Грехи. Книга 1

Гулд Джудит

– Какой опыт у вас имеется в розничной торговле, мадемуазель? – спросила мадам д'Арбо мурлыкающим голосом.

– Я работала в магазине готового платья, – ответила Элен.

– О! Интересно, где?

– В Сен-Назере.

Мадам задумалась.

– Сен-Назер? Дайте-ка вспомнить. Сен-Назер… – Она покачала головой. – Он расположен недалеко от Канн?

– Нет, мадам, – не могла сдержать улыбки Элен. – Сен-Назер расположен на побережье Бискайского залива.

– А-а… – Мадам д'Арбо встала. – По правде говоря,

мы ищем кого-нибудь с большим… – Она натянуто улыбнулась. – Более опытного. С более изысканными манерами. Видите ли, мой бутик «Белая кошка» имеет международную клиентуру, мадемуазель. Боюсь, что…

На лице Элен отразилось отчаяние.

– Но, мадам! Я очень способная. Я быстро всему научусь! Вот увидите…

– Бесполезно просить меня. Мне очень жаль, что вы зря потратили время.

Глава 2

– Мадемуазель, сегодня надо платить за квартиру, – строго сказала консьержка, едва Элен вошла в подъезд.

– Очень жаль, мадам Герэн, но сегодня у меня нет денег. Может, завтра.

– Завтра?! – завопила женщина. – У меня приказ собирать деньги в день оплаты! Значит, сегодня. Когда вы поселялись здесь, вас предупреждали.

– Я помню. Просто повремените еще несколько дней, – умоляла Элен. – Брат скоро пришлет мне деньги.

– Сожалею, мадемуазель. Или платите сейчас – или выметайтесь!

Тут входная дверь отворилась, однако человек, по всей вероятности, входить раздумал и постарался улизнуть. Элен разглядела Гая Барбо, который удирал, как нашкодивший кот.

– Месье Барбо! – Резкий голос мадам Герэн заставил Гая остановиться. – Вас тоже это касается!

Гай покорно подошел к консьержке. С его пальто стекали капли дождя, мокрые рыжие волосы прилипли к голове. Он вымученно улыбнулся Элен.

– Тебе сегодня повезло? – спросил он.

– Нет, – ответила Элен, качая головой.

– У вас есть деньги? – потребовала ответа Герэн, уперев руки в бока.

Гай тяжело вздохнул и опустил глаза.

– Еще несколько дней. Пожалуйста.

– Уже было. Идите наверх и собирайте вещи, а не то позвоню в полицию.

– Но мои картины! Мои холсты! Мне понадобится несколько дней, чтобы вывезти их. – Он в отчаянии посмотрел на Элен.

– У вас, случайно…

Девушка покачала головой.

– Разве вы не слышали, что меня тоже выгоняют?

Внезапно он схватил ее за руку и оттащил в сторону.

– Слушай, – возбужденно зашептал он. – Сколько денег у тебя осталось?

– Около сорока франков, а что?

– А у меня пятьдесят, – быстро подсчитав в уме, воскликнул он. И что это нам дает?

– Неужели не понимаешь? Ты платишь за комнату семьдесят франков, правильно?

Элен кивнула.

– Поэтому мы отказываемся от моего жилья, и я переезжаю к тебе. Будем соседями по комнате.

– Ну,

я не знаю, – протянула нерешительно она. – Ты меня ужасно стеснишь.

– В противном случае нас обоих ждет улица.

– Отношения будут чисто платоническими, – предупредила Элен, прежде чем согласиться.

– Клянусь Богом! – Он торжественно поднял правую руку.

– Месье Барбо, мы даем себе всего лишь месячную отсрочку, – заявила, улыбаясь, Элен.

Через пять минут они поднялись наверх, чтобы перенести его вещи в комнату Элен. Дверь открылась, и девушка остолбенела. У стены стояло огромное полотно длиной во всю комнату.

– Потрясающе! – воскликнула она.

– На сегодня это моя лучшая работа, – ответил Гай, отодвинул в сторону несколько полотен поменьше и встал рядом с Элен. – Я назвал его «Гиперболическое Вознесение». Работаю над ним уже девять месяцев. Еще пару дней – и закончу.

Элен не могла оторвать от картины глаз. На полотне весьма сюрреалистично была изображена Мадонна, парившая в пространстве на фоне яркого света. Создавалось впечатление, что в ее тело заложен заряд динамита и ее увековечили в самый момент взрыва.

– Вот закончу и отнесу в галерею Лихтенштейна, – сказал Гай. – Андре Лихтенштейн сам приходил сюда две недели назад. Хочет выставить ее на продажу. Говорят, он самый удачливый галерейщик в Париже.

– Ну и чудно, – отозвалась Элен. – Думаю, тебе нечего даже беспокоиться. Картину просто с руками оторвут.

– Ты правда так считаешь?

Не отрывая глаз от полотна, Элен кивнула:

– Картина прекраснее многих из тех, что я видела в Лувре. Прямо Рафаэль, да и только! Просто не поддается описанию.

В субботу они завтракали хлебом и фруктами. Хлеб был черствым: буханка пролежала целых два дня. Но лучше есть такой хлеб, чем вообще ничего. А фрукты Гай нашел накануне в пищевых отходах. Элен решила, что лучше есть их в салате – по крайней мере аппетитнее.

– Вот уж не думал, что ты такая хорошая стряпуха! – восхитился Гай. – Кроме соседки по комнате, я получил еще и классного повара. Молодец. Салат – хорошая замена ампутированным яблокам.

Элен улыбнулась: ей было приятно.

– Ты собираешься рисовать? – спросила она. Гай кивнул.

– Ладно, я тогда пойду погуляю.

Элен зашла за картину и сняла с крючка свою одежду. Сегодня она наденет свитер поверх юбки и подпояшется кожаным ремнем: сейчас это модно. Возможно, она даже заколет волосы. Девушка улыбнулась: интересно, пойдет ей такая прическа?

– Мне выйти, пока ты переодеваешься? – спросил Гай.

– Не надо, я переоденусь в туалете. Там по крайней мере есть зеркало.

Гай кивнул, снял с окна скатерть и распахнул его. Комната тотчас наполнилась ярким светом, вместе с ним ворвался и свежий ветер.