Граница
Шрифт:
После этого масса деформированных фигур, бегущая или ковыляющая в ночном дыме у подножия холма, исчезла из поля зрения.
Землетрясение закончилось.
Итан убрал руки с камней. Его задача — как бы невероятно это ни звучало — была выполнена. Ладони и пальцы мальчика горели. Он тяжело дышал, все тело покрывал холодный пот. Итан чувствовал себя до смерти напуганным, ошеломленным и дезориентированным, однако он ощутил, как мощная сила, которую он выпустил на свет, стягивается обратно в свое укрытие глубоко внутри него и успокаивается. И каким бы он ни был несколько секунд назад, сейчас он вновь стал обычным мальчиком, который когда-то хотел создать очень классную анатомическую куклу.
Глава
— Семеро погибших, двенадцать раненых, — сказал Джон Дуглас в свете желтого масляного фонаря. — У шестерых тяжелые переломы. А Джейн Патерсен не переживет своих травм. И, я думаю, нам нужно убрать тело Митча Вандервера как можно скорее, согласна?
— Да, — ответила Оливия. Под ее глазами темнели круги от усталости. Она сидела за столом в своей квартире, положив перед собой пронзительно-желтые подушки и опершись на них. Взгляд женщины остановился на черном кожаном держателе для ручек, около которого лежал небольшой черный шар. Винсент решил пошутить на ее пятидесятый день рождения четыре года назад и подарил ей шар «Волшебная Восьмерка»[3] с чернилами внутри, где плавал икосаэдр[4]. Оливия тоскливо рассматривала этот забавный элемент безвозвратно ушедшего прошлого. Элемент, который сумел пережить множество ужасов и потрясений вместе с ней и дожить до сегодняшнего дня. Элемент Винсента и их совместной жизни, которая теперь казалась лишь волшебной фантазией, временем радости, о которой слишком тяжело вспоминать. Но раз за разом «Волшебная Восьмерка» заставляла возвращаться к тем временам. Хотя бы ненадолго. La parte m'as peque~na.
Оливия никогда не пользовалась «Волшебной Восьмеркой», чтобы принять решения, но иногда... иногда... она думала, что стоило бы, потому что таким образом Винсент мог пытаться поговорить с ней, направить и успокоить ее, провести ее сквозь бесконечные чернила неизвестности.
— Мне очень нравилась Джейн, — услышала она собственный глухой голос. — Очень добрая женщина.... Да, стоит убрать тело Митча. Ты сможешь позаботиться об этом? — последний вопрос Оливия адресовала Дейву МакКейну, растянувшемуся на потрепанном коричневом диване, уставившись в потрескавшийся потолок. Серия землетрясений нанесла большой урон жилому комплексу. Некоторые лестницы упали, завалив пути, часть восточной стены рухнуло, почти каждое окно было разбито и удерживалось теперь только с помощью клейкой ленты, часть крыш провалилась. В своей квартире Дейв нашел, наверное, с тысячу трещин. Он решил, что это проклятое место однозначно рухнет — это лишь вопрос времени. Пол его спальни теперь был настолько кривым, что пересечение комнаты по нему больше напоминало прогулку через палубу корабля в море под угрозой нашествия крутой волны.
— Я займусь этим, — вяло отозвался он.
На одежде, лице и волосах у Джей Ди запеклись пятна чужий крови. Больница — две квартиры, между которыми снесли стену — располагалась в самом нижнем здании, ее обслуживали две медсестры, одна из которых работала при ветеринаре в Форт-Коллинзе, а другая у стоматолога в Бойсе, штат Айдахо около тридцати лет назад. Скудные медицинские ресурсы здесь включали в себя различные повязки, аспирин, седативные препараты, антисептики, материалы для гипсов, деревянные шины, бедный набор хирургических инструментов, таких, как зонды и щипцы, а также несколько стоматологических приборов и немного обезболивающего: димедрола и викодина.
— Нам нужно сделать еще один подсчет пуль, — сказала Оливия. Она очень старалась держать голос ровным
— У меня пять обойм, — ответил Дейв. — Тридцать два патрона в каждой. Как они закончатся, я пуст, — он сел на диване и снял свою бейсболку. Его лицо было все в пыли, запавшие глаза смотрелись удивительно темными. — Еще одну такую атаку нам не пережить. Их стало слишком много. Если бы не случилось землетрясение... они бы прорвались. Нам никак не удалось бы заставить их повернуть.
— Эти толчки, — задумчиво протянула Кармен Ньега, худая испанка, прежде работавшая налоговым инспектором в Денвере. Она прожила здесь чуть меньше четырех месяцев, придя с полудюжиной других странников. — Раньше что-нибудь подобное случалось?
— Никогда, — покачала головой Оливия. Она посмотрела в сторону двери, которая оставалась приоткрытой. Теперь из-за покосившихся стен ее невозможно было закрыть до конца. Итан Гейнс стоял на пороге, заглядывая внутрь. За его спиной сквозь густой навес облаков начали пробиваться первые болезненно-желтые лучи зари. — Ты в порядке? — спросила она его.
Он кивнул. Лицо его было бледным, каменная пыль облепила его волосы и одежду.
— Я говорила тебе убираться оттуда, — сказала она, переведя глаза на доктора. — Джон, я думаю, он в шоке. Ты не мог бы...
— Я не в шоке, — ответил Итан раньше, чем Джей Ди успел заговорить. Он вошел в комнату. Походка его была немного шаткой, и на самом деле он понимал, что все же был в шоке. — Я хотел рассказать вам. Рассказать всем... — он замолчал, пытаясь оформить в слова то, что собирался поведать.
— Рассказать нам — что? — подтолкнул Дейв с резкостью в голосе, которая объяснялась теперь не подозрительностью, а усталостью, а ведь ему еще предстояло подняться и отправиться хоронить людей... включая тело очень хорошего парня, с которым он играл в покер и вел задушевные разговоры в этих мрачных стенах.
Итан вздохнул.
— Я думаю... это я вызвал землетрясение, — он нахмурился. — Я знаю, что их вызвал я.
В комнате повисло минутное молчание. Затем Джей Ди тихо заговорил:
— Итан, пойдем, я отведу тебя в больницу, где можно лечь и отдохнуть. Дам тебе воды и немного еды...
— Я сказал, я вызвал землетрясение, — повтори Итан.
— Конечно, да, — Дейв снова надел бейсболку и провел рукой по бородатому подбородку. — Да-да, ты отлично поработал. Заставил Серых людей убежать, ага. А еще почти уничтожил жилой комплекс, но... эй, я же не возражаю спать в комнате, которая вот-вот рухнет. Должно быть, первым на меня рухнет мой потолок. Что с тобой, малыш? Ты потерял свои мелкие шарики вместе с памятью?
— Прекрати, Дейв, — предупредила его Оливия. Она поднялась. — Итан, я хочу, чтобы ты пошел с доктором. Может, ты...
— Нет! Я не пойду, — Итан вышел вперед и встал в центре комнаты с таким решительным выражением, что Кармен Ньега, Расс Уиткомб и Джоэль Шустер расступились, уступая ему пространство. Мальчик прошел мимо Джей Ди и подошел к краю стола Оливии. В свете лампы его глаза были ярко-голубыми, и им почти удалось напугать Оливию своим сиянием. — Я пытаюсь объяснить вам. Я знал, что нужно прикоснуться к камням в стене... и я точно знал... не знаю, откуда, но... я видел, что произойдет. В своей голове. Это было так, как будто я командовал, и земля делала то, что я хотел. То, что я видел. Но... действие оказалось сильнее, чем я думал. В этом вообще есть какой-то смысл?