взгляд. – Мне бы хотелось, в последний раз.
Глубина его взгляда и клубившаяся на дне тоска заставили мое сердце учащенно забиться.
«Потому что это его последний шанс на искупление. Это важно и не имеет к тебе никакого отношения».
Я поклялась перестать так трепетать и таять под пристальным взглядом янтарных глаз и не забывать, что он демон. Демон, который, по его собственным словам, совершил множество грехов. Но он попросил о помощи правильного человека. Он заслужил шанс, и не только потому, что был великолепен. Или потому, что я иногда ловила на себе его взгляд. Так осужденный смотрит на мир в свой последний день на свободе.
«Ах, вернулась глупышка Люси, – усмехнулась Деб или К. – Глупышка Люси с ее глупыми романтическими идеями из ее глупых книг…»
Кассиэль с рычанием обернулся ко мне. Его глаза вспыхнули чистым черным, и на долю секунды под личиной красивого человеческого мужчины промелькнул демон. Холодный ужас, впервые овладевший мною, когда я нашла Кассиэля на улице, вновь коснулся меня ледяными пальцами. Именно подобное я себе представляла, когда дементор пытался высосать душу из Гарри Поттера.
Голос смолк, и глаза Каса снова стали янтарными. Он невинно моргнул, глядя на меня.
– Пойдем?
8
Всю вторую половину дня и до самого вечера я водила Кассиэля по всему Манхэттену. Мы оставили свои покупки на Центральном вокзале, затем прогулялись по дорожкам Центрального парка, полюбовались яркими огнями Таймс-сквер и наблюдали за заходом солнца с вершины Эмпайр-Стейт-билдинг. Я прожила в Нью-Йорке много лет, но мне показалось, что только во время этой экскурсии я по-настоящему оценила город. Как будто Кас заново знакомил меня со старым другом.
После ужина, состоящего из корейского барбекю и десерта из мороженого, и, поскольку желудок демона был бездонной ямой, второго ужина в виде пиццы мы забрали наши сумки и отправились ко мне домой в район Адской кухни.
Ночь стояла теплая и приятная, а я впервые за долгое время чувствовала себя удовлетворенной. Я вышла в люди, непринужденно болтала с Касом о своей учебе в университете и об идее использования собранного в океане пластика в производстве спортивной обуви. Каким-то образом общество Каса разрушило барьер между мной и моими чувствами, помогло побороть стеснение делиться ими. Может быть, это из-за того, что он на какое-то время отпугнул моих демонов, но я не чувствовала себя глупо или неловко. И моя идея, когда я ее озвучила, тоже не показалась мне глупой. Она казалась вполне реальной. Даже значимой.