Граница
Шрифт:
— Во имя хлеба Христова! — воскликнула Ханна. — Почему бы тебе, по крайней мере, не подождать, пока кончится дождь, старый дурак?
Джей Ди должен был улыбнуться этому, но немного покривился. Он знал, почему боль пролетает пламенной вспышкой по его нервам и мышцам. Он вспомнил, что маленькая девочка не могла встать с первого дня своей болезни, и он хотел понаблюдать в безопасном месте, что будет с нею происходить. Ее отец дал на это свое согласие. Они привязали ее цепью в комнате Безопасности, и доктор делал пометки, когда изменения прогрессировали. Все это казалось ужасно жестоким и тогда, и теперь, но он должен был понимать, как протекают все эти
Он ощущал острую боль и жар на спине и по обеим сторонам левого бедра. Там слишком быстро серела и отмирала плоть. Зараза проникла слишком глубоко.
— Дайте мне гранату, — потребовал он.
— А если я скажу «нет»?
— Я отвечу, что тогда придется сделать все с помощью этого пистолета, но он может понадобиться вам, а граната сделает все быстро и правильно. А еще... — он почувствовал, как что-то близится к разрыву внутри него — может быть, это сердце? Но ведь оно было разбито столько раз, что уже должно было выглядеть, как образец из лаборатории Франкенштейна. Ему потребовалась пара минут, чтобы успокоиться. — Кроме того, — продолжил он, — я хочу выйти отсюда и помнить всех вас. И себя тоже помнить. Не знаю, когда моя память начнет покидать меня, не знаю, какими станут мои мысли. Я не представляю, что это зараза делает с мозгом. Может быть, когда начнутся настоящие изменения, болезнь удалит все мысли, кроме инстинкта самосохранения, как у животных. Поэтому один из вас должен будет убить меня, как убивали других. Кто из вас сможет выполнить эту очень нужную работу?
— Если ты скажешь хоть слово, — угрожающе прорычал Дейв в сторону Джефферсона, — я клянусь, что убью тебя и выброшу тело на эту дорогу.
— Я ничего и не говорил! Ты слышал, чтобы я говорил?
Дейв проигнорировал его.
— Я это сделаю, когда придет время, — ответил он Джону Дугласу. — Время еще не пришло.
— Может быть, оно придет завтра? — Джей Ди разочарованно улыбнулся. В свете лампы он подумал, что его старое, худое, изможденное и измученное тело уже должно было казаться призраком. — После восьми часов или до полудня? — он кивнул Миротворцу. — Он поможет вам добраться туда, куда Господь ведет вас. А я выхожу из автобуса. Все. Моя остановка.
— Господи, — выдохнул Дейв, не в силах больше сказать ничего.
— Дай мне гранату, Дейв. Не заставляй меня так много просить.
Дейв заколебался, хотя и знал, что обмен должен быть произведен. Так действительно будет быстрее и, черт бы его побрал, милосерднее. Итак, «Беретта» была отдана за гранату. Джей Ди осмотрел ее, убедившись, что работать с ней будет просто. Дождь все лил. Повсюду в эти дни лил сильный дождь.
— Я пойду с тобой, — сказал Дейв.
— Нет, не пойдешь. Вдвоем нам там нечего делать.
— Я пойду с вами, — решительно произнес Миротворец.
— Хорошо, — ответил Джей Ди после недолгой паузы. Может быть, этого не стоило делать... но вдруг на него нападут в темноте, прежде чем он успеет выдернуть кольцо? — Но ненадолго. Не стоит затягивать.
Оливия заплакала. Она обняла Джона Дугласа, и он обнял ее в ответ, сказав, чтобы она перестала плакать, однако она не могла остановиться. Доктор сказал, что он гордится тем, что знал ее, Дейва, Ханну и Никки тоже. И что они с Дейвом были правы насчет Итана, поэтому хорошо, что они не стали слушать его научные возражения, ведь все произошедшее было далеко за пределами любой науки, которую он когда-либо изучал. И теперь, если инопланетянин
— Да будет так, — сказал Джей Ди. Он потянулся, чтобы пожать руку Дейву, но тот подался вперед и тоже обнял его, после чего с ним попрощались и Никки — тоже со слезами. Джефферсон Джерихо смотрел на него со своего места, понимая, что любое его слово послужит для него смертным приговором, потому что МакКейн готов был избить его в любой момент.
Тогда Миротворец встал рядом с Джей Ди, держа фонарик, а мальчик, который звал себя Итаном, смотрел на происходящее, словно сквозь туман. В какой-то момент он испугался того, что инопланетянин взял над ним верх, но теперь... он чувствовал не страх, а покой.
Он вдруг вспомнил имя своей матери. Ее звали Нэнси, но все называли ее Нэн. А его собственное имя?
Он вспомнил курс естествознания в средней школе д’Эвелин третьего апреля перед тем, как потрясенная миссис Бергесон из офиса пришла в кабинет мистера Новотни, чтобы сказать ему, что «детям придется пораньше уйти из школы». Это во всех новостях! Везде! Что-то происходит, поэтому... детям придется пораньше уйти из школы. Итана тогда очень разозлило, что его демонстрацию анатомической куклы прервали, но одновременно его испугал шокированный вид дрожащей миссис Бергесон.
— Я сам открою дверь, — сказал Джей Ди Ханне и исполнил это. Затем он слезящимися глазами посмотрел на остальных и произнес, — то, что мы пережили... это только прогулка в парке. Удачи и да сохранит и благословит вас Господь, — он выдавил сдержанную и жесткую улыбку. — Вы все герои, — сказал доктор, после чего спустился по ступенькам на тротуар под нещадный ливень. Миротворец последовал прямо за ним, направляя свет фонаря так, чтобы Джей Ди видел, куда идет. По этой дороге уже очень давно не проезжала ни одна машина. И теперь по ней шел в свое путешествие мальчик, назвавший себя Итаном Гейнсом. Это было путешествие, подобное тому, что собирался предпринять Джей Ди, возвращения которого никто не представлял даже в самых смелых мечтах. Это было путешествие в тайну, но Миротворец сказал Итану, что с ним будет все в порядке, и ему больше не нужно ничего бояться.
Я благодарю тебя за твою помощь, сказал мальчику инопланетянин. Ты — существо силы и чести. Есть место, где герои отдыхают после того, как все их сражения пройдены. Ты и доктор найдете там мир и покой. Я обещаю вам.
Я в порядке, ответил мальчик. Я немного боюсь, но я в порядке.
Я собираюсь освободить тебя прямо сейчас. То, что предстоит делать дальше, я должен сделать в полном соответствии с этой формой. Ты понимаешь?
Понимаю. Но... разве я так ничего и не узнаю о Уайт Мэншн?
Ты узнаешь, ответила сущность. Вы оба обязательно узнаете. Говорю: это мое обещание.
Мальчик собирался ответить, что знает, что обещание будет исполнено, но в то же время знал, что ему не нужно этого говорить... а затем он уснул, как в теплой постели холодной зимней ночью, зная, что он когда-нибудь проснется, и кто-то, кто очень сильно его любит, скажет ему «доброе утро».