Грехи сердца

Сильвер Ева

– Думаешь, можешь сказать то, чего он уже не знает?
– спросила Рокси.
– Он поил меня кровью из долбаного бокала три дня!

– Кроме тех случаев, когда поил тебя из вены, - услужливо пробормотал Даган, вызывая у Рокси яркую вспышку воспоминаний: ее уста прижаты к нему, зубы сжимают плоть, ощущение его жизненной силы наполняет и опьяняет ее.

– Заткнись, - проскрежетала Рокси.

– Она не исцелилась бы так быстро, если бы ты не напоил ее из вены, - подтвердила Каллиопа. – Кровь, взятая непосредственно

из источника, является самым выгодным поставщиком естественного прана.

Даган склонил голову в благодарности.

– Я буду помнить в следующий раз.

В душе Рокси кружился вихрь чувств: гнев, растерянность, боль от предательства. Она сжала руки в кулаки, желая сильно ударить, наброситься хоть на кого-то.

– Ты знаешь меня десять лет, десять гребаных лет, и никогда не додумалась упомянуть об этом?

Изучающе склонив голову набок, Каллиопа сказала:

– Рокси, пожалуйста, присядь.

– Сесть?

Ее мир рушился. Все, что она знала или думала что знала, повернулось верх тормашками, а Каллиопа хотела, чтобы она присела.

Даган подошел, встав за ней, обнял и прижался к спине. Такой твердый и теплый. Надежный. Рокси ощущала его тепло и силу через майку.

И только в эту секунду поняла, почему Каллиопа сказала ей присесть. Она дрожала всем телом: ярость и замешательство проявились в физическом расстройстве.

Что вполне логично. Рокси была на пороге смерти три дня. Потом занималась любовью с Даганом, пока хватало сил. Физически она на пределе.

– Продолжай, - сказал Даган.

Каллиопа посмотрела на руки, обнимающие Рокси. На секунду маска на лице наставницы немного треснула. Достаточно, чтобы заметить смятение.

– Когда ты пришла к нам, у тебя была темная метка, вырезанная на коже. Анк отменной работы. Красивый. Очень красивый.

Рокси сглотнула.

– Я чуть больше года искала Дочерей Исет и раскрыла тайну темной метки, узнав в ней символ из моего кулона...
– Рокси замолчала, собираясь с мыслями.
– У моей матери была такая же.

Она могла вызвать ясное воспоминание - руки матери, гладкая смугло-кофейная кожа с рельефным рисунком. Рокси помнила, как детскими пальчиками обводила метку. Даже теперь она практически ощущала ее под пальцами.

– Итак, у меня была метка. Но разве тебе не приходило в голову усадить меня и убедиться, что я знаю основы? Удостовериться, что я знаю, кем являюсь? Просто хорошая дружеская беседа за разогретой в микроволновке кружкой крови?

Даган издал приглушенный звук, и Рокси ощутила, что его грудь подрагивает. Он смеялся. Смеялся!Она не была уверена, хотела поцеловать его или ударить, поэтому вырвалась из объятий и встала в стороне, глядя на Каллиопу и Дага.

– А ты, - обратилась она к ухмыляющемуся Дагану, - тебе не приходило в голову объяснить мне, что ты не превратил меня в кровососущего демона? Что это было?
–

она повернулась и посмотрела на Каллиопу.
– Что? Несчастный случай при рождении?

Каллиопа выглядела оскорбленной.

– Не несчастный случай. Дар. Ты говоришь, словно это ужасное проклятие.

– Разве нет? Я пью кровь, чтобы выжить! Я делала это тайно, скрывая кто я, беря крошечные капли и воздерживаясь так долго, как только могу между кормлениями! Боль была ужасающей, как мука голода, умноженная в тысячи раз. Первый год, до того как я нашла тебя, я думала, что умираю. Каждый день.
– Рокси повернулась обратно к Дагану.
– Я думала, это ты виноват! Я проклинала тебя, ненавидела…

«… желала, любила».

Рокси не произнесла этих слов вслух. Даже не посмела подумать. Она сделала глубокий вдох и продолжила:

– Я обвиняла тебя.

В зеленых глазах Каллиопы полыхнул ужас и тревога.

– Я должна понимать, он был твоей « Первой кровью»? Жнец душ?!– Тон вышел холодный, даже ледяной.

Рокси кивнула. Позади нее Даган снова встал ближе, как собственник, достаточно, чтобы его рука оказалась совсем рядом с ее рукой.

– Это имеет значение?

– Мы не питаемся от сверхъестественных. Это может породить... нежелательную связь.

«Думаю, это объясняет сны наяву».

– Даг спас мне жизнь. От насильника и его сообщницы. Он пришел забрать их сердца и души.

– Она видела, как ты собираешь темные души?
– Каллиопа посмотрела на Дагана, тон холоднее жидкого азота, смешанный с недоверием.
– Рокси видела тебя в деле, и после этого ты позволил ей жить? Дал ей «Первую кровь». Это заговор, уловка...

– Нет. Я совершенно не знал кто вы. Понятия не имел, что вы питаетесь праном. Понятия не имел, что пьете кровь, - насмешливо улыбнулся Даган.
– Дочери Исет этого не афишируют. Охренеть... Рокси жила среди вас десять лет и не знала кто вы. Возможно, я был ее «Первой кровью», но это произошло случайно. Она укусила меня.

Каллиопа моргнула и посмотрела на Рокси. Удивленно. Оценивающе.

– И все же ты позволил ей жить. Я не верю твоим словам. Никто из жнецов не оставил бы её в живых.

– Потому что ты так много знаешь о нас?
– Даган выгнул бровь. – Верь во что хочешь. Меня послали той ночью не за Рокси.

– А если бы за ней? – Каллиопа вопросительно прищурилась.
– Если бы тебя послали за ней, ты забрал бы ее душу?

Сердце Рокси ударило о ребра. В словах Каллиопы слышалось напряжение, скрытый смысл. Она хотела знать о чем-то большем, чем простой ответ.

Даган засунул большие пальцы за пояс джинсов. Выражение лица неумолимо, в серых глазах холод. Он не хотел попасть в ловушку. Не хотел отвечать, но ответил.