Грехи девственницы
Шрифт:
Гейбриел подозвал официантку. Та лишь усмехнулась, усевшись на колени к парню, которого обслуживала, а потом обняла за шею и захихикала, когда тот ущипнул ее за ягодицу.
Уильям несколько раз стукнул кружкой по столу, а потом отодвинул стул.
— Мой выходной подходит к концу, так что пойду раздобуду себе выпить.
Гейбриел указал на стул.
— Сядьте. — Тон, каким он разговаривал с несговорчивыми преступниками, оттачивался годами службы в полиции.
Уильям сел, и на его лице застыло угрюмое выражение.
— Чего это вы на меня кричите? Я ведь
Вот уже в который раз Гейбриел пожалел, что не обладает способностями сестры, умевшей ладить с самыми разными людьми. Они со Сьюзен были близнецами и, следовательно, обладали многими сходными талантами. Только вот Гейбриел в отличие от своей сестры не умел завоевывать дружбу и доверие людей с помощью доверительных искренних улыбок.
Он рассчитывал на более простые методы.
— Где был Лентон во вторник вечером?
Уильям пожал плечами.
— В театре.
— Он сопровождал кого-то?
— Нет. Думаю, встречался с друзьями.
— С кем именно?
Камердинер нервно сглотнул.
— Он не сказал.
— В котором часу вернулся домой?
Уильям отодвинул от себя кружку.
— В начале четвертого.
— И как он был одет?
Камердинер недоуменно посмотрел на Гейбриела.
— Я же сказал. Мой узел…
— Его одежда была в порядке? Не было ли на ней признаков борьбы?
Уильям покачал головой.
— Нет, ничего подобного. — Он немного помолчал. — Хотя теперь, когда вы спросили, я припоминаю, что галстук был смят. Я бы выругал его за порчу такого чудесного узла, да только он меня все равно не услышал бы.
— Почему?
— Был слишком пьян.
Гейбриел поднялся со своего места.
— Если вспомните что-то еще, дайте мне знать.
Он бросил на стол шиллинг, и лицо Уильяма, схватившего монету, просияло.
— Почему вы так подробно расспрашиваете меня о его светлости?
Потому что, черт возьми, Гейбриел отдал бы все, чтобы снова увидеть улыбку Сьюзен. Чтобы она опять высмеивала его большие уши, прекрасно зная, что у самой такие же. Но вслух произнес:
— Моя работа — обеспечивать порядок в Лондоне.
Гейбриел расплатился за напитки и вышел на пропитанную влагой улицу. Из его рта вырывались облачка пара. Он остановил экипаж, забрался внутрь и почувствовал, что застарелый страх возвращается. Заскрежетав зубами от досады, Гейбриел уставился в окно и принялся считать карманников, шныряющих по проплывающим мимо улицам. Только это не помогло прогнать глодавшее его неприятное ощущение. Какую-то неуверенность, страх, что он упустил существенную деталь. Скорее всего убийца Сьюзен понес бы справедливое наказание, будь он умнее и бдительнее.
Неудача, постигшая его семь лет назад, стоила Молли Симм жизни.
Гейбриел потер глаза тыльными сторонами ладоней. Нет, он больше не допустит ничего подобного. Теперь у него в руках оказались нити, ведущие к убийце. Были подозреваемые. Он найдет убийцу и лично проследит за тем, чтобы тот окончил свои дни на виселице.
Когда экипаж остановился у дома Мадлен, Гейбриел устремил взгляд на трепещущий огонек в комнате, которая,
Глава 5
— Вы когда-нибудь бывали на балу Киприды, Хантфорд?
— Нет. — Хантфорд нахмурился, надеясь, что это заставит Мадлен замолчать. Он подозревал, что она испытывает какую-то непонятную радость, подстрекая его к диалогу. И чем реже будет смотреть на нее, одетую в такое откровенно соблазнительное платье, тем лучше.
— Это мероприятие может повергнуть вас в шок.
— Да? И что же, по-вашему, меня поразит?
Изящное плечико Мадлен приподнялось, и рукав платья едва не съехал вниз по руке.
У Гейбриела перехватило дыхание. Только вот он не понимал, что было тому виной: страх или предвкушение.
— А вы не производите впечатления любителя плотских утех.
Дьявол! Ну и как он должен реагировать на подобное заявление? Возразить, что любит женское общество не меньше любого другого мужчины? Что, если он даст сейчас волю своим низменным инстинктам? Тогда придется посадить Мадлен к себе на колени и ублажать всеми известными ему способами.
Гейбриел выдохнул. В какой-то степени мисс Вальдан оказалась права. Он слишком хорошо знал отвратительную сущность лондонских трущоб, чтобы пользоваться услугами падших женщин, с которыми зачастую имел дело. Гейбриел знал, что толкнуло их на подобное существование, и как бы ни снедал его чувственный голод, ему претила мысль о том, чтобы заниматься любовью с женщинами, торгующими собой отнюдь не по собственной воле.
Отношений с приличными девушками Гейбриел тоже не заводил: слишком уж неприглядной была его жизнь. Это Сьюзен мечтала выйти замуж и обзавестись детишками. Она даже выбрала для них имена и с удовольствием вязала крошечные шапочки и пинетки.
Нет, Гейбриел не был святым. Время от времени он наслаждался обществом какой-нибудь молодой вдовы, предпочитая необременительные отношения, приносящие физическое удовлетворение обоим.
Экипаж остановился перед Чатем-Хаусом.
Мадлен положила руку на колено Гейбриела.
— Хочу напомнить вам о том, что вы не мой компаньон. Поэтому ни во что не вмешивайтесь.
— В таком случае какова моя задача? — спросил Гейбриел, стараясь не обращать внимания на пальцы, массирующие его ногу.
— Время от времени бросайте на окружающих гневные взгляды и неотступно следуйте за мной.
— Стало быть, я должен исполнять роль вашей ручной собачки?
— Хотите оказаться у меня на руках? — Мадлен широко улыбнулась, когда на лице Гейбриела отразилось смятение. — Не бойтесь, я не надену на вас ошейник. Можете знакомиться с любыми женщинами, которые вам понравятся. Более того, я на этом настаиваю. — Рука Мадлен медленно заскользила вверх по бедру Гейбриела. — Мы ведь не хотим, чтобы кто-то ошибочно подумал, будто вы меня желаете?