ГРАС. Цикл

Велиханов Никита

Ларькин вспомнил взгляд майора, прислушался к своё им ощущениям и понял, что словами «слушайся доктора во всем» Борисов повязал его по рукам и ногам, одновременно невзначай убив при этом значительную составляющую часть интереса, на котором держится процесс соблазнения —непредсказуемость. Пожелай капитан, и Аня просто выполнит приказ хозяина, отдав свою девичью честь с такой же легкостью, с какой солдаты приставляют руку к головному убору. Капитан представил себе свои чувства при этом и особенно после этого —и содрогнулся. Он профессиональным

взглядом окинул лабораторию и стал думать, с чего начнет работу по выявлению нового —он уже не сомневался в этом —вируса. Потихоньку прикрыв за собой дверь, Ларькин вышел из кабинета.

Когда он заглянул в «бункер», дремавший за пультом бессменный страж штаба приоткрыл один глаз.

—Хэллоу, кап, —хрипло приветствовал он Виталия.

— Привет, недремлющее око, —поздоровался Ларькин с большаковским глазом и оглядел частокол пивных бутылок на столике у стены. — Опять всю ночь работал?

—Так точно, кэптэн.

Ларькин отметил про себя, что несмотря на полузакрытый глаз, Большаков уже умыт, причесан, выбрит и даже благоухает любимым одеколоном. Биоритм Ильи он никак не мог определить —у того бывали приступы бешеной активности в любое время суток. Но к утру старлей всегда старался выглядеть хорошо.

— Как ты умудряешься быть таким свежим после бессонной ночи?

— Кой черт... Я свеж, как свежее дерьмо, —прохрипел тот, открывая второй глаз пальцами. —Знал бы ты, как мне погано. Пока вы там путешествуете, я здесь ночами не сплю. И днями тоже.

Его рука сделала предательский жест в сторону бутылок. Присмотревшись, Ларькин убедился, что от долгого сидения перед мониторами лицо Большакова опять приобрело бледно-зеленый оттенок, местами на коже выступили красные пятна. Воспаление век у Ильи не проходило никогда.

—Ну так иди, отдохни, смена пришла, хватит лучевую болезнь зарабатывать.

— Нет, —упрямо сказал тот. — Вначале ты мне расскажешь, что у вас там случилось. А я тебе о наших делах поведаю — мы тут тоже не траву кушаем...

— Да я уж вижу, что вы тут кушаете.

Ларькин подробно рассказал Илье о поисках Тэна, загадочном лишае, двойной удаче с благополучным обнаружением Ани и её пароля. Про Ларису он, конечно, не обмолвился. Затем настала очередь Большакова, и он сообщил, что ГРАС теперь прослушивается в двух местах, не считая двора, и просматривается со стороны беседки.

— А больше точно нет телекамер? Например, на соседних домах?

— Ренат сказал: зуб даю. Доверяю тебе взыскать с него, если что не так.

— А то вся ваша возня может обернуться большим конфузом.

— Представляю себе: на одном экране капитан Ларькин выгуливает кореяночку вблизи акаций, а на другом...

— …под ту же акацию отливает старший лейтенант Большаков...

— Фи, кэп, грубо и к тому же клевета!

— В любом случае все фокусы отложите до мая, пока деревья не распустятся.

— Начальник, ты, как всегда, прав. Я передам Ренату,

чтобы до мая под акацию —ни-ни...

— Всегда прав, по моим наблюдениям, оказывается только майор Борисов. К сожалению, он пессимист. Так значит, нас с Аней они видели?

— Не то слово видели — Засекли, даже застукали! Увы!

— Ничего не «увы». Это даже к лучшему. Больше шансов, что Юрий Николаевич с Ренатом вернутся благополучно. Мы что, не продержимся тут до их прибытия? Даже если нас будут штурмом брать...

— Виталик, за тобой безопасно, как за дубовой дверью. Я бы даже сказал...

— Ты бы лучше поспал... Не продолжай, а? Давай отсюда, быстро.

— Ни в коем случае. Кэп, ты мне ещё на один вопрос ответь: что это за понос вы мне послали утром шестого? Что это за галиматья, которую я так и не смог расшифровать? Что я должен передать Седьмому в случае вашей безвременной кончины? И что останется от меня на память нашему дорогому руководству, если я сам ненароком паду смертью храбрых?

— Ничего, Илюш, успокойся. Это просто блеф. Случайный набор букв.

— Я так и подумал. О! Я так и подумал после того, как убил пять часов, пытаюсь подобрать ключ к этой абракадабре.

Большаков помолчал немного, снял очки, протер их, водрузил на место и прищурил красноватые веки.

— Значит, говоришь, случайный набор букв? Честное слово?

Виталий был удивлен: ему казалось, что вопрос исчерпан.

— Ну да...

—Ты сам подбирал эти буквы?

— Ну...

— Я так и подумал. Да-да, я так и понял: случайный набор букв, и подбирал этот набор капитан Ларькин.

— А в чем дело?

— А что это за Лариса? — вдруг спросил Большаков. — Помнится, в последнее время были только. Лена и Тамара.

— Не понял... —после паузы проговорил Виталий. — А ну, колись!

—Значит, есть Лариса, —вздохнул внимательно следивший за его реакцией Илья. — Прошу минутку вашего внимания, дорогой ротмистр...

Он плюхнулся в свое кресло, взялся за клавиатуру, и на одном из экранов появилась широкая непрерывная полоса, состоявшая из букв русского алфавита. Букв было около трех тысяч.

— Узнаёшь?

— Ну, допустим.

— Где взял? —осведомился Илья.

— Из справочника по гинекологии, — смущенно признался капитан. —Взял у Ларисы почитать.

Большаков некоторое время ничего не мог сказать от смеха. Отдышавшись, он спросил:

— Долго мучился?

— Порядочно. Все утро угробил. Выбирал по десять— двадцать букв на странице и набирал... Чаще всего — последние буквы в строке...

— Дилетант. В следующий раз поручай такие вещи машине. Она это сделает быстрее и не проболтается.

— Все ещё не понял...

— Объясняю для самых одаренных. У меня есть программка, которая очищает текст от фоновых помех. Построена на довольно сложных функциях, сам лабал. Смеха ради решил применить. Смотри, как она работает...