Грася

Меллер Юлия Викторовна

А девушки увлеклись театром, разучивали роли, пели песни, учились танцевать и рисовали себе костюмы. Грася написала сказку о том, как девушки выбирают себе мужей. Получалась миниатюра, где звучала песенка «чтобы жених не пил, не курил и цветы всегда дарил, в дом все деньги отдавал, тещу мамой называл…». (прим. авт.: Грася вспомнила песню Е.Семеновой, автор неизв.)

Девчонки привезли в подарок горюч-камни, чтобы Грасин друг не мёрз, угощения, даже тулуп ему раздобыли, только с размером не угадали. Они тоже думали, что девушка заботится о хрупком, нежизнеспособном пареньке, во всяком

случае, так выходило по её рассказам.

Градоначальник подкинул крепости соли, сахара и муки, раз его дочь там теперь столько времени проводит. Лэр-в Линей посмеивался, принимая подарки, девчонок не обижал, как и Грасиного парня.

Зибор стал известной персоной, для него вылавливали самый крупный кусок мяса в большой кастрюле, давали двойную порцию хлеба, приглядывали за его здоровьем. Грася никого не оставляла в покое и хотя ей не удавалось самостоятельно присматривать за другом, она каждый день осведомлялась о нём на кухне, у лекаря, у присматривающих. Не стеснялась приходить с подругами, которые с удивительным любопытством ко всему прислушивались.

Лэр-в Линей не препятствовал, говорил, что благодаря сующим всюду свой нос девчонкам, все стали вести себя сдержаннее, с оглядкой на девушек-красавиц.

А подружки у Граси и вправду были хороши. Каждая по-своему, все разные, но ни от одной невозможно глаз отвести. Дочка градоначальника, светловолосая и голубоглазая Мариша, выступала словно пава. Дочь кузнеца, Артемия — крупная, статная девушка, ужасно стесняющаяся своей силы. Она, как и Мариша, светленькая, но золота в её волосах больше, а глаза не как у лани, а слегка вытянутые, с густыми ресничками. Грася однажды кулёк с орехами на стуле оставила, а Артюша села и орехи, прямо в скорлупе, попой раздавила. Граська уж как не щупала свой зад, сравнивая его крепость с Артюшиным, потом, сколько не плюхалась, ни у одного орешка скорлупка даже не треснула. Девчонки все перепробовали попрыгать попой на орех, но повторить подвиг кузнецовой дочери не смогли.

— Вот поэтому Артемии жениха и не найти, — наябедничала Мариша, — рука у неё тяжелая, а теперь ещё про зад стало известно…

Все захихикали, а Артюша покраснела. Не то чтобы она собиралась руки распускать, выйдя замуж, но у неё вся семья такая, ни один жених не выдерживал напора братьев и матери, а до Артемии даже не доходил.

Грася хотела бы пообещать, что всё будет хорошо, найдётся ей жених, не хуже Маришкиного, но что толку лить пустые слова. Поэтому пошутили и забыли. Хлопот и так полно.

Через неделю, для избранных, решили показать свою маленькую премьеру. Пригласили родных, пришли и друзья семей, да и ещё всякий народ притащился. В общем, набилось в небольшой зал «для своих» людей столько, что многим стоять пришлось.

Ох, до чего же радушно приняли маленькое смешливое представление! Девчонок осыпали похвалами, не знали, как им угодить за доставленное удовольствие. А так как премьера была бесплатная, то зрители притащили угощений видимо-невидимо. Лэр-в Линей довольно посверкивал белозубой улыбкой и интересовался, нельзя ли заранее график премьер ему предоставить, он тогда расходы на питание снизит.

Как-то неожиданно для всех пролетел месяц, было много

сплетен, разные события, общие дела. Грася незаметно заняла должность ответственной за культурную жизнь Южного Варса, покончив с заботами конторы.

Для Зибора тоже произошли изменения. Ко всем новеньким ссыльным приглядывались, многие остались на самых простых работах, кого-то перевели на солдатскую службу, а господину Грефу поручили командовать небольшим отрядом. Его знакомили с особенностями жизни на севере, учили ориентироваться среди снегов, оказывать помощь при обморожении, укрываться, если нагрянула вьюга, общаться с оборотнями. Лэр-в Линей высоко оценил порядочность молодого мужчины, его боевые качества и предпринимал все меры, чтобы заинтересовать Грефа в службе.

Как командиру Зибору выделили маленькое собственное жильё, куда Грася сразу же притащила печку из гоблинского фургона. За месяц она уже закончила обустраиваться в своем жилище. Девушки притащили ей множество предметов своего рукоделия и теперь у Граси на кровати лежал шикарный плед, расшитый цветами, был набор скатертей, полотенец, постельного белья, нашлась ткань на окна. Подружки надарили шкурок, из которых Грася заказала пошить себе штаны и накидку на свою шубку. Больше подарков просто не влезало в маленькие комнатки девушки, и она с удовольствием бросилась обустраивать Зиборову каморку. Жаль, что он часто пропадал, осваивая новые территории, но как иначе ознакомиться с землями, если не пройти их своими ногами.

А Грася придумала новую забаву, куда и втянула многих мастеровых.

— Вы представляете, — распиналась она перед собранными по её просьбе степенными главами местных гильдий, — наша площадь будет украшена десятком статуй изо льда! Лэр-в Линей обещал подготовить глыбы чистейшего льда, а вам остаётся только обтесать их! Сделаем подсветку, будет казаться, что фигуры сделаны из драгоценного камня, поставим ларёк с горячими напитками, у ворот крепости сделаем ледяную горку! Красотища будет!

Мастера задумчиво качали головами, а потом кто-то решил: «А почему бы и нет».

— Я сделаю такую статую, что все замирать от ужаса будут! — азартно вскричал наиболее почтенный мастер, к неописуемому удивлению Граси.

— Не смей! Хватило нам твоих художеств ещё при росписи вазы, — зашипели на него.

Девушка ничего не поняла, а один из мастеров пояснил ей, что они готовили подарок во дворец и вытесали из камня огромную вазу, а этот прохиндей взял и изобразил дарственную надпись в картинках прямо на вазе. Никто не видел, что он там нарисовал, но из столицы вскоре приехали проверять благонадёжность крепости.

— Так что там было нарисовано? И разве на камне рисуют?

— Художества его легко стирались, вещь он не испортил окончательно, это наш новатор соригинальничать придумал. А изобразил он на вазе, как оказалось, всё королевское семейство, так «как он их видит».

— И что? Его величеству не понравилось? — всё-таки Грася слышала о короле, как о человеке не чуждом всего прогрессивного и незаурядного.

— Говорю же, по-своему он нарисовал, страшилища там у него. Глаза выпучены, подбородки массивные, а королеву за очками даже не видно было…