Грешница
Шрифт:
– Ира, все понятно. Аню забрала моя мама, – сказала я. – Сейчас ей позвоню.
В это было невозможно поверить, однако Маргарита Эдуардовна действительно забрала ребенка. Воспитательницу, видимо, совершенно не прельщала идея торчать в садике до закрытия, нюхая ароматные испарения инсектицидов. И она, проявив колоссальную настойчивость, добыла телефон человека, хотя бы отдаленно связанного с девочкой семейными узами. Если я – крестная мать, то является ли Марго крестной бабушкой? Вот вопрос.
Как бы то ни было, сейчас мамуля
– Спасибо, спасибо, Маргариточка Эдуардовна, – подскочила и выкрикнула в трубку зареванная Ириша. – Мы приедем буквально через пять минут. Лев Денисович, вы же отвезете нас обратно?
– Без вопросов! – отчеканил Таиров.
…У моего подъезда Ирина остановилась в замешательстве.
– А ты не выведешь Нюту? – спросила она. – Честно говоря, боюсь встречаться с Маргаритой Эдуардовной.
– Аналогично, – вздохнула я. – Лев Денисович, вы еще не уходите?
Таиров почему-то не проявлял желания поскорее избавиться от двух ненормальных девиц. Он положил Иришину руку на свой левый локоть, а правой ладонью еще и придерживал грабельку бывшей подчиненной – очевидно, чтобы не выскользнула. А Ириша даже не сопротивлялась. Диво дивное!
– Нет, пока останусь, – сказал Лев. – Ведь я еще не вручил Анечке мишку.
Мы с Ириной переглянулись в умилении: надо же, как трогательно! Он еще не вручил Анечке мишку!
…Открыв дверь, я тут же завыла белугой:
– Мамочка, прости! Мы так виноваты!
Марго вышла из комнаты – стройная, прямая, как натянутая струна. В бесподобном брючном костюме. Она даже не сняла шпильки, чтобы дать ногам отдохнуть, – так и ходила по квартире в туфлях.
– Ну что ты орешь? – сверкнула она зелеными глазами.
На Марго сидела Анюта и обеими ручками обнимала за шею свою экстраординарную няньку.
– Юля! – обрадовался ребенок. – А где мама?
– Мама ждет внизу.
– Забыли забрать малышку, – сокрушенно сказала Марго. – Ну кто вы после этого? Две безответственные клуши!
– Моя мама – не клуша! И Юля, – заступилась за нас Анюта.
– Да, солнышко, они хорошие. Но им нужно долго и упорно работать над собой. Горе-воспитательницы! У вас ребенок даже не знает таблицу умножения!
Я рухнула от удивления:
– Но, мама, ей и трех лет еще нет!
– Дважды шесть – двенадцать, – проникновенно сообщила Анюта.
– Вот видишь! – восторжествовала Марго. – И букву «р» она не выговаривала. Пока не появилась Маргарита Эдуардовна.
– Мар-р-р-га-р-р-р-ита Эдуар-р-р-довна! Мар-р-р-го! Мар-р-р-го! – попугаем закричала Анюта, а потом прижалась щекой к напудренной и душистой щеке мамы. – Мар-р-р-го, какая ты хо-р-р-р-ошая! Оставайся с нами жить!
– Ты моя зайка, – расчувствовалась
Такой я ее никогда не видела!
Ирина позвонила в одиннадцать вечера. Очень кстати! Я как раз плескалась в ароматизированной ванне, уставленной по периметру зажженными свечами, и слушала музыку. Пришлось шлепать мокрыми ногами по линолеуму и искать телефон.
– Представляешь, – быстро затараторила одна из безответственных клуш, – он сказал, что влюбился в меня с первого же взгляда! Да, да, да! С первого же взгляда! И все это время умирал от ревности к моему воображаемому спонсору! Поэтому и придирался ко мне, и тиранил! Ну ладно, Юлечка, не буду отрывать тебя от работы. Возвращайся к своему любимому ноутбуку. Слушай, Анечка-то освоила букву «р»! Рычит, как тигр! Говорит, Ма-р-р-р-го ее научила! И еще знает таблицу умножения! Два первых столбика! Представь, мы с Левой весь вечер проверяли. Оказывается, наша Анечка – вундеркинд. А мы и не догадывались. Ну, все, пока, пока! Завтра мы втроем идем в зоопарк.
– Я завтра никак не могу! У меня весь день расписан!
– Ой, Юль… Извини. Но мы идем в зоопарк не с тобой, а с Левой! А на выходные поедем в какой-то загородный пансионат. Лев сказал, там классные условия для ребенка, детская площадка, пони и кролики, батут. А мы с ним будем прыгать с парашютной вышки!
– Кости там не переломайте! – ошарашенно выговорила я.
Что происходит? Невероятно!
Осмысливая слова Ирины, вернулась в ванную и с наслаждением погрузилась в теплую воду. Тут-то меня и настиг очередной телефонный звонок. А трубка конечно же осталась лежать на диване!
Сейчас я кого-то убью.
– Анфиса, это вы? Здравствуйте. Никита Платонович говорит. Надеюсь, вы меня еще не забыли?
Никиту Платоновича Мельника и все, что у меня связано с его именем, я не забуду никогда.
– Конечно нет! Добрый вечер.
– Не спите? Я не слишком поздно звоню?
– Отнюдь! Никогда не ложусь спать раньше трех ночи.
– О, это не разумно, – пожурил Никита Платонович. – Вы девушка юная, свежая, вам необходимо беречь румянец. А для этого – спать побольше. Восемь часов минимум.
Не устроить ли ему тет-а-тет с Маргаритой Эдуардовной? Пусть попробует заявить то же самое моей мамочке. Спать побольше! Ну и сказанул! Да Марго сровняет с землей любого, кто заикнется о необходимости восьмичасового сна. Пять часов, и ни минутой больше!
– Анфиса, звоню вот по какому делу. Во-первых, Тамара Геннадьевна решила все же удовлетворить вашу просьбу об интервью.
– Какое счастье! – выдохнула я и вытерла рукой мокрое бедро. Вода ручьями стекала на пол вместе с клочьями пены. – Ну наконец-то! Как долго я ждала! Огромное вам спасибо.