Гречишный мёд
Шрифт:
Я с изумлением разглядывала свою бабушку, как будто передо мной был совсем незнакомый человек. Все-таки как мало мы интересуемся жизнью друг друга. А ещё печальнее — жизнью самых близких людей.
— …Вот, Ульяна, хочу и тебя научить, как управляться с оружием. И с ружьем, и с пистолетом. И даже с ножом.
— Но зачем?
— Вокруг слишком много опасных людей, и ты должна уметь защищать себя.
— Это из-за вчерашнего мужика?
Бабушка помолчала, только поджала губы, но я поняла, что он не последняя причина сегодняшнего
— Мы живём в дремучем лесу. Мне ничего уже не грозит, но ты, Ульяна, молоденькая девочка, будущая девушка. Слишком много злых людей. Вон и колония совсем недалеко, и вольное поселение... В ближайшее полнолуние проведём ритуал твоего посвящения.
— Посвящения? — прошептала я одними губами.
— Да. Ну а пока поднимайся, умывайся и иди завтракать. У нас очень много сегодня дел.
Наверное, я была прирожденным стрелком, потому что уже спустя две недели без промаха попадала в центр мишени с расстояния ста пятидесяти метров. Сначала бабушка учила стрелять из охотничьего ружья, а потом…
Как то вечером, когда я уже собиралась лечь спать, она махнула мне рукой.
— Ну-ка, Улечка, помоги отодвинуть этот сундук.
Я бросилась бабушке на помощь. Если бы раньше знала, какая она старая, то помогала бы ей гораздо больше. Вместе мы сдвинули огромный деревянный ящик, окованный металическими обручами. Я наблюдала, как бабушка ковыряет половицу. С изумлением увидела, что под ней ниша. Заглянула туда. Бабушка достала что-то, замотанное в серую тряпку. Развернула.
Я ахнула.
Оружие! Настоящий револьвер! Такие я видела только в фильмах.
Бабушка поглядела на меня, улыбнулась.
— Трофейный.
— Ух ты! И ты его все это время хранила?
—Теперь он твой, Ульяна. Мне он уже ни к чему, а тебе пригодится.
Я тихо рассмеялась.
— Ба, ты так говоришь, как будто завтра начнётся война.
— Нет, не начнётся, но тебе этот револьвер пригодится.
Пожав плечами, я взяла его из бабушкиных рук. В конце концов, ей лучше знать.
Александра Петровна дождалась, когда внучка крепко заснёт и, подойдя к комоду, достала скатерть и две белые свечи. Ей надо хорошо подготовиться к посвящению, а для этого нужны силы. Много сил. Включив плиту, она поставила старую медную кастрюлю с водой на огонь. Открыв шкафчик, вынула оттуда банку с девясилом. Выпьет сначала отвар, прочитает молитву, а потом можно будет и к делу приступить.
Она с трудом заставила себя не думать о будущем внучки, которое неожиданно открылось ей во время гадания. Недаром Александра Петровна почувствовала тревогу и испытала липкий холодный страх, когда увидела Виктора Круглова.
Ещё тогда — пятнадцать лет назад, когда мужчина впервые пришёл к ней, она не хотела впускать его. Ее дом не хотел впускать. Леший ее попутал тогда, и она
Пожилая женщина словно увидела невидимые нити, протянутые между этими двумя. Сначала не могла поверить в это и, оставшись одна, достала свою самую преданную колоду, зажгла свечи, поставила миску со святой водой. Она долго сидела перед разложенными картами, читая и перечитывая, пытаясь придать иной смысл увиденному. Но нет. Ульяна действительно связана с этим человеком, и ей может грозить опасность. Долго вглядывалась в воду и тоже видела нерадостную картину: брызги крови, чьи-то искажённые криком лица, темнота...
В отчаянии она хлопнула ладонью по столу. Нет, она защитит свою кровиночку. Из последних сил сделает для неё особый заговор-оберег. И научит ее всему. Всему, что знает сама.
И опять им повезло. Ванька и Макс снова вместе. Теперь они стояли на страже с организованной преступностью и наркобизнесом. Прошло полтора года, и, оглядываясь назад, Макс с усмешкой вспоминал себя до службы в армии, такого ещё молодо-зеленого и чересчур самонадеянного. Только пройдя через тяготы армейской службы, он осознал, как важно для мужчины пройти такие испытания, закаляющие тело и душу и в корне меняющие представление о чести и достоинстве.
Максу приходилось часто окунаться в страшную реальность, на самое дно, туда, где правят деньги. Деньги, за которые можно купить все — начиная от пачки сигарет и заканчивая свободой. За это время он научился ненавидеть беспредел и крепко любить свою родину. Научился по-настоящему дружить, делясь с ближним последним куском хлеба.
Ваньке было тяжелее, чем ему. Друг хоть и молчал, но Макс чувствовал, что он сильно переживает — его верная Лерка оказалась неверной. Ванька стал молчаливым, смолил сигареты одну за другой и скатывался в глухую депрессию. Командир роты пытался несколько раз с ним разговаривать, но без результата. Между тем Марина порывалась приехать к Максу, но парень решил повременить со свиданиями — не хотел «давить на больную мозоль» друга.
Несмотря на то, что служба проходила в Москве и московской области, мама часто писала письма. Она считала, и Макс с ней был согласен, что написанное от руки несёт положительный заряд энергии, к тому же написанное можно было сохранить на память.
Макс вышел из учебки и зашёл за угол. Как и ожидал, его друг сидел в одиночестве на лавке и курил, бездумно глядя перед собой. Присел рядом.
—Ну, рядовой Самохин, о чем задумались? О боевых подвигах?
— Ошибочка, Макс.
— Да ну?!