Грешник
Шрифт:
Когда пришла весть о катастрофическом поражении шотландцев в битве с войсками Генриха VIII при Флоддене, все четверо были во Франции. Вернувшись домой, они узнали, что их король и вождь клана убиты, а сам клан в плачевном состоянии.
— Мы сумели вышвырнуть Хью из замка вождя клана, — сказал Алекс.
Он не стал упоминать, что дядя Коннора по-прежнему продолжает сеять смуту внутри клана. Некоторые ошибочно принимали жестокость Хью за силу и при случае готовы были поддержать его в качестве вождя.
— Нам еще многое предстоит сделать, — твердо
— Верно! — сказал Дункан.
Все четверо подняли кубки.
Здесь, на острове Скай, их положение было прочным. По одну сторону мыса Слит стоял замок Коннора — Данскейт, а по другую — замок Йена — Нок. Но всем не давало покоя то обстоятельство, что когда они были еще во Франции, Маклауды отняли у них мыс Троттерниш. А теперь Хью со своими пиратами опустошали их земли на Норт-Уисте.
— У нас пока недостаточно сил, чтобы воевать с Маклаудами за остальные наши земли здесь на острове Скай, — сказал Йен. — Когда до этого дойдет, битва будет кровавая.
— Наша первая задача — защитить наших родственников на Норт-Уисте, — сказал Алекс.
Ему было мучительно сознавать, что людей из его рода грабят.
— Согласен, — кивнул Коннор. — Я хочу, чтобы еще до осеннего урожая один из вас восстановил наш замок на Норт-Уисте и остался там защищать людей нашего клана.
— Нам давно пора заняться твоими пиратствующими дядьями. — Алекс готов был задушить Хью голыми руками за то, что тот вырывал кусок хлеба изо рта у своих же родственников. — Дай мне несколько воинов, и я уже утром выйду в море.
Коннор покачал головой:
— Если бы не этот чертов мятеж, я бы послал тебя прямо сейчас. К сожалению, у нас есть другое дело, которое не терпит отлагательства.
— Что случилось? — спросил Дункан.
— Новый регент вызвал меня ко двору в Эдинбург, — объявил Коннор.
Когда шотландский король был убит в битве при Флоддене, наследником престола стал младенец. С тех пор различные группировки при дворе боролись между собой за влияние. Вдова короля, она же сестра ненавистного Генриха VIII, какое-то время была регентшей, но затем королева снова вышла замуж, и тогда Совет призвал из Франции Джона Стюарта, герцога Олбани, чтобы тот занял ее место.
— Олбани хочет, чтобы новый вождь клана Макдоналдов из Слита преклонил колено и поклялся в верности короне, — пояснил Йен.
— Черт, ты не можешь ехать! — возмутился Дункан. — Ты же знаешь: сколько раз бывало, что вождей вызывали ко двору, а в результате они попадали в тюрьму или их убивали.
— Мы не можем рисковать тобой, — сказал Йен.
Речь шла не только о любви к Коннору. По традиции вождем клана должен быть человек, который происходил из семьи вождя клана. Йен и Алекс приходились Коннору родственниками по материнской линии, поэтому они не могли его заменить, и слава Богу. Из всех живущих родственников, кроме Коннора, вождями могли стать только его сводные дяди, но все дело в том, что под
— Да, но если я не поеду, Олбани решит, что я присоединился к мятежу. — Коннор тяжело вздохнул: — Становится все труднее и труднее держаться в стороне от этой борьбы между взбунтовавшимися кланами и короной. Хотя я не вижу пользы для нашего клана, чью бы сторону я ни принял.
— Пошли вместо себя кого-нибудь из нас, — предложил Йен. — Тот, кто поедет, сможет как-нибудь объяснить, почему ты не смог сейчас отправиться в дальнюю поездку в Эдинбург, и ублажит регента заверениями в твоей доброй воле и преданности.
Йен почти не уступал Коннору в расчетливости.
— Тот, кто поедет вместо тебя, рискует оказаться в заложниках у короны, — сказал Алекс, — но это хороший план.
— Восставшие тоже наседают на меня, чтобы я встал на их сторону, — сказал Коннор. — Мятежные кланы устраивают встречу в замке Маклейнов. Если я там не покажусь, нас может ожидать нападение со стороны соседних кланов, которые поддержали восставших. К примеру, Маклауды будут рады предлогу захватить еще часть наших земель.
— Вот-вот. Поэтому направь в Эдинбург кого-то из нас, — сказал Йен. — Мы должны сидеть на двух стульях столько, сколько нам удастся.
— А это снова возвращает меня к вопросу, что нам необходимы союзники. — Коннор в упор посмотрел на Алекса: — Через брак.
Алекс твердо встретил взгляд кузена:
— Нет. Об этом меня не проси. Все, что хочешь, только не под венец.
Коннор потер лицо. Он выглядел еще более усталым, чем Йен, и куда менее счастливым.
— Я предлагаю вот что: пусть Алекс женится на девушке из клана, который поддерживает восставших, — сказал Коннор. — А Дункан — на девушке, чей клан поддерживает другую сторону.
Дункан искоса посмотрел на Коннора таким взглядом, который, пожалуй, мог бы заморозить морской залив.
— А ты полагаешь, Дункан, что тебе эти интриги не угрожают? — спросил Алекс.
— Ни один вождь не захочет отдать мне свою дочь, — сказал Дункан, обращаясь к Коннору. — Я всего лишь сын твоей бывшей няньки.
Коннор возразил:
— Ты капитан моей стражи и близок мне как брат. Вождю, у которого есть дочери на выданье, ты будешь хорошей партией.
Дункан уставился в свой кубок и не стал спорить, но он мог быть таким же упрямым, как Алекс. Коннор подлил виски в кубки Алекса и Дункана и заметил:
— Рано или поздно вы все равно женитесь, как все мужчины. Я всего лишь предлагаю сделать это раньше. Жизнь вынуждает.
— Я не женюсь, — твердо заявил Алекс. — Не сейчас и никогда.
— Нам нужны союзники, — повторил Коннор.
— Тогда я присмотрю для тебя жену, — предложил Алекс.
Если кто и нуждался в женщине, чтобы расшевелить кровь, так это Коннор. С тех пор как он стал вождем, он не прикоснулся ни к одной. Алекс с усмешкой заметил:
— Я даже готов переспать с дочками вождей, чтобы определить, какая из них достаточно скучна и не подойдет для тебя.